Линки доступности

Сенатор Лугар: Избавиться от ядерного оружия было в интересах Украины


Автор поправки Нанна-Лугара – о прошлом, настоящем и будущем ядерного разоружения

«Пугающими» назвал сторонник ядерного разоружения на постсоветском пространстве сенатор Ричард Лугар заявления президента Путина о его готовности привести к боевой готовности ядерные силы в случае возможной эскалации ситуации вокруг Крыма.

Экс-сенатор – один из авторов программы Нанна-Лугара (официальное название: «Программа сотрудничества в уменьшении угрозы» Cooperative Threat Reduction Program ), благодаря которой были уничтожены более 7,6 тыс ядерных боеголовок, около 2 тыс баллистических ракет, обеспечена безопасность десятков объектов ядерной инфраструктуры, в эксклюзивном интервью Русской службе «Голоса Америке» подчеркнул, что опасность прекращения переговоров по сокращению ядерных вооружений является угрозой для безопасности как США, так и России.

Юлия Савченко: Учитывая все те усилия, которые вы приложили к ядерному разоружению, что вы думаете о сложившейся ситуации, когда в ходе обострения отношений России и Запада ядерное оружие начало упоминаться все чаще, причем, отнюдь не в контексте разоружения?

Ричард Лугар: Насколько я понимаю, из уст ряда российских официальных лиц прозвучали заявления о том, что они намерены держать ядерный компонент своей обороны в полной боевой готовности, заявления о том, что эти вооружения могут быть направлены на соседствующие с Россией государства. Я могу сказать, что Россия, безусловно, остается сильной ядерной державой. Так же, как США. После заключения нового договора об СНВ мы условились о сокращении числа ракетных боеголовок до 1550. Новых переговоров по сокращению, насколько я понимаю,не предвидится. Это количество ядерных ракет – самое большое среди всех стран мира. Именно поэтому, когда из уст президента Путина или других официальных лиц звучат такие заявления, они, безусловно, не могут не вызывать тревогу. Однако еще более пугающим является для меня тот факт, что Россия прекратила отношения с США в сфере взаимного контроля за вооружениями, причем не только в рамках договора об СНВ, но и рамках соглашения Нанна-Лугара по сокращению вооружений. Россия попросила тогда нас помочь обеспечить безопасность их собственных вооружений. Это очень важный момент, поскольку нет гарантий того, что все вооружения и ядерные материалы находятся в России в безопасности. Это ситуация характерна не только для России. Во всех странах с ядерным оружием есть такая проблема. К нему могут получить доступ нечисты на руку люди, продать его. Я ужеговорю о террористах, которые могут этим оружием и материалами завладеть. Здесь я вижу опасность не только для всего мира, но и для самой России.

Ю.С.: В нынешнем климате американо-российских отношений, вы видите какие-то перспективы по продолжению сотрудничества, хотя бы в том, что касается договора об СНВ? Переговоры по Ирану сейчас тоже идут с участием России.

Р.Л.: Переговоры по Ирану – хороший пример сотрудничества. Я думаю, что сохраняется реальная возможность того, что Россия будет работать с США и двадцатью пятью другими странами, имеющими те или иные виды радиоактивных материалов. Раньше этот список включал в себя 50 стран. Теперь их 25. Партнерство России и США в этом контексте все это время было очень важным. Сейчас неясно, хочет ли Россия поставить крест и на всех этих усилиях, ведь они были одинаково важны как для США, так и для России.

Ю.С.: Если в этом контексте мы говорим об Украине, где сейчас часто приводят в пример невыполнение Будапештского меморандума, и звучат призывы возвратить Украине статус ядерной страны. Что бы вы ответили на такие призывы? Ведь вы лично очень много усилий приложили к тому, чтобы Украина стала безъядерной страной…

Р.Л.: У них, конечно, есть основания для возмущения и разочарованности, для того, чтобы делать такие заявления. Но здесь нельзя забывать историю. Я отлично помню обстоятельства, при которых сенатор Нанн и я поехали на встречу к украинскому президенту, после того, как мы провели наши встречи в Москве. Это было в ноябре 1992 года. На тот момент президент Кравчук не хотел сохранять ядерное оружие. В большей мере потому, что они могли стать слабым звеном. Логистической связи с Россией на эту тему больше не было, и он сам решил, Украине стоит попытаться избавиться от ядерного оружия. Не все члены Рады тогда поддерживали это решение. Многие тогда говорили, что Украина все-таки является третьей по величине ядерной державой в мире. Однако тогда, на ужине с президентом Кравчуком я сказал, что США готовы потратить 150 млн долларов для того, чтобы помочь Украине избавиться от ядерного оружия.

Я очень хорошо помню, как после этого ужина на импровизированной пресс- конференции он сказал «Сенатор Лугар сделал нам очень щедрое предложение – 175 миллионов долларов на то, чтобы помочь избавиться от нашего ядерного арсенала». Потом я вернулся в Вашингтон, поговорил с президентом Бушем, который проиграл выборы Клинтону, и готовился уступить ему место в Белом доме. Мы тогда вместе написали письмо президенту Кравчуку. В конечном итоге на эту программу мы потратили около 800 миллионов долларов. Может быть, даже больше. Но это было, однозначно, в интересах Украины, поскольку они понимали, что для своей собственной безопасности им необходимо избавиться от ядерного оружия, наличие которого могло спровоцировать хаос.

Сейчас они, конечно, могут напоминать о Будапештском меморандуме и жалеть о том, что у них нет чего-то, чем они могли бы ответить России. Но они бы этого в любом случае не сделали, не воспользовались бы ядерным оружием в отношении России. Здесь всем надо быть реалистами, понимать, каким был мир в 1992 году, каким он стал сейчас. И я надеюсь, что все мы такими реалистами и будем.

  • 16x9 Image

    Юлия Савченко

    Журналист-международник cо стажем работы в России, Центральной Азии, Великобритании и США. На Русской службе "Голоса Америки" - с 2010 года. Освещает темы политики, международных отношений, экономики, культуры. Автор и ведущая программы «Настоящее время. Итоги»

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG