Линки доступности

Директор Института США и Канады РАН в эксклюзивном интервью «Голосу Америки» высказывает мнение о кандидате на должность главы дипмиссии США в Москве

В прошедшие выходные газета The New York Times сообщила, что Белый дом уже фактически принял решение по поводу того, кто станет следующим послом Соединенных Штатов в России. По информации издания, это будет Джон Теффт, кадровый дипломат и специалист по странам бывшего СССР, который работал послом США в Украине, Грузии и Литве. Поработал опытный дипломат и в Москве – Джон Теффт был человеком номер два в посольстве США в Москве с 1996 по 1999 год. О кандидате на пост посла США в Москве своим мнением с «Голосом Америки» поделился директор Института США и Канады РАН Сергей Рогов.

Данила Гальперович: Как бы вы определили основные качества Джона Теффта как дипломата и профессионала?

Сергей Рогов: Джон Теффт – это один из профессиональных американских дипломатов-советологов, русистов. После распада Советского Союза из этой плеяды у нас были послами, в частности, Джим Коллинз и Джон Байерли. Кстати, в свое время, перед назначением Байерли, Теффт рассматривался как один из претендентов на должность посла в Москве. Но он после этого занял пост руководителя Российско-евразийского отдела Госдепартамента США. И все-таки нет такого дипломата, который не хотел бы стать послом. Джон Теффт занимал посольские должности, как советолог, в бывших советских республиках, а ныне независимых государствах. Он был послом США в Грузии во время российско-грузинской войны. Потом стал послом США в Украине. Кроме того, успел побывать послом США в Литве. Это профессиональный дипломат, хорошо владеющий темой российско-американских отношений.

Д.Г.: С чем Джону Теффту придется столкнуться в Москве, если его назначат послом?

Сергей Рогов: В случае его назначения он столкнется с двумя проблемами. Во-первых, ему достанется тяжелое наследство Майкла Макфола. Макфол в силу разных причин, по моему мнению, оказался наименее успешным американским послом в Москве за многие годы. Вторая причина – это резкое обострение российско-американских отношений в ситуации, при которой мы находимся в состоянии «холодного» мира и даже на грани «холодной войны».

Естественно, в этих условиях послу США в Москве будет очень сложно действовать, тем более что пока никакой позитивной повестки дня нет. Кризис продолжает развиваться. Высшая точка кризиса не пройдена. Новой «перезагрузки» отношений в ближайшем будущем не предвидится. А учитывая то, что Теффт находился на том же месте посла в Грузии и Украине в момент достаточно серьезного обострения отношений России с этими странами, то, конечно, отношение к нему – по крайней мере первоначально – не очень позитивное. Но он опытный дипломат. Кроме того, посол не определяет политику своего государства, но в принципе, может найти возможность как-то повлиять на ситуацию.

Д.Г.: Будет ли некий сигнал Вашингтона Москве в таком назначении, если оно состоится? По какому принципу, как вам кажется, Теффт стал кандидатом?

С.Р.: Принцип, мне кажется, простой: есть дипломаты-эксперты по России, и Теффт один из них. Ряд других специалистов, таких как Байерли – они уже на пенсии, хотя и примерно одного поколения с Теффтом. В общем-то, на сегодня он, пожалуй, наиболее грамотный американский дипломат в том, что касается российской тематики. Я думаю, что вопрос назначения Теффта – это не вопрос сигнала, а вопрос кадровой ситуации, которая сложилась сегодня в Госдепартаменте США. Конечно, на должность посла в России могла бы претендовать Виктория Нуланд. Она – профессиональный советолог. Но, во-первых, она сейчас при должности заместителя госсекретаря. Во-вторых, со своими печеньками в Киеве Нуланд вряд ли вызвала бы энтузиазм в Москве.

Д.Г.: Но Джон Теффт тоже критиковал Москву в разные периоды своей карьеры, в России его некоторые даже называют «революционным послом».

С.Р.: Он делал разного рода заявления, как и положено дипломату. Но надо все-таки учитывать, что российско-американские отношения – это дело президентов, а даже не министров иностранных дел и госсекретарей. Они выполняют во много роль почтальонов. Они могут как-то влиять, но они отнюдь не в состоянии играть определяющую роль.

Д.Г.: Вам не кажется, что российско-американские отношения переходят в стадию, когда искать компромисс — это уже дело не президентов, а опытных переговорщиков? Как в советские времена, когда генсеки с президентами не разговаривали, а дипломаты нащупывали компромиссные пункты?

С.Р.: Это было совсем другое время.

Д.Г.: То есть, по-вашему, еще есть шанс на то, что Обама и Путин в личном разговоре могут решать те проблемы, которые их подчиненные решить не могут? Все комментаторы сходятся на том, что у двух лидеров скорее негативное восприятие друг друга.

С.Р.: Государственные руководители – живые люди с эмоциями. Как говорят, «химия», то есть личная атмосфера в отношениях, может и в ту, и в другую сторону сработать. Но на самом деле российско-американские отношения находятся в состоянии самого жестокого кризиса за последние 30 лет. И высшая точка этого кризиса не пройдена. Поэтому роль посла может заключаться в том, чтобы либо еще больше разворошить эти противоречия, либо попытаться их немножко сгладить. Но посол не решает отношения между двумя странами. В принципе, к сожалению, нельзя исключать того, что до окончания пребывания Барака Обамы у власти, то есть до января 2017 года, улучшения российско-американских отношений не будет.
  • 16x9 Image

    Данила Гальперович

    Репортер Русской Службы «Голоса Америки» в Москве. Сотрудничает с «Голосом Америки» с 2012 года. Долгое время работал корреспондентом и ведущим программ на Русской службе Би-Би-Си и «Радио Свобода». Специализация - международные отношения, политика и законодательство, права человека.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG