Линки доступности

Террор в Москве и Кизляре


Спустя всего два дня после терактов в московском метро, унесших жизни 39 человек, прогремели новые взрывы на юге России – в дагестанском городе Кизляр недалеко от границы с Чечней. Согласно официальным сообщениям, в результате погибли по меньшей мере 12 и ранены 18 человек. Лидер чеченских сепаратистов Доку Умаров сообщил, что лично отдал приказ произвести взрывы в московском метрополитене. Однако пока остается неясным, кто совершил теракт в Дагестане, и каковы мотивы этого преступления.

За последние несколько лет в Дагестане имели место многочисленные атаки против правоохранительных органов. Профессор Джорджтаунского университета и эксперт по проблеме терроризма Чарльз Кинг (Charles King) отмечает, что в России расследование террористических атак продолжает оставаться неприемлемым. «К сожалению, правительство России не в состоянии предпринять какие-либо конструктивные меры, например, улучшить эффективность полиции на Северном Кавказе», – считает профессор Кинг.

Чарльз Кинг полагает, что и на этот раз Кремль выберет привычный для него путь в борьбе против террористов – усиление военного контроля и ограничение свобод. По его словам, несмотря на то, что правительство РФ применила силовые методы для установления порядка на Северном Кавказе, сегодня, по сути, политические и экономические проблемы, а также вопросы безопасности остались такими же, как и десять лет назад.

В свою очередь создатель «Форума мира Чечни» Ивар Амундсен (Ivar Amundsen) считает, что религиозный радикализм и терроризм на Северном Кавказе – это прямой результат политики Кремля. По мнению эксперта, сегодня на Северном Кавказе существует четыре основные силовые фракции: федеральная власть России, республиканские правительства, радикальные группы сопротивления и, наконец, светское политическое движение, возглавляемое Ахмедом Закаевым, который в данный момент находится за пределами России.

Ивар Амундсен далее отмечает, что «десять лет назад у Путина была возможность наладить сотрудничество именно со светскими лидерами Северного Кавказа, такими, как, например, Ахмед Закаев». Однако, по его словам, бывший президент предпочел иной путь.

«Иногда мне кажется, что правительству России не выгоден мир на Северном Кавказе, поскольку военный режим на территории страны позволяет властям придерживаться авторитарного правления и при этом иметь широкую поддержку среди населения», – продолжает Ивар Амундсен. С ним согласен специалист по этническим и религиозным проблемам Евразии Пол Гобл (Paul Goble), который считает, что «если бы не взрывы жилых домов в 1999 году, которые позволили Путину усилить авторитарные режим в стране, маловероятно, что он смог бы удержаться у власти на протяжении десяти лет».

С таким мнением не согласен российский политолог Сергей Маркедонов. По его словам сегодня любой теракт, будь он в Кизляре или любом другом городе России или Дагестана, не меняет сложившуюся ситуацию. «В Дагестане мы наблюдаем много политического насилия, – говорит политолог. – Это и радикальный исламизм, и этнополитические споры, а также просто банальные криминальные разборки. По почерку кизлярский взрыв напоминает скорее исламистский теракт, нежели криминальные войны».

Маркедонов объясняет, что к такому выводу он пришел, проанализировав тактику, использованную в кизлярском взрыве. Политолог сравнивает ее с тактикой, используемой террористами-смертниками против американских военных в Ираке. «Происходит первый взрыв, на который реагируют оперативники. А потом после их приезда приводится в действие второе взрывное устройство», – говорит Маркедонов.

Эксперт считает, что в общественном сознании существует ошибочный образ Доку Умарова как «генсека» террористов. «Дело в том, что их структура строится не на основе вертикали. Я подозреваю, что есть несколько террористических сетей, которые не подчиняются даже Умарову. Поэтому, когда он заявляет, что не несет никакой ответственности за теракты, это не значит, что их не могли выполнить некие автономные структуры, действующие на свой страх и риск», – подчеркнул Маркедонов.

К сожалению, отмечает Ивар Амундсен, вылазки таких террористов, как Дока Умаров, стигматизирует все население Северного Кавказа. «Сложные отношения между Кремлем и Северным Кавказом привели к тому, что жители региона не чувствуют себя полноценными гражданами страны, – соглашается с ним Чарльз Кинг, – в лучшем случае они иностранцы, а в худшем – звери».

Между тем, западные эксперты склонны проводить параллели между последними терактами в Москве и Кизляре и событиями 1999 года, когда были взорваны многоэтажные жилые дома в Москве. «Теракты в московском метро напоминают нам ситуацию десять лет назад, когда после взрывов двух многоэтажных домов правительство президента Путина направило войска в Чечню», – указывает Чарльз Кинг.

На сегодня существует несколько версий о том, кто организовал взрывы в 1999 году, отмечает Пол Гобл. Однако он напоминает, что в отличие от терактов 1999 года, сегодня в России распространен Интернет – где гуляют разнообразные версии о том, кто мог стоять за террористическими атаками. Заявления правительства в свою очередь подвергаются тщательному изучению общественностью, у которой открыт доступ к разносторонней информации.

А пока, отмечает Пол Гобл, «можно предположить две версии терактов в Кизляре: за террором стоял кто-то, кто одержим идеей разжечь как можно больше насилия, или же кто-то, кто хочет доказать, что политика Путина «выковырять террористов со дна канализации» оправдывает себя».

XS
SM
MD
LG