Линки доступности

Евгений Цымбал завершил фильм о «каунасской Анне Франк»

Российский режиссер Евгений Цымбал закончил работу над документальным фильмом «Тетрадь из сожженного гетто». Он поставлен по одноименной книге Тамары Ростовской и очерку ее брата Виктора Лазерсона. Это история девочки c 12 до 15 лет, чудом выжившей в адском огне Холокоста. Тамара Ростовская, урожденная Лазерсон, находясь в Каунасском гетто, вела дневник, фрагменты которого сохранились. Они-то и легли в основу фильма.

Евгений Цымбал родился в 1949 году в Ейске Краснодарского края. Окончил исторический факультет университета в Ростове-на-Дону и Высшие курсы сценаристов и режиссеров в Москве. Дважды обладатель Российской Национальной кинематографической премии «Ника», премии Британской академии кино и телевидения. В 1989 году стажировался в Сандэнс-институте (киношкола Роберта Редфорда), Юта. Режиссер фильмов «Защитник Седов», «Повесть непогашенной луны», «Сны Сталкера», «Дзига и его братья» и других. С Евгением Цымбалом встретился корреспондент Русской службы «Голоса Америки» Олег Сулькин.

Олег Сулькин: Как возникла идея фильма?

Евгений Цымбал: Ее предложили сценарист Илья Рубинштейн и продюсер Наталья Иванова из компании с забавным названием Нorosho Production. Поначалу интерес к проекту проявлял Первый канал. Мы съездили в Израиль, в Хайфу, записали 10-часовое интервью с Тамарой Лазерсон (сейчая ее фамилия Ростовская). Одна из немногих выживших узников Каунасского гетто, она вела дневник. Как и ее брат. Дневники брата и ее дневник за 1941 год погибли. Тамару спасли от смерти. Но если Анна Франк, погибнув, стала легендой, символом глобальной трагедии Холокоста, то о Тамаре долгое время никто ничего не знал.

О.С.: Почему?

Е.Ц.: Согнав евреев Каунаса и окрестностей в гетто, немцы впоследствии превратили его в трудовой лагерь. А потом вывезли евреев в лагеря смерти: мужчин – в Дахау, женщин – в Штутхоф. Отец Тамары – профессор Каунасского и Вильнюсского университетов Владимир Лазерсон, крупный ученый, психиатр, психотерапевт, ученик Фрейда и Шарко. Мать была детским психологом. Родители Тамары погибли, а она и брат уцелели.

О.С.: Каким образом?

Е.Ц.: Брат убежал. А ее спасла подпольная организация, которая вызволяла детей из гетто и передавала в литовские семьи. Люди очень рисковали, это грозило им расстрелом. Когда пришла Красная армия, чекисты обвинили их в «гестаповско-сионистском заговоре» и отправили в сибирские лагеря.

О.С.: Как вы собирали материал?

Е.Ц.: Во-первых, я изучил все, что мог найти, про Каунасское гетто в России, Литве, Польше, Израиле, США. Собирал хронику в Красногорске под Москвой (там находится Российский государственный архив кинофотодокументов – О.С.). Материала сохранилось крайне мало. Про детей нет вообще почти ничего. Немцы никому не разрешали снимать в гетто, а в своих пропагандистских съемках все инсценировали. Тайно снимал узник гетто фотограф Георг Кадиш. Он прорезал свой кожаный плащ под лацканом, там спрятал фотоаппарат, отгибал лацкан, нажимал спуск и делал снимки. Они стали летописью гетто. Помимо Тамары, мы сняли на пленку еще нескольких бывших узников Каунасского гетто.

О.С.: Чем была интересна поездка в США?

Е.Ц.: Я побывал в музеях Холокоста Вашингтона, Нью-Йорка, в Еврейском музее в Нью-Йорке. Сильнейшее впечатление оставил музей Холокоста в Ричмонде. Его директор Джей Ипсон также был ребенком-узником Каунасского гетто. В Северной Каролине я встретился с генерал-майором Сидом Шахноу, еще одним бывшим узником этого гетто, ветераном Вьетнамской войны, «зеленым беретом», получившим высшие воинские награды за храбрость. Когда в Каунасе начались погромы, у него, 5-летнего мальчика, на глазах изнасиловали мать.

О.С.: В вашем фильме этих личностей и фактов нет.

Е.Ц.: Невозможно все втиснуть в рамки часовой документальной ленты. Но эти истории войдут в книгу, которую я сейчас пишу. Во время поиска средств на фильм я обратился в вашингтонский Институт Кеннана, один из крупнейших «мозговых центров» в сфере международных отношений. Мне объяснили, что на фильм они денег дать не могут, но если я захочу написать книжку, то могу подать заявку на грант. Я выиграл грант имени Галины Старовойтовой. Это позволило шесть месяцев работать в Америке, изучать архивы, музейные собрания, фонд устной истории Холокоста Стивена Спилберга. Я собрал материалы для книги и надеюсь до конца года ее закончить.

О.С.: А кто вам помог завершить фильм? Ведь в его выходных данных Первый канал не значится.

Е.Ц.: Первый канал давал бесконечные поправки. Зачем упоминается пакт Молотова – Риббентропа? Зачем показывать еврейские погромы? Зачем вы сообщаете, что спасителей евреев ссылали в Сибирь? Сценарий я переписывал 11 раз. После того, как Путин выступил с оценкой пакта Молотова – Риббентропа во время визита в Польшу в сентябре 2009 года, фильм вообще закрыли. Я десять месяцев искал деньги. К кому только ни обращался! И к еврейским организациям, и к нееврейским. В России, когда узнавали, что Первый канал от проекта отказался, все сразу говорили «нет». Но на наше счастье нашелся в Торонто доктор медицины Валерий Коган. Большой энтузиаст искусства, организатор Фестиваля русского кино в Торонто. Валерий нашел деньги, что позволило закончить картину. Теперь мы ищем возможности его показа на фестивалях и телевидении в разных странах.

О.С.: Почему вы считаете необходимым напоминать сегодня об ужасах Холокоста?

Е.Ц.: Сегодня заметна тенденция все сглаживать, убирать шоковые моменты истории, чтобы, дескать, не возбуждать ненависть между народами. Но в показе истории надо быть честными. Что касается Холокоста, то здесь никаких оттенков быть не может. Тогда в Германии восторжествовало зло, методичное, запланированное, превосходно организованное. Уничтожали людей только за то, что они имели несчастье родиться евреями.

Увы, в сегодняшней России люди отравлены ложью за годы советского режима. И нужно еще много лет, чтобы вытравить весь яд. Для этого нужно выпускать честные книги, делать честные фильмы. А что получается? Правдивейший фильм Клода Ланцмана «Шоа» в России не демонстрировался. «Черная книга» преступлений нацизма против евреев, собранная Гроссманом и Эренбургом в 1945 году, издана во всем мире, кроме России. Зато мутным потоком издаются профашистские и антисемитские журналы и книжки. Люди зашорены, индоктринированы. С ними произошла идеологическая интоксикация. А это крайне опасно. Ведь всякий национализм чреват экстремизмом и его крайними проявлениями. И Россия сейчас становится все более националистической страной.

О.С.: Издавалась ли книга Тамары Ростовской в России?

Е.Ц.: Книга Тамары Ростовской после 67 лет неизвестности начала новую жизнь. С подачи историка, географа и литератора Павла Поляна, которого я увлек этой книгой, она в журнальном варианте только что напечатана в «Новом мире». 22 июня в Москве в Еврейском культурном центре на Малой Никитской состоится презентация этой книги, впервые в России вышедшей отдельным изданием с предисловием и комментарием Павла Поляна. Уже есть предложение о переводе книги на английский и издании ее в США.

Новости искусства и культуры читайте в рубрике «Культура»

XS
SM
MD
LG