Линки доступности

Маэстро Валерий Гергиев: «Без меня не начинайте»


В Вашингтоне, где проходят гастроли Мариинского театра, художественный руководитель коллектива, всемирно известный дирижер Валерий Гергиев представил фильм «You Cannot Start Without Me – Valery Gergiev, Maestro» – «Без меня не начинайте». Фильм снял американский режиссер, лауреат премии «Оскар» Аллан Миллер. Показ картины прошел в посольстве России в Вашингтоне. После просмотра маэстро Гергиев любезно согласился ответить на вопросы Русской службы «Голоса Америки».

Смотрите фотогалерею - Маэстро Валерий Гергиев: «Без меня не начинайте»

Сергей Москалев: Валерий Абисалович, несколько слов об истории создания фильма?

Валерий Гергиев: Я не очень охотно вступал в процесс съемок, потому что мне было не понятно, а нужно ли вообще снимать фильм. Картина должна была сниматься в Нью-Йорке и частично в Лондоне, в Петербурге, Москве. Но потом, уже в процессе работы, появились Самара, Новгород, Владикавказ. В фильме есть эпизоды, которые, наверное, можно было делать по-другому, но если известному режиссеру и создателю многих фильмов казалось важным и необходимым сделать такой фильм, то он делал его по своему – таково его видение процесса. Могут быть и другие фильмы. Я не принимал никакого участия ни в отборе (отснятого материала), ни в монтаже…

С.М.: Вы главный герой картины. Понравились ли вы сами себе в фильме?

В.Г.: Я себе сам никогда не нравлюсь, но я смотрю, я думаю, размышляю, я слышу какие-то вещи. Самое главное для меня – это то, что фильм охватывает достаточно большой спектр – репертуарный и стилистический, частично приоткрывает зрителю понимание того, что есть, собственно, Мариинский театр.

С.М.: Покажут ли фильм в России?

В.Г.: Наверное. Я не занимаюсь этим.

C.М.:
Ну, а премьера будет?

В.Г.:
Вот премьера сегодня, премьерный показ. Это часть акции. У нас сейчас свой лейбл, который мы создали в Мариинском театре. Скажу без ложной скромности – я не только автор идеи, но и мотор… Я давно для себя определил, что мы не хотим зависеть от каких-либо гигантских мировых звукозаписывающих компаний, будь то Sony, Universal, EMI, ни от каких-то видеокомпаний. Я решил, что они хоть и очень важные и хорошие потенциальные наши партнеры, но гораздо лучше зависеть от самих себя. Так и возник лейбл «Мариинский». Это первый такого рода проект в России, и мы будем его очень сильно продвигать.

С.М.:
Вы обмолвились, что могут быть и другие фильмы. В России в прошлом году был сделан фильм «Сумерки богов». В его основе – две параллельные линии. Одна из них – поездка Валерия Гергиева в Цхинвали после грузино-осетинского конфликта. Вторая линия – концертная деятельность Маэстро. То есть, вы в российском фильме тоже главный герой. И, вот, ваша позиция по вопросу о военном столкновении…

В.Г.:
У меня не было вопроса о военном столкновении, у меня вопрос был только один: зачем стрелять в граждан своей страны, если иметь в виду информацию, которая тогда исходила от грузинской стороны: «Южная Осетия – это земли наши»…

С.М: Но на Западе существуют и несколько иная точка зрения на этот конфликт…

В.Г.: Я высказывал свою точку зрения. В первые дни после конфликта мне давали эфир: ВВС, в шотландской газете я выступил, потом в немецкой… Я говорил со многими известными политиками прямо: «Я артист, вы знаете, там происходит следующее…». От меня сначала шарахались. Но в Голландии, в крупнейшей газете, на первой странице было мое интервью (жена Саакашвили – голландка) – и там это всколыхнуло всю общественность. У меня много друзей в Голландии, в этой стране есть фестиваль моего имени. И вот так, шаг за шагом, я старался менять мнение людей на Западе.

С.М.:
Вернемся к картине Аллана Миллера. В фильме прозвучало, что вам не раз предлагали возглавить Большой. Вы не соглашались на это, потому что это физически невозможно...

В.Г.:
Не только физически…

С.М.:
А в чем тогда дело?

В.Г.: И Большой театр, и Мариинский сейчас, в основном, озабочены тем, как сделать эти два самых крупных российских проекта успешными. Какими бы ни были эти проекты по завершении работ – резонанс от этого обязательно будет огромным, и здесь, в Северной Америке, и в Японии, и в Китае.

С.М.:
Некоторые критики говорят, что с художественной точки зрения Большой проигрывает Мариинскому…

В.Г.: Я ни разу, никому не говорил, что Большой проигрывает Мариинскому. Мариинский больше работает, даже можно не проверять, намного больше. А кто выигрывает или проигрывает – история расставит все по своим местам.

С.М.: Вы принимали участие – как дирижер в церемонии закрытия зимних Олимпийских игр в Ванкувере. Болельщик ли вы?

В.Г.:
Конечно.

С.М.:
Как вы объясните то, что произошло с российской командой на Олимпиаде?

В.Г.:
Я объясняю это так: мы почти полностью использовали ресурс советских схем, наработок, тренерских школ, традиций. Думаю, что на этом заделе к золотым медалям мы уже не прокатимся, не допрыгаем до них. Сначала нужно найти новые возможности, новых героев, которые реально смогут для своей страны делать то, что делают те, кого мы вырастили 10 лет назад: они готовят японцев к золотым медалям, финнов. Если не ошибаюсь, вот Юрзинов когда то готовил финнов. Я не хочу сказать, что мы воспитали их на свою голову, но финны (хоккейная сборная) сейчас бронзовые призеры, а мы уехали с четвертьфинала. Я был на празднике хоккея в Ванкувере, и это был не наш праздник.

С.М.:
Вы упомянули преемственность в спорте, а в фильме Миллера – говорили о преемственности в искусстве…

В.Г.:
Сейчас в искусстве очень много ненастоящего, и часто коммерческие, по своей сути, явления выдаются за настоящее искусство. И поддерживаются. А может, потому и поддерживаются, что они коммерческие. Но entertainment (современная индустрия развлечений) и русская культура ничего общего друг с другом не имеют.

В классическом искусстве у нас есть балет, певцы, композиторы. Родион Константинович Щедрин – живой классик. Мы целый абонемент Щедрину посвятили. И приучаем сейчас студенчество петербургское, что Прокофьев, Щедрин, Стравинский, конечно, Шостакович – это явления очень крупного порядка. Невозможно представить, что сегодня, например, Метрополитен опера игнорировала бы творчество Прокофьева, Шостаковича, Стравинского – это казалось бы чем-то оскорбительным, мол, не замечают великих русских. Но и мы должны замечать великих европейцев, и американцев – вот, собственно, моя работа к этому сводится.

С.М.:
Фильм Миллера – музыкальный. Какие еще произведения звучат в картине?

В.Г.:
И Вагнер звучит, и Лист, и Берлиоз. Там есть и репетиции «Весны священной», и «Петрушки» Стравинского. Я думаю, было бы правильно говорить о том, что фильм хорош хотя бы только потому, что делается попытка еще раз обратить внимание на шедевры русской музыки, и еще раз показать, что неисчислимое множество великолепных жемчужин русской классики живут в тысячах концертных залов по всему миру.

С.М.: Валерий Абисалович, последний вопрос – о нынешних больших гастролях?

В.Г.:
Мы уже выступили в Нью-Йорке, Филадельфии и Вашингтоне. С большой программой продолжим выступления в Вашингтоне и, опять же, вернемся в Нью-Йорк еще с двумя концертами. Потом мы перелетим в Канаду, где у нас четыре концерта, после чего будем выступать на западном побережье США в Сан-Франциско и Сан-Диего. Оттуда мы улетим в Гонконг, потом — в Финляндию. А Хельсинки вернемся в Петербург, в Россию, где наша программа рассчитана месяца на четыре.

XS
SM
MD
LG