Линки доступности

Дагестан. Джумма намаз по-махачкалински


Дагестан. Джумма намаз по-махачкалински

Дагестан. Джумма намаз по-махачкалински

Кто «баламутит» Кавказ?

Популярный в молодежной исламской среде Дагестана участник комиссии по адаптации боевиков Абас Кебедов после митинга сообщил журналистам, что не все желающие смогли приехать в Махачкалу и участвовать в демонстрации – из-за препятствий со стороны местных властей. Кебедов обещал, что следующая акция будет намного масштабнее. Протест объявили еженедельным ­– каждую пятницу – как джумма намаз – обязательная для мусульман пятничная коллективная молитва.

Митинг против произвола властей и за единство уммы

«Мы собрались, чтобы доказать, что исламская умма – это единое целое», – с этими словами обратился к нескольким тысячам протестующих в Махачкале представитель «Союза справедливых» Магомед Карташов. До того как собраться на митинг в центре Махачкалы, демонстранты прошли колонной по улицам столицы Дагестана, скандируя «Аллаху Акбар!» и «Ла илЛаха илАллах!» (нет бога, кроме Аллаха). На кадрах с площади преимущественно молодые люди: подавляющее большинство – мужчины и несколько девушек, одетых в хиджабы и никабы.

Ассоциацию с революциями на Ближнем Востоке отметили практически все аналитики и блогеры, написавшие о событии. Схожесть усиливал и очень непривычный еще на Северном Кавказе фактор – организационная и информационная роль социальных СМИ. О демонстрации онлайн сообщали десятки дагестанских блогеров, фото и видео появлялось в интернете по ходу событий.

В сетях организаторы создали специальные страницы: в Twitter – @MittingDagestan, в Facebook группу «Митинг против произвола властей и силовых структур Дагестана».

Религиозная составляющая события наглядно присутствовала в плакатах и лозунгах, часть которых была написана на арабском, среди русских лозунгов, призывающих прекратить насилие, пытки и похищения, были и такие: «Их мучили только за то, что они уверовали во Всевышнего». Афишу спектакля «Без вины виноватые», висевшую на фасаде Русского театра, перед зданием которого проходила демонстрация, блогеры назвали «знамением бога».

Власть, в лице вице-премьера Дагестана Ризвана Курбанова, курирующего силовой блок и возглавляющего комиссию по адаптации членов НВФ к мирной жизни, заявила в рупор: «Диалог – это то, с чего начинается решение проблем. Да, есть ошибки в системе, есть сбои и нарушения закона, и мы сегодня определяем, что это неправильно. С этими вопросами борются». Однако мегафон у вице-премьера, судя по видеокадрам с митинга, задержался ненадолго – Курбанова оттеснили, и уже следующий оратор на троекратное: «Вы верите ему?» получил хоровой ответ: «Нет!».

В общем потоке выступлений блогеры и репортеры отметили выступление пожилого мужчины из Хасавюрта. Магомедхан Байсултанов рассказал о штурме дома силовками, при котором была убита его беременная сноха и ранен сын. Дом был атакован по ошибке, и спецслужбы признали это. Однако Байсултатову так и не удалось добиться расследования и наказания виновных сотрудников. По словам мужчины, прокурор Дагестана Андрей Назаров посоветовал ему «уйти в лес и отомстить за сноху». Митинг отреагировал призывом вместе с «беспредельщиками» наказать и прокурора тоже.

Другой взгляд

Главный редактор крупнейшего в Дагестане информационного агентства РИА Дагестан Нариман Гаджиев написал у себя в блоге в livejournal: «подобные акции куда эффективнее террора», блогер dargo_magomed ответил в комментарии: «Митинг – это шаг "из леса", шаг от терактов к диалогу». Журналист разместил в своем блоге репортаж грузинского телеканала ПИК, где Нариман Гаджиев проводит параллели между двумя событиями, происходящими в этот день в Дагестане: митинге протеста и экономическом форуме, направленном на привлечение инвестиций в республику. Гаджиев говорит, что не уверен в случайности подобных совпадений.

В дагестанских сообществах в Facebook тема митинга обсуждалась на удивление инертно. В группе «Белые журавли» протесту в Махачкале посвящена только одна запись. Соломон Кейн пишет: «Сколько друзей в ЖЖ и здесь столько и мнений насчет митинга, но все согласны с тем, что это может статься первой ласточкой, такой мирной…» и если власти не воспримут сигнал, то «еще пару пятниц и горячих голов будет больше и их будет не остановить».

О возможности эскалации пишет и Зарема Гасанова в группе «Журналисты Дагестана»: «Если Власть не поймет, то с легкостью ее снесут в одну прекрасную пятницу. Насколько я поняла, сегодня ни одни мент не дернулся в попытке кого-то ударить или задержать. Следовательно, все дело только в консолидации».

«Власть признала»

В видеоролике, размещенном в блоге директора РИА "Дагестан", ­– рассказ представителя организаторов митинга, известного дагестанского адвоката Зиявудина Увайсова о реакции властей. Реакция оказалась крайне либеральной и мирной: с организаторами протестов встретились министр внутренних дел, вице-премьер и президент Дагестана – встречи происходили именно в такой последовательности.

«Можно сказать, что все они признали наличие проблемы, что имеют место похищения людей, пытки, внесудебные преследования и необходимо создать какие-то механизмы для борьбы с этим», – рассказал Увайсов. По словам адвоката, разработку этих механизмов власть возложила на организаторов протеста, подготовленные предложения будут представлены президенту республики Магомедсаламу Магомедову. Увайсов выразил надежду, что эта схема взаимодействия власти и оппозиции поможет остановить насилие.

Дэвид Саттер: Развитие ситуации зависит от реакции центра

Эксперт Hudson Institute в Вашингтоне Дэвид Саттер (David Satter) отмечает две особенности, способствующие эскалации ситуации в Дагестане. Во-первых, «ужасная репутация дагестанских силовиков из-за применяемых ими пыток и унижений». Во-вторых, намного более серьезное умножение подполья, по сравнению с другими республиками региона.

Дальнейшее развитие ситуации, по мнению Саттера, зависит от типа реакции центральной власти: «Если власти в Москве намерены вложить свою веру только в использование силы, если они будут прикрывать тылы коррумпированным лидерам и, что намного важнее, коррумпированным и насильственным службам безопасности», то они рискуют провоцировать эскалацию.

Вместе с тем, полагает эксперт, мирный характер демонстрации, дает надежду на то, что «у рациональных людей в высших эшелонах российской власти найдется понимание того, что мирный протест против насилия – это их лучшая защита против исламских экстремистов».

Если же власть на местном и на федеральном уровне признает, хотя бы частично, что «страдают невинные люди и что дагестанские силовые структуры брутальны, и не просто брутальны – они практикуют все методы пыток и насилия» – это стало бы позитивным импульсом не только в отношениях власти и общества, но также усилило бы позиции рядовых людей в Дагестане против экстремистов, заключает Дэвид Саттер.

Сергей Маркедонов: Возлагать вину на внешние факторы ошибочно

«Было бы большой ошибкой, считать, что это какие-то внешние эмиссары приехали и все взбаламутили. Никакие эмиссары ничего не смогут взбаламутить, если нет внутренних предпосылок протеста», – эксперт Центра стратегических и международных исследований в Вашингтоне (CSIS) Сергей Маркедонов уверен, что поиски внешних игроков непродуктивны.

Аналитик против применения термина «арабская весна» к событиям в Махачкале: «Может быть, мы назовем это “дагестанская весна” или “кавказская весна”, потому что Дагестан уже продолжительное время неспокойная республика. И призывы, связанные с разными формами религии, звучат там не первый год». Маркедонов напомнил попытку антиправительственных выступлений, предпринятую в 90-х в Махачкале братьями Хачилаевыми, ситуацию в кадарской зоне – когда села Карамахи, Чабанмахи, Кадар практически ввели шариатское устройство на своей территории.

«Говорить, что произошло что-то, к чему мы совершенно не были готовы, нельзя», – сказал Маркедонов, вместе с тем, он не рискует прогнозировать, не обладая информацией о том, «кто за этими выступлениями стоит». Как и Дэвид Саттер, Сергей Маркедонов уверен, что очень многое сейчас зависит от того, «насколько серьезно власти воспримут протесты, и как они отреагируют».

  • 16x9 Image

    Фатима Тлисовa

    В журналистике с 1995 года. До прихода на «Голос Америки» в 2010 году работала собкором по Северному Кавказу в агентстве «Ассошиэйтед пресс», в «Общей газете» и в «Новой газете». С января 2016 г. работает в составе команды отдела Extremism Watch Desk "Голоса Америки"

XS
SM
MD
LG