Линки доступности

Управляющий партнер компании McKinsey & Company о том, как США могут помочь Москве стать международным финансовым центром

Превращение Москвы в международный финансовый центр – не политический процесс, а управленческий, считает Ермолай Солженицын, управляющий партнер международной консалтинговой компании McKinsey & Company в России. Не последнюю роль в этом, по его мнению, могут сыграть Соединенные Штаты.

Ермолай Солженицын принял участие в двухдневной стратегической сессии по разработке плана превращения Москвы в международный финансовый центр, которая состоялась в российской столице на минувшей неделе. Специально для Русской службы «Голоса Америки» он рассказал о сложностях реализации данного плана и о том, что необходимо сделать россиянам, чтобы не отстать от экономически развитых государств.

Анастасия Лаукканен: Как может измениться экономическая модель развития России после прошедших президентских выборов?

Ермолай Солженицын: Модели развития разрабатываются все время. С 2000 года – так называемая «программа Грефа» (стратегия развития России до 2010 года, разработанная Центром стратегических разработок Германа Грефа – А.Л.), потом некоторые дополнительные стратегии в течение прошлого десятилетия, до кризиса 2007-2008 гг., они велись экспертными сообществами по разным направлениям. После кризиса, в прошлом году, началась работа по «Стратегии-2020» (стратегия социально-экономического развития страны до 2020 года экспертных групп по обновлению – А.Л.), последний проект – «Открытое правительство».

На самом деле, предвыборные программы многих кандидатов в президенты показывают потрясающее сходство определения целевого состояния. Мы иногда стараемся найти какие-то различия. Но в принципе уже двенадцать лет мы все говорим о том, чтобы создать что-то похожее на современное, глобальное, европейское, целевое состояние, где у нас хорошая инфраструктура, развитая, диверсифицированная экономика, где у нас вовлекается частный капитал, где у нас вовлекаются граждане, где у нас хорошая конкуренция…

Ни один политик в мейнстриме не говорит о том, что нам не нужны частные инвестиции, не нужна конкуренция, не нужны равные условия, что мы не будем бороться с коррупцией… В этом смысле, скажем так, направление целевого состояния, в общем-то, давно понятно. И мне кажется, выборы на это никак не влияют.

А.Л.: А исполнение этого направления?

Е.С.: С исполнением у нас в последние годы плохо. Ну что значит – годы. У нас вообще получается, что с 2000 года мы все говорим об этом направлении, и нам можно только надеяться, что исполнение начнет улучшаться. Я вообще считаю, что система государственного управления – это та самая реформа, которая нужна больше всего. Потому что идей достаточно много, но их внедрение требует повышения профессионализма и системности в работе, которые в нашей стране еще предстоит налаживать.

И это совершенно не политический вопрос. Это вопрос, наоборот, управленческий. В какой-то сфере это вопрос ценностей, которые пропагандируются в обществе.

А.Л.: Что делать с тем, что правила игры на финансовом рынке в России, как замечают многие аналитики, не для всех равны? Это может измениться?

Е.С.: Это должно измениться. У нас, по-моему, выбора нет. Мы, как страна на все более глобализирующемся рынке, конкурируем с другими странами за капитал, за инвестиции, за инвестиции в НИОКР (научно-исследовательские, опытно-конструкторские и технологические работы – А.Л.), за инвестиции в создание новых продуктов. В конце концов, за движение людей, за то, где креативная, сильная, талантливая молодежь хочет работать и создавать свою карьеру. Мы обязаны перед собственным поколением, перед следующим поколением наконец-то наладить конкурентоспособную среду. Конечно, нам нельзя двигаться назад. Мы должны делать все то, что ожидают в современном человечестве инвестор, люди, граждане.

А.Л.: А это возможно сделать в рамках одного поколения? Или это все-таки некоторые планы на будущее?

Е.С.: Мы смотрим на некоторые примеры Китая, Бразилии, других стран. Они это сделали за достаточно короткий промежуток времени. Мы все привыкли это говорить, но это сущая правда: у нас очень талантливые люди. Но мы плохо организовываемся. Мы плохо самоорганизовываемся, мы плохо сверхорганизовываемся. Но люди, которым сегодня 25-30 лет, мне кажется, не очень хотят ждать еще 30-40 лет, пока здесь будет хорошая страна. Поэтому хотелось бы, чтобы они взялись за то, чтобы ее здесь создавать. В том числе создавать все условия, которые необходимы для успешной карьеры, нежели выбирать другие страны.

Возможно, невозможно, не знаю. Но нам нужно заметно ускорить, интенсифицировать нашу работу и движение ко всем тем целям, которые многократно всеми заявляются. И экспертными сообществами, и учеными, и корпорациями, и политиками.

А.Л.: Насколько важную роль могут играть США в становлении Москвы как международного финансового центра?

Я думаю, что Америка, как и все другие страны-партнеры в этом процессе, будет играть большую роль на разных уровнях. Во-первых, нам будет ценен опыт развития разных американских городов. Американские компании, которые присутствуют на финансовых рынках, могут также играть большую роль в создании международного финансового центра в России. Американские компании в секторе, потребляющем финансовые инструменты, которые присутствуют здесь, тоже могут играть важную роль. Например, я слышал, что Американская торговая палата здесь достаточно активно налаживает связи с Москвой. И это логичное и правильное направление. Америка – хороший партнер как пример функционирования городов, институтов и компаний, но также и как источник знаний и участник процесса.

А.Л.: То есть возможные политически-напряженные отношения России и США не будут мешать этому процессу?

Е.С.: Я вообще не думаю, что Москва как международный финансовый центр – это политический процесс. Во-первых, если вы проследите политическую риторику, она всегда очень сильно меняется в предвыборный период – и в России, и в Америке, – а потом возвращается на прежнюю точку. Сейчас, например, американские кандидаты в президенты высказываются по поводу России не потому, что они особенно сильно разбираются в том, что происходит в России. Просто на каком-то этапе надо себя позиционировать против другого кандидата, с которым ты борешься. Если один за, то другой будет против.

Поэтому я считаю, что наша главная задача в России – это развиваться в темпах, которые нам нужны. Я не вижу сейчас серьезного изменения в политической ситуации. И Буш говорил с Путиным про «стратегическое партнерство», и Клинтон говорил о нем, и Обама начал «перезагрузку», и следующий президент тоже ее продолжит. Мир слишком сложен и многогранен, чтобы эти небольшие сдвиги в отношениях имели большое влияние.

Но, конечно, никто работу России за нее не сделает. Мы должны самоорганизоваться и ускорить наше движение, потому что время бежит, и в этой гонке мы начнем отставать.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG