Линки доступности

Создатель «Тачек» и «ВАЛЛ-И» о креативности и любви к машинам

23 июня в российский прокат выходит полнометражный анимационный фильм «Тачки-2» – сиквел мультфильма «Тачки», снятого в 2006 году. Его режиссер Джон Лассеттер является одним из основателей студии Pixar, а также ведущим креативным директором студий Pixar и Walt Disney Animation, которые принимали участие в создании «Тачек-2». В послужном списке Лассеттера – режиссура лент «Рататуй», «ВАЛЛ-И» и «История игрушек: большой побег».

Корреспондент «Голоса Америки» Галина Галкина встретилась с Джоном Лассеттером в студии Pixar в Эмеривилле, неподалеку от Сан-Франциско.

Галина Галкина: Расскажите, пожалуйста, о своем детстве.

Джон Лассеттер: Я вырос в Лос-Анджелесе. Мой отец работал менеджером отдела запчастей дилерского центра Chevrolet. В детстве я помогал ему по выходным дням и на летних каникулах. Можно сказать, что я вырос среди машин, и поэтому немудрено, что они сыграли в моей жизни важную роль.

Период моего взросления совпал с периодом расцвета американских автомобилей с мощным двигателем: это были Chevrolet Corvette, Chevrolet Camaro, Chevrolet Chevelle, они считались абсолютно «крутыми тачками», и я был страстно ими увлечен. А моя мама была учителем рисования, и от нее я перенял любовь не только к рисованию, но и вообще к творчеству. Поэтому можно считать, что «Тачки» – это как бы слияние двух увлечений в моей семье.

Г.Г.: А вы любили в детстве смотреть фильмы про машины?

Д.Л.: О, конечно, это и «Гран-при», и еще один, который я смотрел, когда, кажется, был старшеклассником – «Исчезающая точка». Это был потрясающий фильм, просто замечательный. Да, есть много классных, всеми любимых автомобильных фильмов – «Американские граффити» тоже один из них.

Г.Г.: Где, у кого и с кем вы учились, чтобы реализовать свою мечту стать аниматором?

Д.Л.: Я поступил на только открывшийся тогда факультет мультипликации в калифорнийском Институте искусств, где преподавали мультипликаторы студии Disney. А моими однокурсниками были Брэд Берд и Тим Бартон. За время учебы я дважды выигрывал престижную студенческую награду Student Academy Award, и мой рекорд пока еще никто не побил.

Г.Г.: Вам в свое время пришлось расстаться со студией Disney. Почему?

Д.Л.: Креативными менеджерами в Disney тогда были второсортные аниматоры, которым казалось, что я жажду власти, однако власть меня совсем не привлекала – мне просто хотелось делать хорошие фильмы. Однажды я попытался обойти менеджера, чтобы пробить перспективный проект, и он сделал все, чтобы меня уволили. Я был в шоке и боялся признаться, что меня уволили – говорил всем, что сам ушел.

Г.Г.: Когда в 2004-05 году компанией Disney управлял Майкл Эйснер, многим казалось что Disney и ваше детище Pixar разорвут отношения друг с другом. Это как-то отразилось на вашей работе?

Д.Л.: Давайте-ка я начну сначала. В 1991 году мы договорились с Disney о производстве «Истории игрушек». В то время мы были очень заинтересованы в работе с этой легендарной компанией, которая владела не только «Диснейлендами», но и другими тематическими парками, а также была лучшим маркетологом нашего товара. Изначально договор был на 3 картины, но когда Pixar стала общественной компанией, мы решили пересмотреть условия нашего договора.

По условиям второго договора мы все делили с Disney пополам: расходы на производство фильма и доходы от его показа. Шло время, и нашим новым менеджерам просто не терпелось пересмотреть условия второго договора. Мне наше сотрудничество с Disney казалось очень органичным, однако переговоры стали заходить в тупик.. Disney хотела, чтобы мы предоставляли ей персонажи, а они уже занимались всем остальным. Мы же хотели развивать свои персонажи сами.

Мне не хотелось разрыва отношений: наши герои были во всех диснеевских парках, но мне также не хотелось, чтобы Disney развивал наших героев без нас. Когда Боб Игер, который нас очень ценил, заменил Эйснера в совете директоров Disney, то мы еще и подружились с ним. А вскоре договорились о слиянии.

Г.Г.: До того, как Disney приобрела студию Pixar, многие волновались за ее будущее. Зато теперь, когда вы стали креативным директором обеих студий, возникла уверенностью в успехе. Как вам это удалось?

Д.Л.: Чтобы сегодня произвести коммерчески успешный и одновременно развлекательный фильм, киностудии нужно сделать три вещи. Первое: рассказать интересную историю, которая должна приковать зрителей к креслам на время сеанса. Второе: наполнить ее привлекательными и запоминающимися героями, с которыми зрители могут отождествлять себя. Третье: перенести действие в реальный узнаваемый мир. Моя философия очень проста: самое главное – это качество, а качество всегда начинается с хорошей истории. Все остальное, как говорится, уже дело техники. Что касается продолжения оригинального фильма, то оно должно быть как минимум такого же качества, а зачастую и более высокого, чем оригинал, если вы хотите повторить его успех.

Г.Г.: А как у вас обстоят дела с текучестью кадров? Трудно удерживать людей от перехода из Pixar в Disney и наоборот?

Д.Л.: Вы знаете, Pixar находится под Сан-Франциско, а Disney – в Лос-Анджелесе. Это час лету на самолете или часов пять-шесть на машине. Существуют также всяческие законодательные установки, связанные, например, с принадлежностью к разным профсоюзам, что люди, которые работают там, не могут работать здесь. Но при этом мы как бы двоюродные братья. Художники Pixar глубоко уважают художников Disney, а те отвечают им взаимностью. Мне было приятно, например, привезти на Pixar «Рапунцель» и наблюдать за тем, как мультипликаторы восхищались им. И мы практикуем подобный обмен опытом.

Г.Г.: Не приводит ли такое тесное общение между мультипликаторами к нивелированию разницы между вверенными вам студиями?

Д.Л.: Возможно, это уже происходит – мне самому кажется, что Disney стал более похожим на Pixar в том смысле, что теперь она стали студией, ведомой кинематографистами. Однако, Disney – это Disney, а Pixar – это Pixar, потому что культуру привносят люди, которые делают фильмы. Существуют различные по характеру группы людей. И они на разных студиях не случайно. Диснеевцы, как я уже сказал, привержены наследию Уолта Диснея, а пиксаровцы любят свою студию, которая создавалась практически на их глазах.

Г.Г.: Какую машину вы водите и коллекционируете ли вы машины?

Д.Л.: Вот что я хотел бы сказать: если бы я не был женат на моей красавице жене Нэнси на протяжении двадцати трех лет, то я все еще жил бы в однокомнатной квартире, и у меня был бы склад, полный машин. Это то, на что бы я тратил все свои деньги.

У меня есть пара коллекционных машин. Это Jaguar 1952 года XK120, она необыкновенно изысканна. Мне кажется, что такой прекрасно сконструированной машины больше нет. У меня также есть очень забавная машина – Messersmith 1964 года. Ее называют машина-пузырь. Это маленький трехколесный автомобиль с таким верхом, почти как у аэроплана.

Что касается машины, которую я вожу, то у меня есть Merсedes-Benz SL55 AMG, такая маленькая спортивная машина, на которой я езжу на работу. Это кабриолет – ведь мы живем в Калифорнии, в виноградной долине, где так красиво, поэтому мне нравится ездить с открытым верхом. А еще мы ездим на микроавтобусе Chrysler, потому что у нас большая семья – пятеро мальчиков. Я развожу всех моих детей по школам и кружкам и буду это делать до тех пор, пока каждый из них не получит права и не сядет за руль.

Г.Г.: Ваш фильм открывается автомобильной гонкой в Токио. Вы не планируете провести благотворительную премьеру в Японии?

Д.Л.: В Японии совсем недавно произошла трагедия, поэтому у нас пока нет никаких планов на этот счет, но мы обязательно подумаем об этом.

XS
SM
MD
LG