Линки доступности

НАТО и Россия: перспективы сотрудничества

  • Анна Введенская

А.Ф.Расмуссен

А.Ф.Расмуссен

Эксклюзивное интервью Андерса Фог Расмуссена

Генеральный секретарь НАТО Андерс Фог Расмуссен дал эксклюзивное интервью нашему корреспонденту в Брюсселе Анне Введенской. (Видеоинтервью смотрите здесь) Он рассказал о том, в каких сферах Североатлантический альянс и Россия могут действовать совместно.

«Голос Америки»: Как Вы оцениваете отношения между НАТО и Россией?

А.Ф. Расмуссен: Думаю, что Саммит НАТО-Россия в Лиссабоне станет новым, свежим стартом в наших отношениях. Россия – наш друг и партнер, и мы должны развивать практическое сотрудничество с Москвой во всех областях, где у нас есть общие интересы.

В то же время, мы должны осознавать, что остаются области, в которых у нас сохраняются разногласия. Однако важнее всего то, что мы видим общие интересы в ряде областей и можем сотрудничать в этих сферах.

Г. А.: НАТО – союз демократий, а Россию часто критикуют за нарушения в этой сфере. Что Вы об этом думаете?

А. Ф. Р.: Безусловно, альянс – союз, основанный на ценностях, среди которых личные свободы и демократия – в числе важнейших элементов. Тем не менее, НАТО не вмешивается во внутренние дела России и других государств-партнеров. Однако мы, конечно, заинтересованы в движении России в сторону демократии – настоящей демократии – и уважении прав человека. Думаю, что истиное стратегическое партнерство между НАТО и Россией могло бы быть полезным в этом отношении.

Г. А.: Можно ли считать, что основой для сотрудничества Москвы и Брюсселя станет операция в Афганистане?

А. Ф. Р.: Это важное соглашение, однако я думаю, что самым главным решением, принятом в Лиссабоне, станет начало сотрудничества в области противоракетной обороны. Я не ожидаю услышать от России четкое «да» или «нет». Мы пригласим Россию участвовать в ПРО и начнем исследовательскую работу в отношении того, каким образом это сотрудничество возможно реализовать в практическом плане.

В дополнение к этому, мы надеемся договориться относительно пакета предложений по Афганистану: как Россия может в дальнейшем участвовать в нашей кампании в этой стране. Я также думаю, что борьба с терроризмом – это область, в которой мы можем и должны углублять сотрудничество.

Г. А.: Почему сотрудничество НАТО и России в области нераспространения ядерного оружия «пробуксовывает»? Посол России в НАТО Дмитрий Рогозин недавно заявил, что до сегодня нет общего подхода к тому, как решать эту проблему.

А. Ф. Р.: Географическое положение государств различно. Возможно, это причина того, что они по-разному оценивают угрозы. И нет необходимости стопроцентно соглашаться по поводу всех угроз, чтобы работать совместно. Важнее всего – достигнуть соглашения в рамках проекта противоракетной обороны. У россиян есть вопросы, на которые мы должны ответить. Мы должны дать ответы в результате совместных анализов. Это моя цель. На саммите, как я надеюсь, мы сможем инициировать начало работы над таким совместным анализом.

Г. А.: Чем является НАТО сегодня: это региональная или глобальная организация?

А. Ф. Р.: Если описывать географически – это евро-атлантическая организация, альянс между европейскими и североамериканскими союзниками. Добавлю, что основная задача НАТО остается прежней: защита нашего населения и территорий.

Но надо понимать – чтобы защищать наших граждан эффективно, возможно, порой нам придется переходить за пределы наших границ. Как, например, для операции в Афганистане. Расставлять танки по периметру границ недостаточно, чтобы защитить наше население от террористов – мы должны атаковать террористов в их логове, поэтому мы и находимся в Афганистане.

Мы не намереваемся стать мировым полицейским, но у альянса есть глобальная перспектива, в противном случае, мы не сможем эффективно защищать наших граждан.

Г. А.: В этой связи, как Вы представляете отношения НАТО с ООН. Россия опасается, что Вы стремитесь перенять часть функций или прерогатив ООН – сначала начинаете компании, а потом ищете поддержки ООН...?

А. Ф. Р.: Мы не претендуем на роль Организации Объединенных Наций. НАТО функционирует в рамках принципов и Хартии ООН. Моя цель – добиться углубления сотрудничества ООН и НАТО.

Г. А.: Почему, на Ваш взгляд, у России и НАТО нет общего походка к кибер-аттакам? Почему они не вошли в список общих угроз?

А. Ф. Р.: Мы разделяем мнение о том, что кибератаки представляют угрозу для наших обществ. Но это вопрос выбора приоритетов. В настоящий момент мы считаем приоритетами тактическое сотрудничество в Афганистане, борьбу с наркотрафиком, терроризмом, пиратством… Прежде всего потому, что это хорошо очерченные и согласованные области. Конечно, я не исключаю, что мы придем к согласию и по иным направлениям.

Г. А.: Могут ли Украина и Грузия стать членами НАТО?

А. Ф. Р.: Прежде всего, я хочу подчеркнуть, что мы будем продолжать политику «открытых дверей». Она основывается на одном из фундаментальных принципов, согласно которому каждая страна имеет право самостоятельного выбора союзников.

Говоря это, я подчеркиваю, что на саммите в Лиссабоне мы подтвердим, что решения, принятые в Бухаресте, остаются в силе.

Что касается Грузии и ее стремления к членству в НАТО, то, конечно же, Грузия может вступить в альянс при условии, что она удовлетворит критериям НАТО.

Предложения Бухарестского Саммита Украине также остаются в силе, но мы уважительно относимся к тому, что за прошедшее время Украина изменила свою позицию – ныне у нее нет амбиций стать членом альянса. В то же время Украина подтвердила свое сотрудничество с НАТО в существующих рамках.

НАТО добровольная организация, мы никого силком не привлекаем. Для европейских государств, удовлетворяющих нашим критериям, дверь в НАТО остается открытой...

Г. А.: ...А Россия?

А. Ф. Р.: Это интересный вопрос, так как, согласно десятой статьи Хартии НАТО, возможно пригласить к вступлению в альянс любую европейскую страну, при условии, что эта страна может внести вклад в упрочение евро-атлантической безопасности и разделяет принципы альянса. Это базовый принцип НАТО, и он распространяется на Россию. Однако, я не думаю, что реалистично ожидать появления подобной заявки с российской стороны. Реалистический подход, на мой взгляд – это развитие стратегического партнерства с Россией.

Г. А.: В России существует некоторое разочарование в отношении того, что НАТО «не замечает» ОДКБ. Ваш комментарий?

А. Ф. Р.: Мы сотрудничаем с индивидуальными членами ОДКБ. Но мы не видим дополнительной ценности в развитии формальных отношений с этой организацей, хотя практическое сотрудничество, например, в борьбе с наркоторговлей – очень ценно.

Г. А.: Что последует за саммитом Россия-НАТО в Лиссабоне? Каковы перспективы сотрудничества Москвы и Брюсселя?

А. Ф. Р.: В долгосрочной перспективе я вижу настоящее стратегическое партнерство между НАТО и Россией, которое может начаться с практического сотрудничества в областях, которые я ранее перечислил: Афганистан, борьба с терроризмом, наркотиками, пиратством и противоракетная оборона.

Думаю, что ПРО – большой и долгосрочный проект, который потребует много внимания и большой работы. Но если мы сможем создать общую противоракетную оборону, то будем в состоянии создать и общую архитектуру безопасности, своеобразную «крышу» для евро-атлантической безопасности. Это будет и защита, и эффективная мера по укреплению доверия. Я думаю, это и станет следующим большим шагом.

Эксклюзивное видеоинтервью с Андерсом Фог Расмуссеном смотрите здесь

XS
SM
MD
LG