Линки доступности

Эксперты и оппозиционеры обещают новые акции протеста в России


Эксперты и оппозиционеры обещают новые акции протеста в России

Эксперты и оппозиционеры обещают новые акции протеста в России

Эксперты российского Центра социально-трудовых прав предсказали на страницах «Независимой газеты», что будущей весной страну захлестнет новая волна массовых протестов. По подсчетам экспертов ЦСТП, в 2009 году в России прошло более ста незарегистрированных стачек, что на 75 процентов больше, чем в предыдущем. Общее число протестных акций достигло 272 (в отличие от 93 в 2008 году). Член политсовета оппозиционного движения «Солидарность» Илья Яшин сообщил агентству «РИА Новости», что российская оппозиция готовится уже в течение месяца провести митинги в ряде городов с требованием отставки правительства.

Митинги протеста, прошедшие в ряде российских городов за последние недели, привлекли внимание не только в самой России, но и в США. 30 января в Калининграде на улицы вышло более 10 тысяч человек. Они требовали не только отменить решение местной областной думы о повышении транспортного налога (которое к тому времени уже было аннулировано), но и отставки губернатора Георгия Бооса, а также правительства РФ во главе с Владимиром Путиным. Спустя две недели сотни людей вышли на улицы с антиправительственными лозунгами в Иркутске. В минувшие выходные акции протеста прошли в Архангельске, Самаре и в десятках других городов. Самые массовые и многочисленные из них, как сообщает пресса, были инициированы КПРФ.

В то же время по числу участников состоявшиеся митинги (за исключением Калининиграда) уступают стихийным выступлениям начала 2005 года против монетизации льгот. Газета «Коммерсант» обращает внимание на то, что данные декабрьского опроса ВЦИОМ не дают оснований говорить об общем нарастании протестной активности: уровень удовлетворенности жизнью к январю 2009 года повысился у россиян с 25 до 28 процентов, а число тех, кто прогнозирует «изменения к лучшему» – с 20 до 28 процентов. В то же время количество негативных оценок ситуации в стране снизилось с 58 процентов в марте прошлого года до 32 процентов в декабре.

И все же, по мнению экспертов, нынешние акции протеста заслуживают внимания. Во-первых, митинг в Калининграде стал едва ли не первым громким совместным выступлением «системной» оппозиции (КПРФ, ЛДПР, «Яблоко») и радикальной (движение «Солидарность»). По словам Ильи Яшина, запланированные на март митинги «практически везде носят коалиционный характер». «В них примут участие как политические, так и общественные организации. Среди организаторов: «Солидарность», КПРФ, профсоюзные организации, «ТИГР», автомобилисты и другие», – сказал он агентству «РИА Новости».

Во-вторых, прошедшие митинги отличает от большинства акций протеста в Москве и Санкт-Петербурге то, что их участники руководствовались не абстрактными лозунгами, а стремлением защитить совершенно конкретные права – чаще всего экономические. Обращает на себя внимание и то, что власти к проведению этих манифестаций отнеслись терпимо, не прибегая к применению силы, как это нередко случается в столице.

«Может быть, то, что нельзя в Москве, можно в Калининграде?», – предположила в беседе с корреспондентом Русской службы Голоса Америки директор Центра евразийских, российских и восточно-европейских исследований Джорджтаунского университета Анджела Стент. По ее мнению, растущая протестная активность связана как с накопившимися проблемами на местах, так и с общим ростом недовольства среди россиян. «Разрешив людям протестовать в Калининграде, власти как бы выпускают пар, – констатировала профессор Стент. – Конечно, если бы тысячи людей вышли протестовать на Красную площадь, это воспринималось бы властью как гораздо более серьезный вызов».

Кроме того, демонстрации в провинции, возможно, бывают инспирированы противниками местной власти, отмечает Анджела Стент. Что, по ее словам, переводит это явление в плоскость «кабинетного» противостояния. Обращает на себя внимание и то, что участники митинга в Калининграде требовали отставки Путина, но не Медведева. «Те, кто склонен к конспирологии, могут усмотреть в этом определенный смысл, но в действительности мы не знаем, является ли волна протестов частью скрытого противостояния между президентом и премьер-министром», – подчеркнула профессор Стент.

Она отметила также, что, несмотря на коалиционный характер последних митингов, в России сегодня нет объединенной оппозиции, способной бросить вызов власти. «Нам на Западе довольно трудно понять, как могут сотрудничать Гарри Каспаров и Эдуард Лимонов», – сказала Анджела Стент.

Это мнение разделяет Вадим Никитин, блогер Американской внешнеполитической ассоциации. По его мнению, сегодня у оппозиции нет альтернативной экономической программы, а без нее невозможно создать политическую платформу. «Я думаю, что экономические программы Кремля и либеральной оппозиции довольно похожи, – считает он. – И те, и другие выступают за снижение налогов и бюджетного дефицита, за вступление России в международные торгово-финансовые организации, за развитие частного бизнеса. Они расходятся в оценке роли государственного вмешательства в определенные стратегические индустрии, но я не уверен, что приди либералы к власти, они отдали бы все в частные руки. По крайней мере, при Ельцине приватизировано было далеко не все».

«Либеральная оппозиция в России экономически консервативна, – отметил Никитин, – и можно сказать, что они редко упускают возможность подчеркнуть культурные различия между собой и простыми людьми, между элитой и народом. В этом смысле проблемы либеральной оппозиции в России похожи на проблемы Демократической партии в США».

«Я считаю, что шансы изменить режим в России у подобных демонстраций примерно такие же, как и у тех, кто устраивает так называемые «манифестации-чаепития» в США, – подчеркнул Никитин. – Мне кажется, что Россия стала слишком свободной страной для того, что бы такие манифестации смогли настолько повысить давление в обществе, чтобы создать угрозу режиму».

Директор Международной академии Макдоннел при Вашингтонском университете в Сент-Луисе Джеймс Вертш считает, что наиболее значимым аспектом прокатившейся по России волны демонстраций являются не их сиюминутные политические последствия, а широкое распространение современных информационных технологий. «В то время как электронные СМИ и, в меньшей степени, печатная пресса в России сегодня довольно жестко контролируются, Интернет остается на удивление свободным, – сказал профессор Вертш в интервью «Голосу Америки». – Россиянам доступны социальные сети, YouTube, и так далее. Никто еще не понимает, какие возможности социальной мобилизации дают все эти инструменты».

Профессор Вертш приводит в качестве примера историю 28-летней Анны Шавенковой из Иркутска, которая, находясь за рулем своей машины, в декабре прошлого года сбила двух сестер на тротуаре. Впоследствии одна из пострадавших умерла в больнице, а другая выжила, но получила серьезные травмы. Благодаря видеокадрам, появившимся в Интернете, Шавенкова была опознана как политконсультант «Единой России». (При этом мать Анны Шавенковой возглавляла местный избирательный комитет). Лишь под давлением общественности Анна Шавенкова была переквалифицирована ГУВД по Иркутской области из свидетельницы в подозреваемую.

«Нельзя утверждать, что Интернет является причиной демонстраций и недовольства, – подчеркнул профессор Вертш, – но он предоставляет беспрецедентные возможности, которые ни одно правительство не в состоянии контролировать. Мы видели это на примере Ирана. По мере того, как люди в России открывают для себя эти возможности, для российского правительства это явление будет становиться растущим вызовом».

Эту гипотезу подтвердил в беседе с корреспондентом «Голоса Америки» и Вадим Исаков, преподаватель журналистики в Колледже Итаки в штате Нью-Йорк, отслеживающий развитие российской блогосферы. «Все больше и больше людей в России стремятся повлиять на развитие событий, будучи он-лайн, – констатировал он. – Если год или полтора назад были какие-то протестные обсуждения в блогосфере, то число участников или комментариев редко превышало 200-300. В последние несколько месяцев в подобных дискуссиях участвуют тысячи людей. При этом дело не ограничивается общими дискуссиями – они обсуждают конкретные шаги, которые можно предпринять для того, что бы что-то изменить в лучшую сторону».

По мнению Исакова, эта тенденция будет развиваться по мере того, как все больше россиян будут получать доступ к Интернету. «Блогосфера позволяет людям объединиться без каких-либо проблем, которые могли бы у них возникнуть в реальной жизни», – сказал он.

Вадим Исаков отмечает, что провозглашенный президентом Медведевым курс на модернизацию предполагает, что таких возможностей у россиян будет больше. «Посмотрим, к чему это приведет, – говорит он. – Возможно, люди станут настолько недовольны властью, что они выйдут на улицы и сменят ее – как это было во времена перестройки. Возможен и другой вариант: Интернет может стать форточкой, через которую выпускают пар; местом, где люди смогут выговориться. При втором варианте виртуальное выражение несогласия так и останется виртуальным, но это создаст иллюзию свободы. Но даже если блогосфера рассматривается администрацией президента Медведева как форточка, существует вероятность, что выражение недовольства в режиме он-лайн будет иметь какие-то последствия в реальной жизни».

Профессор Джеймс Вертш, со своей стороны, предупреждает, что свободная блогосфера может быть использована какими угодно силами, и потому может иметь, как положительный, так и негативный эффект.

XS
SM
MD
LG