Линки доступности

Торговля людьми: преступление, наказание и трудовое законодательство


Луис Кдебака, специальный представитель президента США по борьбе с торговлей людьми, считает, что эта борьба станет более эффективной во всем мире, в том числе и в России, если государственные агентства будут более тесно сотрудничать с неправительственными организациями. «НПО, которые защищают права женщин, НПО, которые работают с бездомными детьми, с иммигрантами – если все они станут партнерами правоохранительных органов, следователей, полиции, – это сделает борьбу с проблемой более эффективной, – сказал представитель Госдепа США в интервью «Голосу Америки». – Это приведет к большему количеству случаев привлечения к уголовной ответственности тех, кто замешан в торговле людьми».

Обсуждение способов борьбы с этой современной формой рабства проходила в Центре Вудро Вилсона в Вашингтоне. На ней, помимо специального представителя президента США, присутствовали юристы, а также специалисты в области социологии и антропологи, которые занимаются этой проблемой на национальном и глобальном уровнях.

Конференция называлась «Изменяя принцип подхода к борьбе с торговлей людьми» – и именно развенчанию стереотипов участники посвятили значительную часть обсуждения. Они отметили, что один из таких стереотипов в мире – это то, что торговля людьми ассоциируется с женщинами, которые попадают в сексуальное рабство. Однако, указывают многие присутствующие специалисты, жертвами торговли людьми зачастую являются и нелегальные иммигранты, которых незаконно провозят в страну и эксплуатируют работодатели.

Представители академического мира также не согласны с представителями американских властей, в частности, с г-ном Кдебакой, в том, что борьба с торговлей людьми – это в первую очередь задача правоохранительных органов, и что в ее основе должны лежать принципы «преступления и наказания».

Питер Квон, профессор социологии в Университете Нью-Йорка, считает, что, рассматривая торговлю людьми, необходимо рассматривать и недостатки иммиграционного и трудового законодательства, вопросы защиты прав нелегальных иммигрантов. Как известно, зачастую нелегальные иммигранты, не имея никаких прав, вынуждены мириться со своей зависимостью от работодателей и с эксплуатацией.

«Закон наказывает работодателей за то, что они берут «нелегалов» на работу, а не за то, что они их эксплуатируют, – сообщил профессор Квон собравшимся. – Поэтому работодатели не только не доплачивают «нелегалам» – они не предоставляют им социальных услуг. Они также могут не беспокоиться, что их жертвы на них пожалуются – потому что «нелегалы» боятся, что если о них узнают власти – их депортируют».

«Мне кажется, здесь необходимо перенести внимание с вопроса о контроле над иммиграцией к вопросу соблюдения прав иммигрантов на рабочем месте, – продолжил профессор Квон свое выступление. – Если нелегальным иммигрантам предоставить защиту, если они перестанут бояться, что их депортируют, – они начнут возвышать голос против работодателей, которые их эксплуатируют. И таким образом они станут союзниками правоохранительных органов в борьбе с торговлей людьми».

Дина Хайнс, профессор юриспруденции в Университете Новой Англии, заявила, что американский закон в том виде, в каком он сейчас действует, не охватывает все важные аспекты трагического опыта, который приобретают те, кто стал объектом торговли людьми. «Сегодня позиция властей США состоит в том, что жертвы торговли людьми могут искать защиты, только если они становятся свидетелями для обвинения, – сказала Дина Хайнс. – Если прокуратура по той или иной причине не открывает дело, не начинает следствие, – пострадавшие не могут быть следствию полезны, и просто как индивидуумы, не как свидетели обвинения, не получают формальной защиты».

«Есть еще одна проблема. Сейчас жертв торговли людьми направляют в организации, оказывающие им финансовую и другую помощь, по рекомендации прокуратуры, только если правоохранительные органы физически спасли их из рук торговцев людьми, – продолжила Дина Хайнс. – Но если они, например, сбежали сами, до того, как их спасли, – очень часто представители властей не верят их историям. Пострадавшим нужно представлять себя жертвами – в противном случае им может быть отказано в помощи. Например, если они говорят, что они мигранты, которые стремились в эту страну, но в процессе миграции попали в руки торговцев людьми, – им могут отказать. Это все вопрос юридического статуса».

Еще одна участница дискуссии, Лора Агустин, автор книги «Маргинальный секс: миграция, трудовые рынки и индустрия спасения», считает, что США стремятся быть лидерами в борьбе с торговлей людьми и зачастую помещают эту проблему в определенные, ими самими предложенные юридические рамки и «навешивают на пострадавших ярлыки».

«На Западе их хотят видеть жертвами, – считает Лора Агустин. – Многие из них действительно хотят поехать за границу, работать там на стройке, прислугой, некоторые, как это ни странно звучит, даже готовы продавать свои сексуальные услуги – потому что в этом они видят возможность улучшить свое экономическое положение. То, что на Западе называется «торговля людьми» – это гораздо более сложное явление. И оно не всегда имеет отношение к эксплуатации. В него вовлечены люди, которые знают, что в Европе есть работа и что там за нее платят, меньше, чем местным гражданам, но это их устраивает». По мнению Лоры Агустин, торговлю людьми как явление не нужно «демонизировать», рассматривая ее только с точки зрения «преступления и наказания».

  • 16x9 Image

    Виктория Купчинецкая

    Штатный корреспондент "Голоса Америки" с 2009 года.  Работала в Вашингтоне, сейчас базируется в бюро "Голоса Америки" в Нью-Йорке. Телевизионный журналист, свободно ориентируется во многих аспектах американского общества, включая внешнюю и внутреннюю политику, социальные темы и американскую культуру

XS
SM
MD
LG