Линки доступности

Российский премьер-министр о новом правительстве Грузии, войне 2008 года и президенте Грузии

Премьер-министр России Дмитрий Медведев насторен оптимистически по поводу будущего российско-грузинских отношений. По словам российского премьера, со сменой власти в руководстве Грузии оказались люди с «прагматичной позицией», что является согласно Медведеву, предпосылкой того, что «возврата к прежнему не будет». Об этом Медведев заявил, комментируя пятую годовщину российско-грузинской войны.

«Вы знаете, я в этом смысле абсолютный оптимист. Я уверен, что все будет нормально. Наши народы и не ссорились. К сожалению, этот конфликт, конечно, не помогает взаимопониманию, но это не глубинный конфликт народов, это, к сожалению, еще раз говорю, ошибка, переросшая в преступление со стороны отдельных руководителей страны. И сейчас, действительно, ситуация несколько другая», – заявил российский премьер в интервью телеканалу Russia Today.

«Новое политическое руководство страны в соответствии с изменениями, которые произошли в политической системе, в конституции страны, занимают гораздо более прагматичную позицию. Мы этому рады», – пояснил Медведев.

О своем прагматизме в отношениях с Россией говорят и представители новой власти Грузии, что, по их словам, заключается в том, что они намерены восстановить экономические и культурные связи с РФ, урегулировать те вопросы, по которым стороны «могут договориться». Тем не менее, правительство Бидзины Иванишвили и сам грузинский премьер неоднократно заявляли, что для Тбилиси неприемлема позиция России в связи с признанием независимости Абхазии и Южной Осетии, и что Грузия не восстановит дипотношений с Россией, пока в Сухуми и Цхинвали не будут упразднены российские посольства.

«Драматические ошибки»

Дмитрий Медведев, в свою очередь, заявил о готовности РФ восстановить
дипломатические отношения с Грузией, однако при определенных условиях.
«Мы готовы к их восстановлению при определенных условиях, а они простые – признание того факта, что произошло. Может быть, это будет идти гораздо более таким аккуратным, сложным путем... Но я уверен, что возврата к прежнему не будет. И эта самая печальная страница в наших отношениях последних лет будет перевернута и уйдет вместе с исчезновением с политической арены Саакашвили и некоторых других людей, которые причастны к принятию этого преступного решения», – добавил он.

Примечательно, что новые грузинские власти отчасти признают то, что в августе 2008 года Грузия «допустила ошибки». В комментарии на слова Медведева это подтвердил и специальный представитель грузинского премьер-министра по урегулированию отношений с РФ Зураб Абашидзе.

«Моя позиция такова, что в 2008 году мы стали жертвами агрессии, к сожалению и к нашему ужасу, с нашей стороны тоже были сделаны неправильные шаги, и были допущены драматические ошибки», – заявил Абашидзе 4-го августа грузинским журналистам.

В целом, в предвыборной кампании коалиции Бидзины Иванишвили данная тема, включая обвинения в адрес президента Грузии Михаила Саакашвили в том, что в результате его недальновидности Грузия потеряла 20% своих территорий, занимала центральное место. Также после прихода к власти новое правительство Грузии создало комиссию по новому расследованию российско-грузинской войны 2008 года.

При этом, причины войны 2008 года были ранее расследованны как грузинской комиссией, так и комиссией Европейского Союза под руководством швейцарского дипломата Хайди Тальявини.

Грузинская комиссия заключила, что в начале войны виновата Россия. Однако, новые власти считают данное расследование «неполноценным».

Комиссия Тальявини обвинила в нарушении международного права и Грузию, и Россию, указав, что боевые действия начала Грузия после многократных российских провокаций. В докладе Тальявини также указывается, что ответные действия России «вышли далеко за все разумные пределы обороны».

Михаил Саакашвили назвал новое расследование войны 2008 года «антигосударственным», а Бидзина Иванишвили сказал, что не видит в нем проблемы. «Людям это интересно, они должны знать, как обстояли дела», – сказал премьер в интервью «Евроньюс» 14-го мая.

«Самое тяжелое решение»

Медведев также рассказал о событиях, предшестовавшим началу войны, и сказал, что «принял самое тяжелое решение» в своей жизни, когда отдал приказ об открытии огня по грузинским военным силам. По словам российского премьера, он «до самого последнего момента» надеялся, что можно будет избежать военного вмешательства, однако затем доклады российских «армейских начальников» убедили его в необходимости «начала операции по принуждению Грузии к миру». Согласно Медведеву, он принял данное решение без согласнования его с тогдашним премьером Владимиром Путиным, который в то время находился на Олимпиаде в Китае. Медведев также подчеркнул, что в российком руководстве не было разногласий в данной связи, так же как и в вопросе признания независимости грузинских территорий.

Примечательно, что версия событий в изложении Медведева противоречит версии Владимира Путина, который в прошлом году заявил, что будучи в 2008 году премьер-министром он участвовал в обсуждении мер, которые должна была предпринять РФ против Грузии.

«Находясь в Пекине, я дважды звонил Дмитрию Анатольевичу и министру обороны 7 и 8 августа», – заявил Путин 8-го августа 2012 года на совместной пресс-конференции с находившимся в Москве президентом Армении.

Тогда Путин впервые рассказал, что в 2008 году во время войны с Грузией, российские войска дейстовали согласно плану, разработанному приблизительно за год до начала августовского военного противостояния, и что в соответствии с этим планом российские военные тренировали осетинских ополченцев.

«Это не секрет, план был, и в рамках его мы действовали. Он разработан был Генштабом в конце 2006 – начале 2007 года и согласован со мной», – сказал тогда Путин.

«Двоякая позиция»

Дмитрий Медведев считает, что Саакашвили надеялся на то, что будучи в ранге президента всего около 90 дней, он (Медведев) окажется неспособным принять решение о начале ответной военной операции, и что «можно постараться, так сказать, потихонечку достичь тех целей, которые ему не удавалось достичь – и его предшественникам в предыдущие годы».

Российский премьер также обвинил США и «некоторые другие государства» в «не только моральной» но и материальной поддержке Грузии. В то же время, Медведев подчеркнул, что США «заняли двоякую позицию», то есть поощряя Грузию, они не пошли на радикальные шаги, «что было, наверное, большим разочарованием для части умников из Грузии», – заявил премьер-министр РФ.

Медведев также признал поражение России в информационной войне в 2008 году, отметив, что 90% из того, что писали в те времена даже «в уважаемых СМИ», было «пропагандой».

«Их дело»

По словам российского премьера «основной целью» вмешательства РФ было «разоружение противника до такой степени, чтобы он перестал истреблять людей».

«Мы изначально не преследовали цели смены режима, даже, несмотря на то, что господин Саакашвили по понятным причинам является для меня и для моих коллег абсолютно нерукопожатным лицом. И я считаю его военным преступником. Тем не менее мы считали и считаем, что народ должен разбираться со своими правителями», – заявил Медведев.

Что касается будущих отношений Цхинвали и Сухуми с Тбилиси, российский премьер отметил, что принятие решений в данной связи будет «зависеть от воли народов, которые живут на этих территориях».

«Мы хотели бы, чтобы они жили в мире. В какой форме будут осуществляться их отношения – это их дело, мы не будем на эти процессы влиять. Но мы, конечно, будем защищать национальные интересы России», – пояснил Медведев.

О Саакашвили

Говоря о президенте Грузии, Дмитрий Медведев заявил, что несмотря на то, что отношения России и Грузии к 2008 году, когда Медведев стал президентом, «переживали далеко не лучшие времена», он верил в перспективность попыток по нормализации отношений.

Он рассказал о «вполне нейтральном разговоре» во время звонка Саакашвили через несколько недель после его официального вступления в должность президента России, а также о их двух встречах на июньском саммите стран СНГ в Петербурге и в Астане в июле 2008 года.

«Я до сих пор помню этот момент, как я встаю, встречаю в кабинете его, и он такой входит с большой и доброй улыбкой. Я ему сказал, что я бы хотел как-то постараться наладить отношения в том смысле, в котором мы это понимаем.
Улучшить их, особенно с учетом особой симпатии, которую всегда испытывал русский народ к грузинскому и наоборот. Господин Саакашвили сказал, что он преисполнен теми же чувствами и считает, что это наша важнейшая задача, что это можно сделать. На том и порешили», – сказал Медведев.

«Потом как-то он пропал со связи... И я даже спрашивал у одного своего помощника, выходил ли кто-то из аппарата грузинского президента по поводу встречи, потому что мы планировали. Он говорит: нет, никаких сообщений не было, они, говорит, молчат. А потом произошло то, что произошло», – резюмировал российский премьер.

«Та же политика»

Эксперт в вопросах безопасноси Теона Акубардия считает, что Дмитрий Медведев старается «полностью» перенести всю вину за войну 2008 года на президента Грузии Михаила Саакашвили, и задается вопросом: если вся проблема для российского руководства была в личности Саакашвили, почему после смены власти в Грузии и диалога иниицированного новыми властями, Россия в ответ продолжает воздвигать заграждения из колючей проволки на 300 метров вглубь территории подконтрольной Тбилиси, вдоль административной линии с Цхинвальским регионом.

«Несмотря на то, что правительство Иванишвили выступило с инициативой диалога с РФ и предприняло ряд шагов в данном направлении, Россия продолжает ту же политику по отношению Грузии, как и при правительстве Саакашвили. Москва ставит условием возобновления дипотношений признание Грузией результатов войны, при этом зная, что этого не произойдет», – сказала эксперт в беседе с «Голосом Америки».

Тем не менее, Акубардия придерживается мнения, что начатый диалог между странами все же является позитивным явлением, хотя бы по той причине, что уменьшает возможность возобновления военных действий. Эксперт отметила, что «постоянное напряжение» в отношениях стран, которое присуствовало при прежнем правительстве Грузии, не принесло «ничего позитивного». Соответственно, считает Акубрадия, хотя восстановление территориальной целостности Грузии является «далекой» перспективой, сам факт того, что Москва и Тбилиси начали общаться можно только приветствовать.

«Символическое потепление»

Георгий Мчедлишвили из Королевского интститута международных отношений в Лондоне считатет, что до нормализации отношений между двумя государствами «еще очень далеко», и что нынешнее «потепление» пока носит более символический характер, что вряд ли можно назвать нормализацией. Политолог в данной связи вспомнил, что приход к власти в Грузии команды Саакашвили в начале 2004 года был также встречен новыми надеждами на улучшение отношений, и что эти надежды «окончательно рухнули» в июле-августе 2004 года. Причем, считает Мчедлишвили, тогда руководства обоих государств совершили шаги, «повышающие градус накала».

«Поэтому я бы более осторожно отнесся к нынешней оттепели и одобрительным комментариям со стороны руководства РФ, тем более что пока за этой риторикой не стоит ни одного практического шага. Скорее наоборот, шаги в отношении оккупированных территорий, например перенос границы на 300 метров вглубь подконтрольной Тбилиси территории никак не способсвует реальному улучшению отношений. Что касается отмены эмбарго на вина и минеральные воды, то эта отмена была частью обязательств, взятых на себя Россией вместе с вступлением в ВТО. Хотя, конечно, выполнение Россией международных обязательств, да еще в отношении Грузии, случай неординарный», – резюмировал эксперт.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG