Линки доступности

Россия, Азербайджан и Украина – модели использования молодых в политике


Анастасия Кудрявцева, представитель оппозиционной молодежи

Анастасия Кудрявцева, представитель оппозиционной молодежи

Надя Дюк: «Молодежь всегда во главе революций и никогда среди приглашенных на пир победы»

В США вышла в печать новая книга вице-президента американского неправительственного Национального фонда поддержки демократии Нади Дюк (NED, Nadia Diuk). Книга интересна тем, что стала единственным источником данных, полученных в результате анализа современной политической роли молодежи в России, Азербайджане и Украине (The Next Generation in Russia, Ukraine, and Azerbaijan: Youth, Politics, Identity, and Change). Жителей России книга может привлечь еще и в связи с тем, что NED все чаще упоминается российскими официальными лицами в числе западных организаций, оказывающих поддержку оппозиции в стране.

Русская служба «Голоса Америки» предлагает вашему вниманию интервью с автором книги. Надя Дюк рассуждает о том, почему Владимир Путин не хочет ехать в США, перед какими вызовами стоит оппозиция в России и нужен ли ей лидер, почему Азербайджану не грозит революция, в чем особенность украинской молодежи, для чего в Кремле придумали «Наших» и кто придет им на смену.


О Путине

Мне кажется, из-за того, что антиамериканская риторика была настолько значительной частью предвыборной кампании президента Путина, для него было бы большим конфузом приехать и встретиться лицом к лицу с лидером страны, которая стала объектом такой злобной пропаганды. Может быть, по-человечески ему нужно время, чтобы пересмотреть стратегию, и возможно, по этой причине он остается дома и посылает вместо себя человека, у которого за последние четыре года установились отношения с президентом Обамой. Что ожидать от будущего, сложно сказать, в частности из-за враждебной антиамериканской тактики, которой отличалась президентская кампания Путина. Мне сложно представить, каким образом США и России удастся вернуться в русло нормальных отношений.

Об оппозиции

Как будет развиваться протестное движение в России – это уже больше не вопрос российской оппозиции. В декабре и в феврале мы видели сотни тысяч людей на улицах. Многие люди в России переступили психологический барьер и вышли на улицу – протестовать против системы, которая по их ощущениям не справедлива и унижает их достоинство – это важнейший барьер. Теперь перед политической оппозицией стоит вызов – постараться понять, чего хотят люди в России, как оппозиция может представить народ, и как она может двигаться к более демократичной системе. Хотя не вся оппозиция демократическая.

Мне кажется, это станет главным вызовом в будущем для оппозиции, потому что люди, которые протестуют, имеют фундаментальные стремления и требования, и они не хотят мириться с тем, чтобы их мнение полностью игнорировалось политической элитой. Поэтому хорошим стартом для оппозиции стало бы создание единой платформы и формирование стратегии, основанной на том, что нужно народу и что нужно России как государству.

О лидерстве

Вопрос лидерства очень интересен сам по себе, в своей книге я им задаюсь не раз. Лидеры, как правило, появляются спонтанно, и мы видели появление на публичной арене нескольких интересных молодых людей во время протестов в России. Станут ли они именно теми людьми, которые будут представлять интересы людей в переговорах, участвовать в демократических правительствах – покажет время. Но мы увидели новые лица – и это освежающий сигнал неизбежных перемен в будущем.

О полиции


Разница в том, как полиция обращалась с демонстрантами до и после выборов, очевидна. Но я слышала от некоторых людей, которые были арестованы, что многие полицейские были солидарны с ними. Как долго можно продолжать атаковать и избивать протестующих? Я не думаю, что эта стратегия способна продержаться какое-то значительное время. Особенно с учетом того, что переломный момент в сознании большинства людей в России уже состоялся, а полицейские – такая же часть российского народа, и они осознают, что события в стране в равной мере отражаются и на их жизни.


Россия


Политические лидеры всегда знают, что если привлечь молодых и внушить им какие-то идеи (не обязательно демократические), то ты получишь всю эту силу в свое распоряжение. Мы помним, как это происходило в гитлеровской Германии. Такая же мотивация скрывается в России за созданием молодежных групп, подобных «Нашим». И в России это все используется с наилучшим эффектом, властные круги всегда отслеживают возможные вызовы и опасности для своей политической системы, своего режима и реагируют контрбалансами.

В Кремле наблюдали за «оранжевой революцией» и выявили два главных элемента, которые свергли систему власти в Украине, – это молодежные группы и неправительственные организации – и мне кажется, в Кремле много думали о том, как обезопасить себя от революций. Итогом этих размышлений стала пролиферация антигражданского движения и антигражданских законов. В особенности шаги, направленные на предотвращение любых независимых молодежных групп. И, конечно, идея создания и прикармливания молодежных групп, поддерживающих правительство, была направлена против тех молодых, которые могли бы бросить вызов системе, быть в оппозиции к власти. Понятно, что поддержка этих групп требует большого финансирования, все эти летние лагеря и акции… И до тех пор, пока лидеры России могут обеспечить частное или государственное финансирование этих групп, они будут существовать, но все это зависит от экономической ситуации и от планов власти на будущее.

В то же время в России множество молодежных гражданских групп, их можно увидеть в блогосфере и по всему Интернету, которые не поддерживают идеологию неонацистов и радикалов, которые заинтересованы в продвижении России в направлении к демократии и либерализму. Надо надеяться, что именно они смогут вдохновить следующее поколение молодых, тех, кто придет после «Наших». Нужно надеяться, что Россия все-таки будет развиваться в направлении более открытой системы, системы, которая поддерживает своих граждан, а не отчуждает их от политической жизни.


Молодежь и мировая революция


Если судить даже исключительно по событиям прошлого года, ясно, насколько важную роль могут играть молодые люди в протестном движении, которое часто и возглавляется молодыми. Мы увидели это во время «арабской весны», чуть раньше – в некоторых странах бывшего советского блока и в принципе – по всему миру. Мы видим, что, когда люди выходят на улицы, именно молодые идут впереди и прокладывают путь остальным. Они – идеалисты, радикалы, они уверены, что им нечего терять, потому что будущее при существующем политическом режиме выглядит очень мрачным. В результате исследований при написании книги я пришла к заключению, что в период, наступающий после революций, когда города успокаиваются, улицы очищаются, и люди отправляются по домам, когда достигается какое-то соглашение – молодежь всегда проигрывает – как правило, молодые люди оказываются за бортом. И тогда они утрачивают идеализм, уходит эйфория от сознания того, что они могут взять свою судьбу в собственные руки и влиять на будущее – это все сменяется разочарованием, потому что они совершенно намеренно исключаются из всех политических процессов. И это, на мой взгляд, огромная потеря для любой политической системы, стремящейся к движению вперед, к более динамичной демократической структуре.

Азербайджан

В Азербайджане происходят процессы, характерные для стран, богатых нефтью и минеральными ресурсами, где политическая элита доминирует и забирает богатства себе, нет необходимости в налогах, потому что страна может функционировать без всякого участия граждан. К сожалению, это часто приводит к изоляции граждан, возникает негласный договор между элитами и гражданами, где последние в обмен на определенную стабильность соглашаются не участвовать в политической жизни, не будут подрывать устоявшуюся систему власти. Именно это происходит по нарастающей в Азербайджане.

В 1990-х годах в Азербайджане существовала очень динамичная политическая культура. Гейдар Алиев был президентом страны, и можно сказать, что он каким-то образом предоставлял больше пространства для политической оппозиции и гражданского общества. Сейчас, на мой взгляд, это пространство сильно сужается. Действующий президент – сын Гейдара Ильхам – ограничивает гражданское пространство. Мы видим все больше арестов журналистов и блогеров, политические партии задавлены до того уровня, когда у них практически не остается никакого пространства для работы и сколько-нибудь важных программ для народа. И у молодого поколения остается два выбора: они могут пойти работать на правительство и получать хорошие бенефиты в обмен на вступление в структуры, которые созданы этим правительством; или они могут жить в Facebook, что стало очень частым явлением в Азербайджане.

Молодежь так и не смогла найти себе место в оппозиционных партиях, потому что там все еще доминируют старшие. Что это означает для будущего, предсказать сложно. Но в стране постоянно увеличивается число групп молодых высокообразованных людей, которые абсолютно лишены гражданских прав. И они чувствуют себя полностью изолированными от политической жизни своей страны.

Украина



Если использовать популярную парадигму Збигнева Бжезинского, Россия не сможет восстановиться как империя без Украины. В Украине существует сильная традиция политической активности молодежи. Вспомним протесты 1990 года, когда около 200 тысяч революционно настроенных молодых людей вышли на протесты в Киеве, тогда это все еще был Советский Союз. И протесты происходили на Майдане, спустя 10 лет ставшем ареной главных событий «оранжевой революции». Революция 1990 года не привела к какому-либо включению молодежи в политическую систему – фактически это послужило своеобразным сигналом о необходимости исключения молодежи из политических процессов для старых элит, которые считали идеи молодежи слишком опасными. И снова в революции 2004 года молодежь возглавила политический протест, она вывела тысячи людей на улицы.

И вот спустя 8 лет после «оранжевой революции» в Украине выросло целое поколение молодых людей. И, на мой взгляд, многие упускают из виду тот факт, что сегодняшние 18-летние получили опыт пяти лет жизни при Ющенко, когда образование было очень интересным, СМИ были свободными, каждый мог организовать различные движения. Я думаю, отпечаток этих пяти лет еще проявится. Возможно, эти 18-20-летние украинцы смотрят на правительство и думают, что за стилем его управления нет будущего, и лучший способ изменить это – участие в выборах. Уличные демонстрации, на мой взгляд, утратили привлекательность, поэтому я думаю, что молодежь будет все больше участвовать в политике.

Вообще же для меня оказались удивительными и необъяснимыми результаты опросов среди молодежи в Украине, которые я провела два раза с интервалом в семь лет в 2003 году, до «оранжевой революции», и в 2010-ом. Задавались одни и те же вопросы одинаковой возрастной группе – оказалось, что молодежь в Украине очень недоверчиво настроена к власти и особенно – к президенту. При этом совершенно не важно, кто управляет страной – Кучма, Ющенко или Янукович – у молодых украинцев очевидная тенденция антипатии к политическому истэблишменту. Этого нет в других странах – в Азербайджане и России огромный процент молодежи поддерживает президентов.

Относительно дела Юлии Тимошенко и угроз со стороны европейских стран бойкотировать чемпионат по футболу в 2012 году в Украине, я думаю, что политика всегда была частью спорта или наоборот – спорт всегда был частью политики. Я даже не могу вспомнить случая, когда политика не была вовлечена в спорт: вспомним бойкот американцами Олимпиады 1980 года в Москве, причиной которого было вторжение Советского Союза в Афганистан. Южноафриканская команда по регби также бойкотировалась и не допускалась к участию в соревнованиях из-за режима апартеида, существовавшего в стране вплоть до начала 1990-х. Политические лидеры Европы едут в Украину наблюдать за футболом не как частные лица, а как официальные представители своих стран. И если они видят, что в Украине происходят настолько предосудительные события, что они не могут там присутствовать, то это серьезный политический сигнал.

  • 16x9 Image

    Фатима Тлисовa

    В журналистике с 1995 года. До прихода на «Голос Америки» в 2010 году работала собкором по Северному Кавказу в агентстве «Ассошиэйтед пресс», в «Общей газете» и в «Новой газете». С января 2016 г. работает в составе команды отдела Extremism Watch Desk "Голоса Америки"

XS
SM
MD
LG