Линки доступности

«Банальность зла сегодня явственней, чем когда-либо»


Барбара Зукова. «Ханна Арендт»

Барбара Зукова. «Ханна Арендт»

Драматург из Бруклина Пэм Кац представляет фильм о философе Ханне Арендт

Многие знают выражение «банальность зла», но не все знают, что оно принадлежит немецко-американскому философу еврейского происхождения Ханне Арендт (1906 – 1975). Познакомиться с судьбой и взглядами этой необычной и яркой женщины дает возможность новый художественный фильм «Ханна Арендт», снятый выдающимся немецким режиссером Маргарете фон Тротта по сценарию, написанному ей вместе с американским драматургом Пэм Кац. Фильм, вышедший в конце мая в Нью-Йорке, с 7 июня демонстрируется в Лос-Анджелесе, а затем выходит в прокат других городов США. Мировая премьера его состоялась в прошлом году на кинофестивале в Торонто.

Маргарете фон Тротта известна по целому ряду лент, таких как «Поруганная честь Катарины Блюм» (снят совместо с Фолькером Шлендорфом, ее бывшим мужем), «Второе пробуждение Кристы Клагес», «Роза Люксембург», «Свинцовые времена». Живет в Париже.

«Ханна Арендт» – уже третий проект, на котором фон Тротта сотрудничает с драматургом Пэм Кац, жительницей Бруклина. До этого были фильмы «Розенштрассе» и «Другая женщина». Кац также написала сценарий фильма «Воспоминания» о любви двух людей, которым удалось уцелеть в Освенциме и встретиться через 30 лет. Она также автор романа об актрисе Лотте Ленья. Сейчас Кац работает над книгой о совместном творчестве Бертольта Брехта и Курта Вайля. Пэм Кац преподает сценарное искусство в киношколе Тиш Нью-Йоркского университета (NYU). Ее отец, еврей, бежал из Германии в 1936 году, жил в Швейцарии, затем перебрался в США. Родители матери – эмигранты из России. Сама Пэм жила какое-то время в Германии, вышла замуж за немца.

С Пэм Кац по телефону побеседовал корреспондент Русской службы «Голоса Америки» Олег Сулькин.

Олег Сулькин: Ханна Арендт – имя, знакомое далеко не всем. Я сам, признаться, впервые в этой картине так обстоятельно с ней познакомился.

Пэм Кац: Да, ее могут не знать, но выражение «банальность зла», которое она ввела в обиход, широко известно. Кстати, именно такая аудитория, которая не знает или мало что знает о Ханне, для нашего фильма идеальна. Она куда более предпочтительна, чем знатоки ее биографии и наследия, которые будут придирчиво сличать, где у нас правда, а где – вымысел. В работе над сценарием мы с Маргарете стремились соединить персону Ханны с ее взглядами, которые куда более известны, чем ее личность.

О.С.: Чем интересны ее взгляды?

П.К.: Ханна считала себя не философом, а политическим теоретиком. Она размышляла над важнейшим вопросом бытия: как ведет себя индивидуум перед лицом глобальных исторических событий, на которые он не может повлиять? Ее взгляды навсегда изменили дискурс восприятия Холокоста и вызвали ожесточенную полемику. Многие враждебно отнеслись к ее тезисам и даже обвиняли ее в антисемитизме. Но она была реалистом, причем ни правые, ни левые не считали ее своей союзницей.

О.С.: Вы полагаете, тезис «банальность зла» сегодня столь же актуален, как и в годы Холокоста?

П.К.: Более актуален, чем когда-либо! Люди продолжают совершать чудовищные злодеяния, спокойно считая – как и Адольф Эйхман – что они «выполняют свой долг», «делают порученную им работу». Недавно я принимала участие в радиопередаче, и в студию позвонил бывший израильтянин, живущий в Бостоне. Он сказал, что очень ценит Ханну Арендт и вспомнил о ней в связи с недавними терактами в Бостоне. Кто эти молодые люди, подложившие бомбы? О чем они думали? Какое идеологическое и моральное обоснование они использовали, оправдывая свои действия?

О.С.: Не меньшую полемику, чем тезис о «банальности зла», вызвал в свое время вывод, сделанный Арендт, об ответственности за судьбы европейского еврейства, которую, по ее мнению, разделяют лидеры еврейских организаций, сотрудничавших с нацистами. Этой теме вы уделяете в фильме много внимания.

П.К.: Я должна сразу уточнить. Ханна нигде не говорила обо всех лидерах всех еврейских организаций. Она говорила о некоторых лидерах некоторых организаций. И всегда протестовала против вопросов типа «почему миллионы евреев перед лицом неминуемой смерти не оказывали сопротивления своим мучителям и убийцам?». Она понимала, насколько оскорбляют память жертв Холокоста такие вопросы.

О.С.: Очень любопытно, как вы показываете в фильме романтические отношения между совсем еще юной Ханной и ее знаменитым ментором, философом Мартином Хайдеггером. Одна эта линия могла бы стать темой отдельного фильма...

П.К.: Да, это был очень бурный роман, осложненный размолвками и нешуточными спорами между ними. Роман, который омрачила открыто пронацистская позиция профессора Хайдеггера. Если бы мы решили сфокусироваться на любовной линии, мы бы очень быстро нашли деньги на проект. Но Маргарете и я были увлечены гораздо более широкой задачей – показать личность Ханны не только сквозь призму романтических чувств юной студентки, но и сквозь пройденные ею годы и испытания. Нам было важно показать Хайдеггера, как человека, который научил ее думать. Но нам было также важно показать Ханну, как корреспондента журнала New Yorker, освещавшего в 1961 году процесс над Эйхманом в Иерусалиме и пришедшего к выводу, что Эйхман не умел или не хотел думать. В этом бездумном подчинении злу Ханна видела причину морального падения очень многих людей, служивших нацистам.

О.С.: Интересно, а как начинался проект? Кому пришла в голову идея фильма?

П.К.: Один из друзей Маргарете, продюсер нескольких ее фильмов, подал ей эту идею. Мы ехали с Маргарете вместе в автобусе в Нью-Йорке, когда она меня спросила, как я отношусь к этой идее. Я сказала, что она грандиозна! Мы сошлись в неприятии концепции love story Арендт и Хайдеггера. Тогда как раз вышла фундаментальная биография Ханны, написанная Элизабет Янг-Бруэл, и ее переписка в Хайдеггером, писательницей Мэри Маккарти и философом Генрихом Блюхером, который стал ее мужем. Мы читали о ней, встречались с людьми, которые ее знали лично. И решили сосредоточиться на четырех бурных годах, когда судьба Арендт пересеклась с судьбой Эйхмана.

О.С.: Почему в фильме использована документальная съемка процесса над Эйхманом? Ведь можно было, наверное, воссоздать его в игровом формате?

П.К.: Мы с Маргарете решили, что использование актера в роли Эйхмана заведет нас в тупик. Пусть актер играет блестяще, игровая природа лицедейства неизбежно будет наводить на мысль, что Эйхман лжет. Эйхман же в роли самого себя убедительней любого гениального актера.

О.С.: Маргарете фон Тротта считают убежденной феминисткой. Ведь она сняла несколько ярких фильмов, в центре которых выдающиеся женщины. Можно ли называть Ханну Арендт феминисткой? Считаете ли вы себя феминисткой?

П.К.: Когда Принстонский университет предложил Ханне именную должность профессора, подчеркнув, что она первая женщина, удостоенная такой чести, она сказала, что примет предложение, только если упоминание о «первой женщине» будет удалено. В своих реакциях, в своих семейных, бытовых привычках она была традиционна и вовсе не радикальна. Как философа-полемиста, ее часто обвиняли в высокомерии. От женщин не ждут резкости в суждениях, а философ и теоретик Арендт горячо отстаивала свои взгляды. Когда Маргарете спрашивают, почему она снимает фильмы о женщинах, она отвечает так: а почему вы не спрашиваете режиссеров-мужчин, почему главные герои их фильмов – мужчины? Она одна из немногих женщин-режиссеров в немецком кино, и хорошо знает, как трудно женщинам преуспеть в творческих профессиях. Когда меня спрашивают, кто я, я отвечаю словом на букву F (смеется). Сегодня в Америке женщинам по-прежнему нелегко делать карьеру.

О.С.: Барбара Зукова впечатляюще играет Ханну Арендт. Были ли другие кандидаты на эту роль?

П.К.: Нет. Барбара была первой и единственной. Она сыграла в шести фильмах у Маргарете. С первого же момента мы были уверены в выборе ее на эту роль. И не только потому, что она великолепная актриса. Она умна и хорошо образованна. Барбара прочитала «Истоки тоталитаризма» и другие книги Арендт, ее биографию и переписку. Она не просто по-актерски декламирует ее тексты, она прекрасно понимает, о чем говорит. С ней занимался профессор-философ. Она брала уроки игры в бильярд, ведь Ханна любила это занятие.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG