Линки доступности

Эксперты – о политическом и военном значении этого шага

Президент России Владимир Путин 13 апреля подписал указ, который позволит передать Ирану российские зенитно-ракетные комплексы С-300. Об этом сообщила пресс-служба Кремля. Указ снимает запрет «на транзитное перемещение через территорию РФ (в том числе воздушным транспортом), вывоз с территории РФ в Иран, а также передачу Ирану вне пределов России с использованием морских и воздушных судов под Государственным флагом РФ зенитных ракетных систем С-300».

Первый контракт на поставку Ирану пяти комплексов С-300 стоимостью около 800 млн долларов США был подписан в 2007 году. Через три года, после ввода Советом Безопасности ООН санкций против Ирана, президент России Дмитрий Медведев подписал указ о мерах по выполнению этой резолюции, тем самым заморозив контракт на поставку Тегерану комплексов С-300. Иран, выразив возмущение против этого решения России, обратился в третейский суд Женевы с иском к российским властям почти на 4 млрд долларов.

Теперь, по словам министра иностранных дел России Сергея Лаврова, Россия не хочет терпеть неудобства из-за ранее принятых решений: «Мы не могли не принимать в расчет коммерческий и репутационный аспект. В результате приостановки контракта, как вы знаете, мы несем существенные финансовые издержки и не видим больше необходимости в такого рода позиции».

Официальной реакции Тегерана на решение Кремля пока не последовало, но Москва уже выразила надежду, что поданный ранее Ираном иск в третейский суд Женевы будет отозван.

Александр Шумилин: это удар по региональной стабильности

Директор Центра анализа ближневосточных конфликтов Института США и Канады Александр Шумилин в интервью Русской службе «Голоса Америки» назвал решение Владимира Путина «судьбоносным» для ситуации в регионе Ближнего Востока: «Шаг более чем серьезный, и последствия могут оказаться тоже весьма серьезными».

«Что могло подтолкнуть к нему Путина? Возможно – расчет на то, чтобы зона Персидского залива не становилась более спокойной и стабильной, ибо такая тенденция к примирению влечет падение цен на нефть. И это было продемонстрировано в последнее время. Возможно, это свидетельствует о том, что недавние договоренности с Ираном сейчас уже пересматриваются в Москве, переоцениваются их последствия, и возможно, что кто-то здесь сделал вывод о том, что они оборачиваются негативно для России, и не стоит так активно им содействовать», – предполагает эксперт.

По словам Шумилина, Москва продемонстрировала пренебрежение чувствами и интересами многих политических сил: «Это удар по Бараку Обаме, по его администрации в ее противостоянии Конгрессу и республиканцам по Ирану. Это оскорбительный жест для арабских монархий Персидского залива. Это плевок в сторону Израиля, поскольку на момент принятия решения о приостановке поставок в 2010 году именно Израиль оказывал наибольшее влияние на Россию, убеждая тогда еще президента Медведева не поставлять С-300».

Теперь, по мнению директора Центра анализа ближневосточных конфликтов Института США и Канады, указом Владимира Путина «воспользуются противники наметившихся договоренностей с Ираном, и эти договоренности с Ираном, как я полагаю, теперь можно постепенно, постепенно хоронить».

«В частности, в Израиле голоса в пользу военного превентивного удара по Ирану, пока не поставлены С-300, будут раздаваться все громче и громче», – говорит Александр Шумилин.

Василий Кашин: от указа до поставки самое малое – полтора года

Эксперт Центра анализа стратегий и технологий Василий Кашин уверен, что беспокойство относительно скорого увеличения ракетной мощи Тегерана с помощью Москвы – преждевременно: «Даже если новый контракт будет заключен завтра, надо понимать, что речь идет об очень технически сложных и дорогостоящих системах, у которых цикл производства – явно больше года. Начать его делать, начиная с подготовки всех материалов, закупки комплектующих, до того, как он будет собран и испытан, это довольно долгая история».

«Первая система, которая находится полностью в боеготовом состоянии, у Ирана будет, наверное, в лучшем случае, где-нибудь в конце следующего года, а может быть и в 2017 году, опять же – если контракт будет подписан завтра, а в прошлый раз, как известно, они согласовывали финансовые детали буквально годами», – напоминает Кашин.

Он рассказывает, что готовых С-300, которые могли бы быть поставлены Ирану уже сейчас, не существует: «Системы делаются под заказ, тем более, что для каждого конкретного иностранного заказчика обычно делается какая-то модификация, во-первых, в соответствии с его требованиями, во-вторых, для того чтобы она была совместима, например, со средствами связи, которые используются в конкретной стране. Невозможно технически взять и отдать какой-нибудь имеющийся дивизион».

По словам Василия Кашина, «сравнимым по протяженности является и процесс подготовки личного состава для использования этой очень сложной системы, их надо готовить, при том, что те системы, на которые контракт подписывался в 2000-х, уже сняты с производства, людей нужно будет учить под новую технику».

Эксперт признает, что в случае поставки С-300 Ирану эта страна будет защищена от любого внешнего силового воздействия гораздо более надежно, нежели сейчас: «Если США или Израиль захотят провести локальную воздушную операцию по нанесению ударов по Ирану, то планирование и осуществление этой операции для них будет намного более сложным и затратным. Сама операция будет сопряжена с очень существенными рисками».

«Если же говорить об отношениях Ирана с соседними странами, которые не обладают теми возможностями, которые есть у США и Израиля, то против них это такое оружие, которое сможет с высокой вероятность гарантировать иранцам безопасность», – подчеркивает Василий Кашин.

Американские экспертыпо-разному оценивают известия, пришедшие из Москвы.

Директор Центра военного и политического анализа Института Хадсона Ричард Вайц (Richard Weitz)не ожидает от Москвы радикальных шагов. «Они сказали, что есть возможность осуществить сделку, – уточняет аналитик. – Они не сказали, что сделка будет осуществлена. Сейчас изменилась ситуация: сняты санкции в отношении Ирана, и это дает им возможность для маневра. Маневрировать в новых условиях будут все. Москве же не нужен иск со стороны Ирана за невыполнение соглашения по поставкам».

«Я не думаю,– продолжает эксперт, – что это создаст какую-то новую волну напряженности между Россией и Западом. Кремль, конечно, пытается закрепиться в позиции стороны, имеющей вес во всем, что касается Ирана. Я не думаю, однако, что будут делаться какие-то радикальные шаги на уровне передачи вооружений и тому подобного».

«Я считаю, – поясняет Вайц, – что Москва при этом будет пытаться маневрировать между разными сторонами с целью получить для себя максимум выгоды. Это похоже на то, что происходит сейчас с Кореей. Москва хочет, что Ким приехал в столицу уже в следующем месяце. Я не знаю, насколько эти попытки увенчаются успехом. В этой ситуации меня, правда, беспокоит китайский фактор. Пекин может сделать шаги в направлении продажи вооружений Ирану, и у Кремля возникнет ощущение необходимости принять превентивные меры, чтобы опередить Китай».

Майкл Кофман(Michael Kofman)– аналитик из вашингтонского Центра Вудро Вилсона – подчеркивает в этой связи необходимость различать между вооружениями, соглашение о поставках которых было достигнуто в 2007 году, и вооружениями, поставки которых, в конце концов, могут быть осуществлены после снятия запрета.

«После визита россиян в Иран в январе нынешнего года стало понятно, что две стороны достигли соглашения по разрешению вопроса с приостановкой контракта 2007 года по поставкам комплексов С-300. Россия приостановила поставки в 2010 году и подписалась под более жесткими санкциями ООН в отношении Ирана. Иран после этого обратился в арбитраж в Женеве с требованием миллиардных компенсаций за нарушение контракта,– поясняет Майкл Кофман.

«Указ Путина, однако, не означает, что продажа или заключение контракта обязательно состоятся. В контексте этого заявления возникает более важный вопрос. Дала ли Россия согласие на новый контракт с Ираном, который придет на смену предыдущей сделки, или они сейчас просто находятся на первой фазе таких переговоров?»,– продолжает аналитик.

«Дело в том, – поясняет Кофман, – что первоначальное соглашение было заключено на поставку типа комплексов С-300ПМЮ1, которые больше в России не производятся. Сторонам, в этой связи, нужно будет новое соглашение, поскольку условий старого Россия не может выполнить по объективным причинам. Россия, по всей видимости, должна будет предложить экспортную версию системы - С-300ВМ (Антей -2500), которые являются аналогом, и для Ирана могут быть значительно более выгодной системой. Эта оборонная система может, в рамках нового соглашения, быть оснащена более современными ракетами. С-300 не являются полностью аналогичными, и таким образом, соглашение 2007 года не может быть выполнено в том виде, в котором было изначально заключено».

«Однако,– продолжает эксперт, – если соглашение о новом контракте еще не достигнуто, то Москва и Тегеран могут находиться на расстоянии от заключения сделки и реальных поставок систем противоракетной обороны. Такой сценарий наиболее вероятен, и, в то время как снятие запрета демонстрирует тот факт, что конфликт между Россией и Ираном по поводу невыполнения соглашения 2007 года, исчерпан, он не свидетельствует о заключении нового контракта и никак не проливает свет на то, будут ли новые системы поставлены Ирану».

Пресс-секретарь Белого дома Джош Эрнест, отвечая на просьбу прокомментировать решение России поставить Ирану комплексы ПВО С-300, напомнил, что США ранее выступали против этой сделки,и об этой проблеме госсекретарь Джон Керри беседовал с главой МИДа РФ Сергеем Лавровым.

«Я не имею права обсуждать процесс принятия решений в России, – сказал Эрнест. – Однако я могу сказать, что Россия понимает, что Соединенные Штаты очень серьезно относятся к безопасности наших союзников в регионе». Он предупредил, что этот вопрос может стать причиной «серьезной озабоченности».

«Поскольку это имеет отношение к другим переговорам, имеющим в основе формулу «нефть за поставку товаров», мы знаем о том, что эти дискуссии велись уже в течение нескольких месяцев,– подчеркнул Эрнест.– И мы, разумеется, знаем о существовании предложений в контексте России и Ирана о том, что, в сущности, является бартером иранской нефти и российских товаров».

  • 16x9 Image

    Данила Гальперович

    Репортер Русской Службы «Голоса Америки» в Москве. Сотрудничает с «Голосом Америки» с 2012 года. Долгое время работал корреспондентом и ведущим программ на Русской службе Би-Би-Си и «Радио Свобода». Специализация - международные отношения, политика и законодательство, права человека.

  • 16x9 Image

    Юлия Савченко

    Журналист-международник cо стажем работы в России, Центральной Азии, Великобритании и США. На Русской службе "Голоса Америки" - с 2010 года. Освещает темы политики, международных отношений, экономики, культуры. Автор и ведущая программы «Настоящее время. Итоги»

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG