Линки доступности

В свет вышли две книги о растущем влиянии соседних стран на центрально-азиатский регион

Сегодня экономическое влияние Китая в Центральной Азии намного более существенно по сравнению с влиянием России, тогда как другой сосед этого региона – Индия – так и не смог наладить тесные отношения с центрально-азиатскими государствами. К таким выводам пришли Марлен Ларюэль и Себастьен Пейруз, сотрудники программы по Центральной Азии при Университете Джорджа Вашингтона.

Эксперты опубликовали две книги о политике азиатских крупных игроков в странах Центральной Азии – «“Китайский вопрос” в Центральной Азии: внутренний строй, социальные изменения и фактор Китая» (The “Chinese Question” in Central Asia: Domestic Order, Social Changes, and the Chinese Factor) и «Китай и Индия в Центральной Азии. Новая “Большая игра”?» (China and India in Central Asia. A new “Great Game”?, совместно с Жаном-Франсуа Юше и Байрамом Бальчи).

Китай

«Несмотря на то, что традиционный партнер – Россия – имеет огромное влияние на Центральную Азию, экономическое присутствие Китая сегодня наиболее обширное», – рассказал Себастьен Пейруз о главных выводах своего исследования.

Роль Китая в разных секторах экономики региона растет быстрыми темпами. По данным Министерства торговли Китая, приведенные газетой The New York Times, в 2009 году объем экономического сотрудничества со странами Центральной Азии достиг почти 26 миллиардов долларов, тогда как в 1992 году он составлял всего 527 миллионов долларов.

В Центральной Азии Пекин действует по программе, идентичной той, которую он проводит в странах Африки, Латинской Америки и Южной Азии.

«У Китая одна унифицированная система инвестирования по всему миру, и Центральная Азия – не исключение, – комментирует Марлен Ларюэль. – Логика такого подхода заключается в том, что инвестируемые ресурсы остаются внутри системы Китая».

При таком подходе Китай выделяет инвестиции правительствам в обмен на гарантии того, что в проектах будут заняты китайские компании и граждане.

«Даже когда оговариваются специальные квоты для местных работников, в основном привлекается рабочая сила из Китая», – поясняет она.

По словам экспертов, Китай зачастую предпочитает импортировать минеральные ресурсы в обмен на свои инвестиции. Такие договоренности не указываются в официальных контрактах, а обсуждаются на менее формальном уровне и учитываются при подписании меморандумов о взаимном сотрудничестве.

«Но на примере Таджикистана мы видим, что, инвестируя крупные средства в инфраструктуру этой страны, Китай не получит эквивалентное количество минералов в обмен», – отмечает Ларюэль.

Сегодня Китай арендует 1% территории Таджикистана для сельскохозяйственных целей.

«В Центральной Азии такое вовлечение было встречено с негодованием, однако стоит отметить, что это распространенная практика Китая», – говорит Пейруз.

По его словам, Китай, помимо других регионов мира, арендует земли и на Дальнем Востоке России.

Отношение к Китаю в Центральной Азии двоякое – с одной стороны, местные предприниматели видят в своем соседе большие возможности для расширения бизнеса, при этом Китай предлагает обширный рынок для торговли. С другой – в регионе традиционно присутствует фобия по отношению к своему соседу.

«Опасения в Центральной Азии вызывает как растущее влияние Китая в энергетическом секторе, так и тот факт, что все больше китайцев сегодня торгуют на местных рынках», – замечает Пейруз.

Особенно синофобия распространена в повседневной жизни – в силу так называемой «тихой экспансии Китая», наблюдаемой в Кыргызстане и Таджикистане, добавляют эксперты.

В странах Центральной Азии также опасаются, что экономическое присутствие Китая не будет способствовать росту занятости. Эти опасения оправдываются тем, что на многих проектах инфраструктуры, в которые инвестирует Пекин, заняты рабочие из Китая.

Индия

Десять лет назад у Индии были большие планы по участию в Центральной Азии, в частности, было подписано большое количество меморандумов по сотрудничеству в энергетическом секторе с Казахстаном, Туркменистаном и Узбекистаном.

Однако помимо сотрудничества с Туркменистаном по поставкам газа и инвестициям в некоторые инфраструктурные проекты в Таджикистане, Индия так и не осуществила ранее заявленных проектов сотрудничества с другими странами. Сегодня Индия даже не входит в десятку наиболее крупных инвесторов в энергосекторе центрально-азиатского региона.

Более того, Таджикистан полностью отказался от присутствия индийских военных на своей авиабазе «Айни», сохранив лишь госпиталь, которым управляют менеджеры из Индии.

«Помимо некоторых военных учений, военного присутствия Индии сегодня в регионе больше нет», – отмечает Марлен Ларюэль.

«Индия упустила свой шанс стать влиятельным игроком в энергетической сфере в Центральной Азии», – подчеркивает Ларюэль.

Эксперт объясняет это тем, что у Индии нет общих границ с Центральной Азией – с этим регионом ее разделяет Афганистан.

Сегодня сферы заметного экономического присутствия Индии лежат в фармацевтическом секторе, торговле ураном с Казахстаном и экспорте хлопка из Узбекистана. Например, до 30% фармацевтических продуктов завозятся в Центральную Азию из Индии.

ШОС

По мнению Марлен Ларюэль и Себастьена Пейруза, Шанхайская организация сотрудничества (ШОС), в которой Пекин играет ведущую роль, сегодня переживает кризис роста.

«Ничего нового ШОС сегодня предложить не может и зачастую отказывается поднимать сложные вопросы на многосторонних встречах», – отмечают эксперты.

По их мнению, на ежегодных встречах члены организации проводят поверхностные обсуждения, намеренно оставляя такие злободневные темы, как миграция и наркотрафик в странах ШОС.

«До сих пор ШОС занималась только теми вопросами, которые не создавали никаких противоречий в регионе», – считает Ларюэль.

Организация не стремится создать никаких совместных военных соединений в регионе или открыть больше каналов для обмена стратегической информацией по вопросам безопасности, добавляет она.

«Никто из членов ШОС не заинтересован в более тесном вовлечении Китая, поскольку это поднимет немало вопросов о балансе между Россией и Китаем в регионе», – заключает Пейруз.

Эксперты приходят к выводу: во многом ШОС способствует налаживанию экономических связей, а не установлению сотрудничеству по безопасности.

Вместе с тем, экономическое присутствие Китая пока не переросло в политическое, считают Пейруз и Ларюэль.

«Для Китая центрально-азиатский регион представляется достаточно сложным», – отмечают эксперты.

Возможно, по словам Пейруза, Китай усилит свое политическое влияние со следующим поколением правящих элит в странах региона. А пока Китай доволен тем, что многими вопросами безопасности в Центральной Азии занимается Россия.

«Но сильное экономическое влияние Китая, несомненно, когда-то перерастет в политическое», – уверенно резюмирует Марлен Ларюэль.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG