Линки доступности

Василий Уткин: американцы очень похожи на русских


Василий Уткин

Василий Уткин

Матвей Ганапольский представляет первые впечатления от Америки известных российских политиков, деятелей культуры и искусства, а также общественных деятелей, которые когда-то первый раз пересекли границу США и открыли для себя новую страну, которую раньше видели только в кино и по телевизору

Впервые я оказался в Америке в городе Филадельфия весной 1996 года. Тогда на канале НТВ мы показывали матчи НХЛ – на канал пришел работать выдающийся хоккейный спортивный комментатор Евгений Александрович Майоров, специально для него и купили матчи НХЛ. Но для того чтобы украсить трансляцию, предполагалось, что кто-то в Америку едет и специально что-то снимает – так я и оказался там.

Не могу сказать, что именно эта первая поездка оставила у меня слишком много впечатлений, хотя, конечно, пара главных впечатлений была.

Во-первых, Америка очень похожа на Россию. В принципе точно такая же страна, только по-другому устроенная. Американцы очень похожи на русских – думаю, что в этой мысли я не оригинален.

При этом бросаются в глаза две вещи: если ты решил перейти улицу и опустил ногу с тротуара, то машины останавливаются. Меня это поразило. И второе – отношение к инвалидам. Для инвалидов есть все и везде. К ним относятся, как к нормальным людям, и не смотрят криво и косо.

Летом того же года я провел в Америке три недели на таком мероприятии, как Олимпиада в Атланте. Это было по впечатлениям несопоставимо ни с чем другим, потому что мы туда поехали большой группой, и с нами были люди, которые были в состоянии рассказать и объяснить, что это за страна – в частности, с нами туда поехала Елена Ханга.

Мы не были аккредитованы на эту Олимпиаду, поэтому могли лишь писать без права съемок.

Нам не дали работать в официальном пресс-центре, поэтому для нас сняли огромный дом за городом. Мы рыскали по городу в поисках того, что можно было бы наснимать, а потом ехали в этот дом, километров за сорок, и там все монтировали.

Тут нужно учесть, что в те времена не было навигаторов, и мы в полной мере хлебали специфику американских дорог, когда в принципе все понятно, но если проскочил нужный поворот, то домой попадешь нескоро.

На этих дорогах с нами происходило много занятного. Например, однажды за нами долго ехала полицейская машина с включенной мигалкой. Но мы не останавливались, потому что привыкли, что в России машины едут именно так, и к тебе это не имеет отношения. Кроме того, нам никто не приказывал остановиться, а то, что эта мигалка и есть этот приказ, мы не знали.

Наконец мы остановились, но и дальше не знали, как себя вести. Нам, конечно, говорили, что полицейскому всегда важно видеть ваши руки. Мы это помнили, но водитель полицейской машины из нее не выходил, а мы не понимали, как ему показать наши руки – ну не поднимать же их над головой, как пленным! Наконец из машины показалась довольно пожилая полицейская, которая, видимо, испугалась нас еще больше, чем мы ее. В результате у нас состоялся весьма сложный диалог, но она так и не подошла к нам близко и издалека рассматривала наши российские права, в которых не было ни одного понятного ей слова.

А другая занятная дорожная история состояла в том, что мы, чуть не пропустив нужный поворот, из крайнего левого ряда повернули вправо. И тут мы обнаружили, что справа едет огромный минивэн, в которой за рулем сидит толстая дама и человек пятьдесят членов ее семьи. Этот поворот мы запомнили, как в замедленном кино – дама из минивэна что-то беззвучно кричала нам сквозь стекло, мы что-то кричали ей, но в памяти остался только визг колес. Когда поворот завершился, мы с моим коллегой хотели обменяться несколькими горячими фразами, но вдруг вспомнили, что в машине с нами находится Елена Ханга. Возникла пауза, после чего Ханга спокойно сказала: «Да. Мамаша ошарашена!..»

Эта фраза надолго стала присказкой в нашей поездке.

Кстати, о полицейских. Именно там, в Атланте, мы поняли, что полицейский может быть другом. Его всегда можно о чем-то попросить, особенно если он видит, что ты иностранец – один раз полицейский даже перегородил дорогу на встречной полосе, чтобы мы могли развернуться. Мы повздорили с полицейским только один раз, когда на Олимпиаде произошел небольшой взрыв. Мы, естественно, помчались это снимать, а полицейский нас туда не пускал. Но сейчас я понимаю, что он был прав.

Если говорить об американском спорте, то у нас всегда называли его профессиональным, не понимая, что американцы вкладывают в это понятие совсем другой смысл. Профессиональный спорт был как раз у нас, потому что именно наши спортсмены посвящали ему всю свою жизнь, проводя ее на сборах.

Если же говорить чисто об американских видах спорта, то могу сказать так: я в Америке не понимаю двух вещей – правила бейсбола и фильмы Дэвида Линча. Это слишком сложно для меня.

Но если говорить об американском футболе, то это игра очень интересная, на нее подсело много людей и в России, причем тех людей, которые никогда и не были в Америке. Американский футбол – это чистый воды империализм, борьба за территорию.

Есть загадка – почему в Америке не прижился европейский футбол. Дело в том, что он начал там приживаться, когда уже много чего там прижилось. С другой стороны, он постепенно там прогрессирует, он стал студенческим спортом, особенно часто в него играют девушки. И кстати, американская футбольная женская команда – лучшая в мире. Но в остальном я не могу сказать, что существование американцев на спортивной волне сильно отличается от нашего. Конечно, есть культовые виды спорта, но удивительным образом другие виды спорта в каком-то месте не приживаются – например, из той же Атланты сейчас съехала хоккейная команда – не прижилась!

Если говорить об американских болельщиках, то они умеют как-то разнообразно болеть. Тут в ход идут не только флажки и выкрики, но и различные группы поддержки, которые мы наблюдаем чаще всего в кино, потому что у нас нет такой традиции. Интересно, что европейцы тут сдержанны, как и русские – ярко и изобретательно болеть считается неудобным и нескромным. А у американцев болельщики соревнуются в своем искусстве не меньше, чем спортсмены.

Если делать какой-то общий вывод об Америке, то скажу так: это страна, в которой приятно время от времени бывать, которую, наверное, каждый, кто на нее запал, мечтает пересечь на машине поперек от океана до океана.

А лично для меня Америка – это страна, в которой ни к чему не нужно привыкать. Там живут очень похожие на меня люди, и многое устроено так, как я бы хотел, чтобы было устроено в моей стране.

Колонку Матвея Ганапольского читайте в рубрике «Матвей Ганапольский: Открывая Америку»

XS
SM
MD
LG