Линки доступности

Эволюция итальянского футуризма: от анархии до фашизма


Ричард Армстронг и главный куратор выставки Вивиен Грин (слева).
Photo by Oleg Sulkin

Ричард Армстронг и главный куратор выставки Вивиен Грин (слева). Photo by Oleg Sulkin

«Историческая» выставка открылась в Музее Гуггенхайма

Пожалуй, трудно найти более парадоксальное художественное течение 20-го века, чем итальянский футуризм. Начинали поэт-авангардист Филиппо Томмазо Маринетти и его идейные соратники в 1909 году с полного отрицания традиций и культуры, с сокрушительных анархистских манифестов и дерзких формальных экспериментов. А к 1944 году, когда Маринетти умер в 67 лет, футуристы пришли к холодному и вычурному неоакадемизму и откровенному воспеванию идеологии фашизма.

Головокружительную и поучительную метаморфозу этого движения наглядно демонстрирует выставка «Итальянский футуризм. 1909-1944: реконструируя Вселенную» (Italian Futurism. 1909-1944: Reconstructing the Universe). Она открылась 21 февраля в Музее Гуггенхайма, заняв все шесть уровней центральной ротонды и ряд боковых галерей.

Представляя выставку журналистам, директор Музея Гуггенхайма Ричард Армстронг назвал ее «исторической». Впервые итальянский футуризм представлен в США во всей полноте. Готовилась выставка примерно пять лет в тесном сотрудничестве американских музейщиков с их итальянскими коллегами.

В экспозиции около 400 работ, включая произведения живописи, скульптуры, графики, книги, фотографии и плакаты, а также керамику и костюмы. Зрители могут увидеть на видеодисплее легендарный футуристический фильм «Таис», снятый в 1916 году, а также реконструкцию сценического пространства авангардных перфомансов, которые сочетали декламацию, музыку и шумовые эффекты, производимые новыми, придуманными футуристами инструментами.

«Итальянский футуризм это не только художественное направление, но и образ жизни, поэтизирующий будущее, — сказала главный куратор выставки Вивиен Грин, специалист по европейскому искусству 19-20-го века. – Они были молоды, решительны, отрицали культуру прошлого, обожествляли машинную цивилизацию, скорость, урбанизм. В этом они похожи на других авангардистов начала 20-го века».

Главные принципы футуризма Маринетти изложил в своем знаменитом манифесте 1909 года, опубликованном французской газетой «Фигаро». Первый этап движения, «героический», представлен скульптурами и живописными полотнами Умберто Боччони, его коллег Джакомо Балла, Карло Карра и Джино Северини. Заметна схожесть их художественных приемов с принципами французского кубизма в лице Пикассо и Брака, с которыми они познакомились, приезжая в Париж. Разразившаяся первая мировая война стала для футуристов тяжким испытанием на прочность. Боччони и архитектор-футурист Антонио Сант’Элиа погибли, Луиджи Руссоло и Маринетти были ранены.

Как отметила Вивиен Грин, прямое сопоставление работ футуристов, сделанных в 20-е годы, «отменяет» ранее бытовавшее представление об однообразии и ограниченности их художественной практики. Тогда в их ряды влились такие оригинальные художники, как Фортунато Деперо, Энрико Прамполини и Бенедетта, которая позже вышла замуж за Маринетти. При всех различиях заметна апология arte meccanica, то есть машинной эстетики, что вообще было свойственно революционному авангарду 20-х в разных странах Европы. Скажем, обобщенные цилиндрические фигуры Деперо напоминают схожие мотивы в творчестве Малевича и Леже.

Наболее спорным и противоречивым эксперты считают поздний этап эволюции футуризма, когда многие его представители стали обслуживать идеи и интересы фашистской партии и лично Бенито Муссолини. Маринетти познакомился с будущим дуче на демонстрации. Он и еще несколько футуристов выдвигались кандидатами от фашистской партии на выборах в парламент. При некоторых расхождениях с Муссолини Маринетти стал его близким сподвижником и получил от дуче звание академика.

На живописном триптихе Алессандро Брушетти «Фашистский синтез» (1935) в центре изображен Муссолини в величественной позе властителя. Его лицо с характерно поджатыми губами взято в разных ракурсах. Эти изображение наложены одно на другое, так что возникает эффект объемного портрета. Под ним – военные корабли и связки колосьев, называемые «фаши» (fascio), - отсюда произошло и слово «фашизм». На ним в небе на фоне венецианского Палаццо Дожей, олицетворяющего могущество итальянских правителей, реет аэроплан. На боковых створах – стилизованные ряды марширующих военнослужащих разных родов войск.

Эти и другие образцы пропагандистского искусства 30-40-х годов, представленные на выставке, искусствоведы причисляют к последней инкарнации футуризма, называемой aeropittura, «аэроживописью». Культ технологии здесь «воспарил» от автомобиля, популярнейшего мотива 20-х годов, к авиации, получившей в милитаризованной Италии культовый статус, особенно после успешных трансатлантических перелетов под руководством будущего маршала авиации Итало Бальбо. Причудливый симбиоз скорости, технологии и национализма представлен в работах Джерардо Доттори, Туллио Крали и Тато.

Как отметила Вивиен Грин, особый интерес представляет серия монументальных полотен «Синтез коммуникаций» (1934-35), созданная Бенедеттой. Серия впервые за всю историю покинула родные стены здания почты в Палермо, чтобы стать важным компонентом первой масштабной выставки итальянских футуристов в Нью-Йорке.

Выставка в Музее Гуггенхайма открыта до 1 сентября 2014 г.
XS
SM
MD
LG