Линки доступности

Во Всемирный День свободы печати говорили о самоцензуре, пропагандистских клише и «языке вражды»

В Хельсинки проходит международная конференция, посвященная Всемирному дню свободы печати.

Выбор столицы Финляндии для проведения встречи журналистов из многих стран не случаен. В этом году исполняется 250 лет с момента принятия первого в мире Акта о свободе прессы. Согласно этому закону отменялась газетная цензура, а все важные для общества вопросы надлежало решать путем публичных дебатов. Закон этот был принят в Швеции, в состав которой в то время входила и Финляндия.

Кроме того, на этот год выпадает еще один важный для прессы юбилей. 25 лет назад в городе Виндхуке (Намибия) состоялся семинар, который под эгидой ЮНЕСКО проводила группа журналистов из африканских стран. На этом семинаре обсуждались возможность создания свободных, независимых и плюралистичных СМИ в атмосфере постоянного давления и угрозы насилия, которым подверглись журналисты в Африке. Два года спустя Генеральная ассамблея ООН, подчеркивая важность этой проблемы, решила учредить Всемирный день свободы печати и отмечать его 3 мая, в годовщину семинара в Виндхуке.

Об этих исторических фактах напомнила во время церемонии открытия Хельсинской конференции генеральный директор UNESCO Ирина Бокова. Она также упомянула о том, что каждые пять дней в мире гибнут журналисты, выполняя свой профессиональный долг. По ее словам, с такой ситуацией нельзя мириться, и поэтому UNESCO работает с правительствами многих стран мира для обеспечения большей безопасности журналистов и других работников медийной сферы, где бы они ни работали.

Влезть в жилет сирийского журналиста

О том, что такое работа корреспондента в одной из наиболее «горячих точек» планеты, можно было составить представление сразу по выходе из зала, где произносились официальные речи.UNESCO, МИД Финляндии, сирийско-французская некоммерческая организация ASML и информационное агентство SMART (Syrian Media Action Revolution Team) предлагали всем желающим побыть несколько минут в роли сирийского журналиста. Для этого необходимо было всего лишь надеть жилет с надписью «сирийский журналист», стереонаушники и очки в формате 3D и посмотреть короткий документальный фильм, снятый сирийскими телекорреспондентами.

Виртуальная попытка побыть сирийскими журналистом

Виртуальная попытка побыть сирийскими журналистом

Съемки производились и во время массовых митингов, направленных против Башара Асада,и на развалинах дома, который разнесла снарядами правительственная сирийская армия, и на традиционном восточном базаре в одном из турецких городов, где продавцы и покупатели в один голос говорят все, что они думают о сирийском диктаторе.

Некоторых из соавторов этого фильма уже нет в живых. В частности, под бомбами асадовской армии погиб корреспондент информационного агентства SMART Обада Газаль, чьи съемки из разрушенных домов в городе Тафтаназе на севере Сирии были сделаны в сентябре 2015 года.

По данным «Репортеров без границ», с 2011 года 97% от общего числа погибших журналистов, приходится на Сирию. Из них 60,6% стали жертвами обстрелов правительственных войск, 17% были убиты ИГИЛ, 10,6% погибли в результате действий неидентифицированных вооруженных групп. Остальные журналисты погибли от рук представителей оппозиционных формирований, российских военных и «Фронта ан-Нусра».

Корреспондент Русской службы «Голоса Америки» побеседовала с сирийскими журналистами, приехавшими на конференцию в Хельсинки. Программный менеджер вещающей из Парижа радиостанции Rozana Лена Шаваф подчеркнула: все показанное – правда. «Более пятисот наших коллег погибли с начала восстания против Асада. А тех, кто был похищен или вынужден бежать в Турцию, Иорданию или в европейские страны, и сосчитать невозможно», – рассказывает Лена Шаваф.

Ее коллега – редактор издающегося во Франции журнала «Saiedet Souria» Ясмин Мереи также отметила большую эмоционально составляющую этого фильма. «Я знаю, что на этой конференции есть и российские журналисты. И я бы хотела, чтобы они тоже увидели этот фильм и посмотрели бы на события в Сирии нашими глазами. Может быть, тогда они поняли бы, почему большинство сирийцев не поддерживает диктаторский режим Башара Асада», – полагает Ясмин Мереи.

«Саморегуляция» и «самоцензура»

Российские журналисты, по крайней мере, те, что приехали при содействии петербургского Института региональной прессы, участвовали в дискуссии, организованной Европейской Федерацией Журналистики. Президент Федерации Могенс Бликер Бьеррегорд поинтересовался мнением корреспондентов различных изданий российского Северо-Запада: что в их понимании представляет собой свобода прессы, возможна ли финансовая независимость в условиях рынка, и что хуже для журналистики – саморегулирование, государственное регулирование, или нечто промежуточное между этими явлениями?

Российские журналисты говорили о том, что о финансовой независимости от государственных структур они не могут и мечтать. И тут же узнали, что даже в Скандинавских странах, неизменно занимающих высокие места в международных рейтингах свободы прессы, издания получают государственное финансирование. А в Финляндии существует специальный налог на прессу, который платят граждане для обеспечения плюрализма мнений в разных изданиях.

Президент Европейской Федерации Журналистики поинтересовался, а могут ли российские участники дискуссии опубликовать в газетах, где они работают, материалы о соблюдении свободы слова в своей стране? И получил ответ, что это возможно, по большей части, лишь в социальных сетях.

Показательна была реплика журналиста из ВГТРК. Говоря о проблеме контроля, журналист заметил, что нужно различать понятия «саморегулирование» и «самоцензура». «Я считаю, что саморегулирование – это когда корреспондент не может позволить себе опубликовать ложь или дезинформацию, потому что в этом случае он подвергнет риску свою профессиональную репутацию и потеряет уважение коллег.

А самоцезура – это предварительная цензура перед государственной. Это когда журналист боится опубликовать правду, потому что в этом случае он может потерять работу, здоровье, а, может быть, и жизнь», – сказал журналист российского государственного медиа-холдинга, попросивший не называть его имени.

Теме дезинформации, как составной части информационных войн, была посвящена одна из параллельных сессий во второй день работы международной журналистской конференции в Хельсинки.

О международных гарантиях свободы слова и о «языке вражды»

«Новые границы информационной войны и роль пропаганды» – так была обозначена тема дискуссии, привлекшей наибольшее внимание участников конференции в среду.

Исполнительный секретарь Союза журналистов РФ Надежда Ажгихина начала с того, что пропаганда и пиар распространены во всем мире, и каждый журналист вправе сам выбрать: является ли он информатором общества, или пропагандистом. Затем Ажгихина обратилась к прошлому.

«Во времена «холодной войны» советских журналистов не высылали из Вашингтона и Лондона. А корреспондентов американских изданий не избивали в Москве. Наша профессия была уважаема», – отметила она.
Падение престижа журналистики, по мнению Ажгихиной, связано со снижением качества прессы и с отсутствием цеховой солидарности. Что же касается пропаганды, то, отмечает исполнительный секретарь Союза журналистов РФ, это – общемировой тренд, как и падение профессионального уровня работников прессы.

Глава отдела прессы Министерства культуры Латвии Робертс Путнис возразил, что во многих странах Запада, например, в Скандинавии, Германии или во Франции уровень журналистики по-прежнему высок.

Затем Путнис также обратился к временам «холодной войны». По его мнению, сегодня ситуация – принципиально иная, чем в 70-е годы. Российская государственная пресса, считает Путнис, проводит идеологию, которую представитель правительства Латвии охарактеризовал как «фашистско-националистическую».

Позже, в беседе с корреспондентом «Голоса Америки», Робертс Путнис пояснил, что наиболее агрессивным проводником этой идеологии – таким, как Дмитрий Киселев – запрещен въезд в страны Евросоюза.

В свою очередь, Путнису пришлось объяснять российским участникам дискуссии, насколько соотносится с принципами свободы слова запрет на работу в Латвии российского информационного агентства Sputnik.

Аргумент о том, что Sputnik широко используется так называемый «язык вражды» и на этом основании не подпадает под международные нормы о защите свободы самовыражения, отметил старший советник по вопросам прессы представительства ОБСЕ в Вене Андрей Рихтер. По
его словам, бороться с «языком вражды» нужно не запретительными, а правовыми методами. «Если будет доказано, что использование «языка вражды» повлекло за собой акты насилия, тогда против СМИ, использовавшего этот язык, нужно заводить уголовное дело», – пояснил Рихтер в беседе с корреспондентом «Голоса Америки».

В свою очередь, Робертс Путнис отметил, что агентство Sputnik является российским государственным средством пропаганды, и что запрет на его деятельность является исключительной мерой.

«Благодаря работе таких пропагандистских машин, у российской аудитории складывается впечатление, что в Латвии дискриминируют русских, Рига во всем послушна Вашингтону, а сама Латвия является «несостоявшимся государством» и в то же время делит с Эстонией второе после США место в списке врагов России», – констатирует Путнис.

В действительности, подчеркивает собеседник «Голоса Америки», самой заветной мечтой народа Латвии является соседство с дружелюбной и демократической Россией. «Нельзя говорить, что в Латвии, так же, как и в Эстонии, дискриминируют русских. Мы приветствуем тех, кто приезжает к нам с добрыми намерениями. И хотим развивать с Россией экономические и культурные связи, как это было в 90-е годы», – заключил Робертс Путнис.

  • 16x9 Image

    Анна Плотникова

    Корреспондент «Голоса Америки» с августа 2001 года. Основные темы репортажей: политика, экономика, культура.

Уважаемые посетители форума, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG