Линки доступности

В США вышла книга Маши Гессен о «невероятном восхождении Владимира Путина» и его «скором падении»

Российская журналистка Маша Гессен, главный редактор журнала «Вокруг света», считает, что Владимир Путин «не продержится у власти до конца года» при условии, что «протестное движение сумеет найти новую стратегию». Об этом она заявила в среду, представляя в Колумбийском университете в Нью-Йорке только что вышедшую в США на английском языке свою новую книгу «Человек без лица: невероятное восхождение Владимира Путина».

Напомним, что Маша Гессен, наряду с Хиллари Клинтон, Ангелой Меркель и экс-президентом Кыргызстана Розой Отунбаевавой, ранее вошла в список 150-и самых влиятельных женщин мира по версии издания Newsweek Daily Beast.

Выход книги Гессен совпал с выборами в России, и если издательство Riverhead рассчитывало на то, что это совпадение повысит интерес к фигуре Путина, этот рассчет оказался безошибочным. Однако, полагаясь на подогреваемый текущими событиями интерес, автор рискует тем, что само ее произведение будет отодвинуто на второй план. На встрече с Машей Гессен прозвучало больше вопросов о ситуации в Москве после выборов, чем собственно о книге.

Гессен, назвавшаяся в недавнем интервью израильской газете «Хааретц» «стопроцентным врагом» власти в России, с готовностью отвечала на все вопросы. Она, в частности, признала, что надеялась на более масштабные демонстрации протеста на следующий день после того, как Путин провозгласил победу на выборах. «Будучи одним из организаторов протестов, я много говорила с людьми, - рассказала Гессен. – Многие люди надеялись на чудо и были подавлены масштабами фальсификаций на выборах. Существует риск того, что протесты сойдут на нет».

По словам Гессен, протестному движению необходима новая стратегия, которая заставит Путина отказаться от власти. Однако она не смогла сказать, какой может быть эта стратегия, или как она может быть выработана.

«Аудиторией, на которую расчитывает протестное движение, является низшая ступень созданной Путиным пирамиды власти, – сообщила Гессен. – Это бюджетники, которых заставляли ходить на про-путинские митинги, унизив их достоинство; это члены местных избирательных комиссий... Это журналисты, работающие в государственных СМИ, в частности, на телевидении... И, наконец, это – полиция, которой в какой-то момент будет отдан приказ использовать силу против протестующих, и нам нужно, чтобы они этот приказ отказались выполнять».

По мнению Гессен, если ситуация будет развиваться по такому сценарию, Путин вынужден будет вступить в переговоры о предоставлении ему юридического иммунитета в обмен на отказ от власти. Она считает, что переговоры от имени оппозиции смогут вести бывший министр финансов РФ Алексей Кудрин или миллиардер Михаил Прохоров, баллотировавшийся в президенты.

Навальный на «выжженном поле» российского дискурса

Маша Гессен признала, что сегодня у оппозиции нет явных лидеров. Она обяснила это тем, что за годы правления Путина политическое поле им было выжжено и сейчас «никто не может с уверенностью сказать, что вырастет на этой опустошенной почве».

Типичным представителем публичного политика, сформированного путинской эпохой, Гессен назвала Алексея Навального, чью компанию против коррупции она считает «очень важным элементом» протестного движения. Его политические взгляды, по мнению журналистки, являются «странной смесью национализма и либертарианства», «двух примитивных идеологий, которые часто возникают в политическом вакууме».

Гессен выразила надежду, что взгляды Навального станут более «нюансированными» по мере того, как в России будет развиваться политический дискурс.

По словам Гессен, националисты участвуют в протестных акциях, но их, «к счастью, не так много, как я боялась». «Я надеюсь, это означает, что их вообще не так уж и много», – добавила она.

Маша Гессен эмигрировала из СССР в США с семьей в юном возрасте, позже вернулась в Россию и сейчас живет в Москве. Маша является человеком с нетрадиционной сексуальной ориентацией. Она ведет на сайте газеты New York Times блог, в котором выразила опасения в связи с возможным направлением «пост-путинской» России.

«Наша революция еще не победила, а соорганизаторы уже время от времени просят меня убраться с передовиц со своим лесбиянством, еврейством и американским паспортом, – написала она. – В худшем случае новая Россия будет ксенофобской страной, в которой таким, как я, места не будет. В лучшем случае мне и таким, как я, придется выйти из своей скорлупы и, пользуясь вновь созданным общественным пространством, просветить людей о наших различиях».

«Я готова взяться за эту работу, и я готова принять этот риск», – заключает Гессен.

Выйти из кафе «Жан-Жак»

Маша Гессен считает, что большинство наблюдателей переоценивают реальную популярность Путина, в частности, в регионах. Она также не согласна с расхожим в западных СМИ мнением о том, что происходящее в Москве является «революцией среднего класса». «Если западным журналистам лень выходить из кафе “Жан-Жак”, это еще не значит, что только там гнездится оппозиция Путину», – язвительно заметила Гессен.

По ее словам, демонстрации протеста в декабре и в феврале прошли в без малого сотне городов России. Гессен привела данные опроса, проведенного среди участников митинга на проспекте Сахарова «Левада-центром». «Как выяснилось, лишь половина из них пользуются социальными сетями, – рассказала она. – Лишь 5% из них сказали, что у них достаточно денег для того, что бы ни в чем себе не отказывать. Подавляющее большинство сказало, что не могут позволить себе такие большие покупки, как телевизор или холодильник. 7% сказали, что их доход не достаточен для удовлетворения элементарных человеческих потребностей. Как мы видим, это широкий срез общества».

«Первая леди» при Путине

Отвечая на вопрос корреспондента Русской службы «Голоса Америки», Маша Гессен отметила, что демократическая риторика президента Дмитрия Медведева, возможно, произвела «непредвиденный эффект» в России, способствовав формированию протестного движения. Однако, по ее мнению, неверно было бы говорить, что это произошло с согласия Путина. «Просто Путин, не принимая всерьез демократическое движение, не думал, что подобное может произойти», – сказала Гессен.

Журналистка сравнила роль Медведева с ролью «первой леди» при Путине. «Медведеву была доверена гуманитарная работа, – сказала журналистка. – Он общался с обделенными в правах, с заключенными, с интеллигенцией – с меньшинствами, которых нужно было погладить по головке, чтобы они не выступали».

По мнению Гессен, Медведеву удалось привлечь к сотрудничеству часть либеральной интеллигенции, учредив президентские советы по правам человека и по развитию гражданского общества. В качестве примера она привела своего свекра, политолога Дмитрия Орешкина, который после долгих и мучительных сомнений вошел в президентский совет.

«Он говорил, что это возможность что-то сделать, работая внутри системы, – рассказала Гессен. – “Даже если у нас есть основания на 99% не доверять системе, если есть хоть один шанс что-то изменить, я не могу его упустить”. Этот аргумент можно понять, однако за ним последовало горькое разочарование».

По словам Гессен, очень многие из тех, кто связывал надежды на либеральные реформы с президентом Медведевым, были оскорблены тем, как была осуществлена рокировка в тандеме, и влились в протестное движение.

Снова Who is Mr. Putin?

Что касается книги Маши Гессен, то в ней она рисует портрет Путина как стопроцентного злодея, «крестного отца мафии, которая правит страной», и в то же время «мелкого мстительного человека», личность которого была раздута мастерами пропаганды до спасителя Родины. В своем выступлении она подчеркнула, что Путин, имея возможность с чистого листа написать свою биографию (потому что до его восхождения во власть о нем было мало что известно), предпочел сделать акцент на том, что в детстве и отрочестве он был «настоящим бандитом».

Отвечая на вопрос корреспондента о том, как объяснить, что многие западные журналисты, политологи и бизнесмены, встречавшиеся с Путиным, находят его харизматичным и убедительным собеседником, Маша Гессен сослалась на его «неплохую подготовку в КГБ». «Он однажды назвал себя специалистом по человеческим отношениям, – сказала журналистка. – Судя по всему, он неплохой коммуникатор. Он очень плохой публичный коммуникатор, но, насколько я могу судить, в более частной обстановке у собеседника всегда остается ощущение, что Путин на его стороне».

Маша Гессен признала, что сама она никогда лично не встречалась с объектом своего исследования.

Книга Гессен была в целом положительно встречена американскими рецензентами, некоторые из которых отметили, что автор проявила «поразительное мужество в расследовательской работе и вынесению приговора наиболее влиятельному человеку в России».

В то же время, как написал в газете Wall Street Journal бывший московский корреспондент еженедельника Business Week Пол Старобин, созданный Машей Гессен портрет российского лидера «не вполне убедителен». По его мнению, местами автор «перегибает палку», как, например, когда она утверждает, что «Владимир Путин приказал убить Александра Литвиненко», не приводя каких-либо доказательств.

Этот пример не единственный. В книге собраны не раз уже выдвигавшиеся против Путина обвинения, связанные с некоторыми ключевыми событиями недавней российской истории – взрывы домов в Москве в 1999 году, война в Чечне, теракт на Дубровке, Беслан, убийства журналистов. В работе Маши Гессен эти истории обрастают некоторыми неизвестными прежде подробностями, но, как отмечает ряд рецензентов, автор не приводит неопровержимых доказательств.

В интервью газете New York Times Маша Гессен объяснила это «уловкой-22», характерной для «закрытой политической системы». «Неопровержимые доказательства должны собирать правоохранительные органы, но это – последнее, чем они будут заниматься, пока Путин остается у власти», – сказала она.

«Путин управляет страной уже 12 лет, – добавила Гессен, – и одного этого достаточно, чтобы возложить на него личную ответственность за то, что при его правлении несогласных запугивают, физически атакуют и даже убивают».

Подобные заявления покажутся убедительными тем, кто априори разделяет взгляды Маши Гессен. Однако, как написал в своей рецензии Пол Старобин, они не проливают свет «на ту политико-экономическую среду, которая произвела господина Путина».

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG