Линки доступности

Майкл Айзенстадт – об эффективности санкций, вероятности израильской атаки и о том, чем опасен ядерный Иран

В последние дни тема иранской ядерной программы вновь оказалась в центре внимания международных игроков. Кандидат в президенты США Митт Ромни призвал предпринять «все возможные меры» для того чтобы остановить Иран. Премьер Израиля Биньямин Нетаньяху предупредил, что у Ирана остается мало времени, чтобы удовлетворить требования международного сообщества. Министр обороны США Леон Панетта призвал к терпению и указал, что международные санкции оказывают необходимое действие на Тегеран. Конгресс ужесточил санкции в отношении Ирана, на что иранские власти заявили, что считают это актом агрессии. Глава внешнеполитического ведомства ЕС Кэтрин Эштон сообщила, что иранцы вроде-бы намерены вернуться за стол переговоров.

Майкл Айзенстадт, директор Программы обороны и безопасности в Вашингтонском институте ближневосточной политики (Michael Eisenstadt,The Washington Institute for Near East Policy) размышляет о причинах и возможных последствиях кризиса вокруг иранской ядерной программы.

Алекс Григорьев: В последние дни высшие руководители Израиля делали заявления, что истекает время для того, чтобы решить иранскую ядерную проблему. Действительно ли Израиль намеревается нанести военный удар по Ирану?

Майкл Айзенстадт: Этого никто точно не знает. Но я думаю, что израильтяне совершенно серьезно говорят о подготовке к этой операции.
Однако мы не знаем, какие результаты даст голосование членов израильского руководства по этому вопросу, в случае, если настанет момент истины, и Израиль должен будет принять окончательное решение об атаке на Иран.
Некоторые наблюдатели оценивают шансы, что эта операция будет проведена в ближайшие месяцы, как 50 на 50. Однако это означает, что вероятность того, что атаки не последует, тоже составляет 50%.
Я не могу заглянуть в будущее, но считаю, что к возможности израильского удара по Ирану следует относиться вполне серьезно.

А.Г.: Возможно ли полностью уничтожить объекты иранской ядерной инфраструктуры?

М.А.: Нет сомнений в том, что израильтяне способны нанести существенный ущерб иранской ядерной программе. Но также очевидно, что их возможности в уничтожении иранских «ноу-хау» существенно ограничены.
Хотя кто-то предпринимает шаги в этом направлении. Кто-то – возможно, это израильская разведка – убивает иранских ученых-ядерщиков.
Именно знания и умения – ключевой элемент ядерной программы.
То есть, можно предположить, что если Израиль нанесет удар, то Иран, при желании, сможет восстановить свои ядерные объекты за достаточно короткий срок.

А.Г.: Насколько эффективны санкции в отношении Ирана?

М.А.: Международные санкции смогли замедлить темпы развития иранской ядерной программы, в частности за счет того, что серьезно затруднили процесс приобретения необходимого оборудования и материалов. Но санкции не заставили Тегеран отказаться от развития ядерной программы.
Иран сейчас испытывает беспрецедентное давление. Возможно, санкции заставят его изменить свою политику. Однако в этом никто не может быть уверен.
В 1980-е годы один из лидеров Пакистана заявил, что пакистанцы готовы заплатить необходимую цену за возможность получить ядерное оружие. Я думаю, что иранцы придерживаются аналогичных взглядов мнения. Я не уверен, что международные санкции сделают эту цену недостижимо высокой для Тегерана.
Но любая политика всегда основана на попытках – удачных и неудачных – и на ошибках. В ближайшие месяцы мы увидим, насколько результативна политика санкций.

А.Г.: Существуют ли неопровержимые доказательства того, что Иран действительно ведет работу по созданию ядерного оружия? Ведь, как следует судить по результатам голосований в Совете безопасности ООН, Россия и Китай испытывают сомнения в этом…

М.А.: Однако известная резолюция Совбеза № 1929 была принята при одобрении России и Китая! Москва и Пекин признали, что иранцы не соблюдают обязательств, принятых ими в рамках Договора о нераспространении ядерного оружия. Россия и Китай – также как Соединенные Штаты – обеспокоены этим.
Но Москва и Пекин не хотят, чтобы Совет безопасности вводил жесткие санкции. Поэтому Соединенные Штаты выходят за пределы Совбеза, чтобы добиться введения этих санкций. И с этим Россия и Китай не согласны. Они хотят, чтобы все санкции проходили через Совбез, но не хотят, чтобы эти санкции были столь радикальными.

Как мне представляется, Россия и Китай тоже не в восторге от того, что, возможно, Иран пытается получить в свои руки возможности создания ядерного оружия.

Обратите внимание еще на один момент. Когда шли споры об иракских программах создания оружия массового поражения Ираком, об анализе имевшейся разведывательной информации, то взгляды США, Франции, Великобритании и Китая по этому вопросу различались. Но ситуация с Ираном принципиально иная: даже МАГАТЭ декларирует, что у этого международного органа есть причины для серьезного беспокойства. То есть, по вопросу об Иране США сходятся во мнении с агентством ООН, главной задачей которого является контроль за соблюдением режима нераспространения ядерного оружия.

А.Г.: Почему появление у Ирана ядерного оружия неприемлемо для международного сообщества? Некоторые наблюдатели утверждают, что присоединение к ядерному клубу Пакистана, Индии и Северной Кореи не ухудшило ситуацию в области международной безопасности…

М.А.: Давайте вспомним: Пакистан и Индия испытали свои ядерные заряды в 1988 году – за этим последовала серия серьезных конфликтов на пакистано-индийской границе. Пытался бы Пакистан установить контроль за частью Кашмира, не будь у него ядерного оружия? – Вероятно, нет, но нет и сомнений в том, что ядерное оружие убедило пакистанское руководство в собственной неуязвимости.

Из этого можно сделать вывод, что получение ядерного оружия государством ведет к повышению вероятности начала новых кризисов. Атака на парламент Индии в 2001 году и атака на Мумбай в 2008-м были проведены либо при участии пакистанских разведслужб, либо террористами, которые имели базы в Пакистане. Пакистан продолжает заигрывать с террористами и после того, как получил в свое распоряжение ядерное оружие. Это беспокоит всех международных игроков.

Приобретение ядерного оружия Северной Кореей также дестабилизировало ситуацию во всем регионе. Северокорейцы организовали целую серию провокаций: они потопили южнокорейский корабль, обстреляли южнокорейский остров... На мой взгляд, их действия частично объясняются тем, что в их распоряжении есть ядерное оружие, которое дает им иллюзию неуязвимости.

Одна из причин, по которой людей – и я отношусь к их числу – беспокоит ядерная программа Тегерана, заключается в том, что Иран поддерживает террористические организации и вовлечен в международный терроризм. Государство, которое спонсирует террористические группировки и пытается получить в свое распоряжение атомную бомбу – очень опасная комбинация.

Иран декларирует, что он намерен делиться мирными ядерными технологиями с другими государствами. Мы точно не знаем, что это за страны, но,возможно, это Венесуэла, какие-то другие латиноамериканские страны… Но мы не можем гарантировать, что Иран не поделится ядерными технологиями и материалами, например, с «Хезболлой».

Посмотрите: Сирия снабжает «Хезболлу» ракетами, причем не только поставляет ракеты, но и обучает боевиков ими пользоваться. Раньше мы не могли вообразить, что государство будет обеспечивать передовыми вооружениями негосударственных акторов!

Также существует вероятность того, что успехи Ирана в сфере создания ядерного оружия побудят его соседей задуматься о том, чтобы пойти по его стопам и получить ядерное оружие.

Исходя их этого, мы с высокой долей уверенности можем предположить, что если Тегеран получит атомную бомбу, он станет более агрессивным в отношении своих соседей и может привести к конфликтам, в которые могут быть вовлечены и Соединенные Штаты.

На мой взгляд, все, кто опасается попадания ядерного оружия в руки Ирана, имеют для этого серьезные основания.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG