Линки доступности

Специалисты должны действовать сообща в борьбе со смертельной лихорадкой, считает российский вирусолог

По мнению экспертов из Университета Бостона, лихорадка Эбола находится на пороге своего проявления в России. Специалисты университета даже рассчитали примерные даты ее «визита», сообщают в четверг 9 октября российские медиа.

Согласно прогнозам бостонских экспертов, вероятность того, что инфицированный человек пересечет границу России 24 октября, равна 1 проценту, а через месяц она возрастет уже до 5 процентов. Это произойдет, если в странах Западной Африки не будут приняты необходимые меры по локализации вспышки лихорадки.

ООН предупреждает, что к концу года число зараженных может достичь 20 тысяч человек.

Какова опасность дальнейшего распространения инфекции и что нужно делать для ее предотвращения – по просьбе Русской службы «Голоса Америки» об этом рассуждает профессор Александр Бутенко, заведующий отделом арбовирусных инфекций НИИ вирусологии им. Д.И.Ивановского Минздрава РФ.

Виктор Васильев: Александр Михайлович, как вы относитесь к подобным предсказаниям и насколько обоснованы тревоги россиян по этому поводу?

Александр Бутенко: Я к этому плохо отношусь. Потому что фактически, думаю, это ничем не обоснованные предположения. Нельзя предугадать, когда это может произойти. Все зависит от интенсивности передвижения, общения и перевозки людей авиатранспортом из эндемичных регионов Африки в страны с более умеренным или холодным климатом. Вот чем объясняются, скажем, случаи, которые уже зарегистрированы, например, в Европе или США – там традиционно очень интенсивные контакты с Африкой, много людей посещают континент из числа волонтеров и так далее.

А Россия сейчас по сравнению с тем, что было лет 30 или 40 назад, когда очень активно развивались связи советских людей с Африкой, находятся в более выгодном положении. Тогда это было более актуально для нашей страны. Сейчас не так много россиян бывает на континенте, в особенности в Западной Африке. Вообще рассчитать число появления вируса в той или иной стране или определить, придет она туда или не придет, как мне кажется, невозможно.

В.В.: Откуда исходит главная угроза для России, и какие необходимы меры предосторожности?

А.Б.: От африканских студентов и туристов, в том числе. Точнее, она исходит от всех, кто посещает зараженные места и потом возвращается. Потому что, видите, какой разнообразный инкубационный период у болезни – от двух до двадцати дней. Бывает, человек, оказавшись инфицированным, возвращается домой еще фактически здоровым человеком, без каких-то внешних проявлений симптоматики Эболы…

Он может, прилетев, вдоволь пообщаться с другими людьми, как это было в случае с американским гражданином, прибывшим из Сьерра-Леоне. Поэтому здесь, разумеется, имеют огромное значение карантинные меры. Так же, как и дальнейшая диагностика. Кроме того, необходимо ограничение всех возможных контактов, соблюдение мер осторожности, профилактики в отношении обслуживающего персонала больниц, куда поступают инфицированные.

В.В.: Американский главврач высоко оценил работу российских специалистов в Африке. Сегодня как никогда актуально единство в борьбе с вирусом?

А.Б.: Там действительно работает бригада специалистов, направленная Роспотребнадзором. Более детальной информации по этому поводу у меня нет. Думаю, координация действий всех специалистов из разных стран, которые там работают, крайне полезна. Важно, чтобы они не изолировано действовали – американская бригада сама по себе, российская сама по себе. Надо поступать, как это было в свое время, когда Эболу изучали и наблюдали за ее вспышкой в 1976 году в Заире. Там работала ВОЗовская группа и лучшие специалисты по особо опасным вирусным инфекциям со всего света.

А координировал их работу, в том числе, известнейший специалист, мой хороший знакомый Карл Джонсон, ученый из США. И это привело к очень быстрой этиологической расшифровке инфекции, то есть определению природы заболевания, выяснению многих вопросов клиники эпидемиологии, профилактики и так далее. Вот таким путем надо и сейчас идти, забыв про всякие неурядицы в политических отношениях. Нужно работать сообща. Полагаю, это возможно.

В.В.: Как продвигаются дела с разработкой сыворотки в России?

А.Б.: Во-первых, сыворотки бывают разные. Самые лучшие для лечения и профилактики – это сыворотки или плазма крови от людей, которые переболели этим заболеванием и у которых выработался иммунитет и появились нейтрализующие тела в крови. Подобные сыворотки, конечно, должны быть очень эффективными. Кроме того, насколько я знаю, в двух центрах в России разработаны иммуно-глобулиновые вакцины, основанные на препаратах крови из сывороток вакцинированных лошадей, у которых тоже выработались антитела.

Позже они подвергаются особой обработке, чтобы быть нереактогенными и безвредными для человека, но сохраняющими свои защитные функции. Дошло ли дело до практического применения, я не знаю, однако опыты на животных показали довольно хорошие результаты.

XS
SM
MD
LG