Линки доступности

Взрыв в «Домодедово»: устами очевидцев

  • Василий Львов

Городская клиническая больница №31

Городская клиническая больница №31

Взрыв в аэропорту по-своему даже страшнее, чем в каком-то другом месте. Он заставляет сердца близких сжаться от тягостной неизвестности о тех, кто там, возможно, оказался – и эта тревога, этот страх распространяется не только в одном городе, но во многих городах, не в одной стране – а в десятках стран, на целых континентах. И теракт в аэропорту «Домодедово» стал поистине мировой бедой – в нем пострадали граждане Франции, Таджикистана, Великобритании, Нигерии, Молдавии, Сербии, Словакии, Италии, Узбекистана и Германии.

Диану Штотц, гражданку Германии русского происхождения, сегодня выписали из Городской клинической больницы №31. Выписали и ее соседку по палате Евдокию Рылло. Эти две молодые хрупкие девушки чудом избежали смерти при взрыве в «Домодедово», в результате которого погибли 35 человек и пострадали более 180.

Свои истории Диана и Евдокия рассказали корреспонденту Русской службы «Голоса Америки».

Василий Львов: Диана, вы оказались накануне взрыва рядом с Евдокией?

Диана Штотц: Да, мы случайно оказались рядом. Она встречала своего молодого человека, а я встречала коллегу своего мужа по работе. Я приехала несколько раньше в аэропорт. У меня было время немного походить по аэропорту, сделать какие-то покупки… Я попила там кофе и вернулась к нулевому входу, где был зал международных рейсов. Там был такой закуточек, где вылет международных рейсов. Толпилось очень много народа. Чтобы не мешать выходу пассажиров, всех встречающих ограничивали лентой. Они должны были стоять за лентой.

Я сначала стояла в толпе вместе с таксистами. Я сама низкого роста, поэтому мне было не совсем комфортно за их спинами. А потом я впереди увидела Евдокию, которая стояла прямо напротив красного коридора, откуда выходят пассажиры. Она стояла за ограничителем, впереди, никто не выгонял ее, и я подумала, что тоже пойду туда – чтобы лучше видеть человека, которого я встречаю. За толпой таксистов я ничего бы не увидела. И вот я прошла.

В.Л.: А во сколько это было?

Д.Ш.: Я посмотрела на часы. Сначала было 16:22, когда я смотрела на таксистов. Потом я, наверное, в 16:30, продвинулась к красному коридору и встала там.

В.Л.: За две минуты до взрыва.

Д.Ш.:
Да, и через две минуты прозвучал взрыв – хлопок. Я и не сразу поняла, что это взрыв и что это терроризм. Я подумала: «Может, неполадки с проводкой какие-то, может, что-то перегорело».

В.Л.: На записи после этого хлопка все мгновенно сотряслось…

Д.Ш.: Да-да. И оглушило сразу. Люди стояли оглушенными, было все очень плохо слышно. И потом я посмотрела на потолок. Думаю: «Что же там могло перегореть?» То есть я стояла на месте. Я посмотрела на потолок, увидела, что дым кругом.

В.Л.: А вы не сразу почувствовали, что вас ранило?

Д.Ш.: Я почувствовала жжение в ноге, но сначала подумала, что это была, вероятно, какая-то искра, и она меня обожгла. Но когда я услышала человеческий крик, слова «террорист», «взрыв» и все поняла, то побежала вперед – не туда, где я увидела дым, а в обратную сторону. Оказалось, что там просто был тупик. Там, в тупике, было какое-то кафе…

В.Л.: «Азия-кафе»?

Д.Ш.: Да. Там все сгустились. И там витрины такие большие – они все потрескались, но еще держались, и кто-то из людей стал говорить: «Давайте скорее скотч». Надо было заклеить стекло, потому что толпа там была огромная, оно могло всех поранить.

В этот момент в палату Дианы вошли несколько врачей. Они прервали наш разговор. Осмотрели больных, спросили о самочувствии и ушли. Рассказ возобновился.

Д.Ш.: Мы вдвоем с Евдокией стояли в довольно безопасном месте, в метре-двух от людей. Так что только с Божьей помощью…

К нашей беседе присоединяется Евдокия Рылло. Осколок пробил ей насквозь голень, но не задел кости.

Евдокия Рылло: Да, я стояла рядом с Дианой. А потом вместе со всеми побежала в кафе от дыма. Мы боялись второго взрыва. Я села там на стол. Ждала, что, может быть, кого-то (из столпившихся людей – В.Л.) выпустят. Но никого не выпускали. Через 10 минут нам сказали, что выход на противоположной стороне, напротив того места, где был взрыв. И я прошла через это место – везде дым, кровь. Мы вышли на улицу. Там уже были люди.

В.Л.:
А объявления были какие-то? Говорили, чтобы все сохраняли спокойствие?

Д.Ш.: Это потрясающе. Ничего не объявляли, это было удивительно для меня.

Здесь в разговор вступил муж Дианы Алексей Чижмаков.

Алексей Чижмаков: Но если бы такое сообщение прошло, вероятно, все люди стали бы выбегать в одном направлении. Может быть, поэтому ничего не сказали.

В.Л.: Сейчас очень многие нещадно ругают службу безопасности «Домодедово». Говорят, что в сравнении с аэропортами в Германии, если говорить о безопасности, «Домодедово» очевидно проигрывает. А в сравнении с российскими? Вы вообще часто летаете через этот аэропорт?

Д.Ш.: Нет, мы стараемся летать через «Внуково». Мы «Домодедово» очень не доверяем.

В.Л.: А во «Внуково», например, по-другому?

А.Ч.: Я всех прошу, кто летает, всю немецкую делегацию: «Не летайте в «Домодедово», летайте во «Внуково». В «Домодедово» всегда был беспорядок. Мы с детьми прилетали, час стояли на паспортном контроле. Работало два паспортных контроля, остальные все были закрыты.

Д.Ш.: Было колоссальное количество людей.

А.Ч.: Там всегда был беспорядок. Не случайно, что выбрали это место. Я никогда такого не видел, даже в «Шереметьево». А здесь всегда людей очень много, и никогда никого нигде не проверяли. Это халатность. Я вижу в этом халатность. И мы там не летали. Просто стечение обстоятельств, что мы там оказались.

В.Л.: Есть у вас желание привлечь к ответственности тех, кто должен был обеспечить безопасность аэропорта, но не сделал этого?

Д.Ш.: Это имеет смысл.

А.Ч.: Если будет создаваться группа, которая хочет привлечь их к ответственности, я думаю, присоединюсь. Нужно начинать когда-то.

В.Л.: Иногда разводят руками и говорят, что это случается везде.

А.Ч.: Это есть везде, но виновных надо наказывать. Кстати, во «Внуково» эти рамки тоже не работали.

Д.Ш.: Да, они долгое время работали, а последние полгода, наверное, тоже перестали. Но во «Внуково» кругом охрана.

В.Л.: А что происходило через какое-то время после взрыва? Правда, что таксисты взвинчивали цены? Как вы вообще выбирались оттуда? На скорой помощи?

Д.Ш.: Нет, мне молодой человек предложил помощь. Очень многие предлагали свою помощь – бесплатно. Просто бесплатно. Чтобы довезти до города, до первой больницы. Я никого не встретила, кто бы мне предложил за какие-либо деньги поехать в Москву. А этот молодой человек взял свою машину и сказал: «Все, кто может двигаться, могут со мной ехать». А были еще люди просто недвижимые.

В.Л.: Вы потом с Евдокией выбрались?

Д.Ш.: Нет, мы потеряли друг друга.

В.Л.:
А Евдокия как сюда попала?

Е.Р.: Мы с моим молодым человеком встретились через 15 минут…

В.Л.: И вы не знали ничего друг о друге, пока не встретились? Как страшно это, наверное, было.

Е.Р.: Мы вообще ничего не знали.

В конце беседы корреспондент «Голоса Америки» спросил: «А у вас остается страх перед полетами?»

Евдокия молчала. Ответила только Диана.

Д.Ш.: Я вообще-то должна была сегодня лететь по моей классической схеме из «Внуково» в Кельн. После взрыва я была уверена, что если физически смогу полететь, то буду как-то морально готова. Но вчера, когда уже был свободный день от корреспондентов, когда смогла немножко прийти в себя, я перебронировала рейс, потому что я не готова к этому в любом случае.

Другие репортажи о теракте в «Домодедово» читайте здесь

Перейти на главную страницу

XS
SM
MD
LG