Линки доступности

«Перезагрузка» американо-российских отношений: мнение американских экспертов


Стивен Коэн, Дмитрий Саймс и Селест Уолландер

Стивен Коэн, Дмитрий Саймс и Селест Уолландер

В обсуждении перспектив «перезагрузки», состоявшейся в нью-йоркском Совете по международным отношениям, приняли участие Селест Уолландер – заместитель помощника министра обороны США по вопросам отношений с Россией, Украиной и Евразией – и двое видных американских кремленологов – профессор Нью-Йоркского университета Стивен Коэн и президент Никсоновского центра Дмитрий Саймс.

Тон дискуссии задал профессор Коэн, заявивший, что «перезагрузка» может обернуться провалом, так как США и Россия расходятся в оценках причин ухудшения двусторонних отношений, кульминацией которого стала «опосредованная война в Грузии» в августе прошлого года. По словам Стивена Коэна, в Вашингтоне преобладает мнение, согласно которому отношения между США и Россией ухудшились девять лет назад, когда к власти в Кремле пришел Владимир Путин. В Москве ситуацию оценивают иначе: здесь принято считать, что после распада СССР Соединенные Штаты игнорировали интересы Москвы и не выполняли своих обещаний. Более того, даже после объявления «перезагрузки» стороны связывают с этим процессом разные ожидания, считает профессор Коэн. Недавно вернувшийся из Москвы политолог констатировал, что многие в российской столице разочаровались в «перезагрузке», ибо не видят реальных изменений в американской внешней политике.

С выводами профессора Коэна в целом согласился и Дмитрий Саймс. «Тональность отношений значительно улучшилась, однако о реальном прогрессе в вопросах, вызывающих противоречия, говорить не приходится, – отметил президент Никсоновского центра, в начале октября побывавший в Москве одновременно с госсекретарем США Хиллари Клинтон. – Американская администрация хочет обсуждать Иран, соглашение о стратегических вооружениях и возможности экономического сотрудничества. Москва прежде всего хотела бы обсудить положение на постсоветском пространстве. Там хотели услышать, что подход к этому вопросу со стороны администрации Обамы будет фундаментально отличаться от подхода его предшественника. Однако ничего подобного они не услышали».

Оба политолога отметили, что администрация Обамы посылает России невнятные, а зачастую и противоречивые сигналы. Защищать политику американской администрации пришлось сотруднице Пентагона Селест Уолландер. «Перезагрузку» она охарактеризовала как «попытку положить конец колкостям и брани, отравившим американо-российские отношения в последнее время».

«Президент Обама был намерен «перезагрузить» атмосферу с тем, чтобы попытаться наладить сотрудничество по тем направлениям, где это возможно, и обсудить наши разногласия», – продолжила Селест Уолландер. По ее словам, последние 8 месяцев были «необыкновенно продуктивными» с точки зрения американо-российских отношений. Вот лишь некоторые достижения: соглашение о транзите американских военных грузов в Афганистан через российское воздушное пространство, достигнутое во время июльского саммита в Москве соглашение о военном сотрудничестве, предусматривающее проведение по меньшей мере 20 мероприятий с участием американских и российских военных, возобновление переговоров о сокращении стратегических наступательных вооружений, сотрудничество по проблемам, связанным с иранской ядерной программой, а также «обсуждение вопросов евразийской безопасности, не всегда привлекающие внимание СМИ».

Селест Уолландер признала, что именно с последними связаны наибольшие трудности, ибо речь идет, в частности, о ситуации на постсоветском пространстве, которое президент Медведев объявил зоной привилегированных интересов России. Во время недавнего турне по Восточной Европе вице-президент Джозеф Байден заявил, что США «не потерпят этого и не будут в этом участвовать». Он подчеркнул также, что ни у кого не должно быть «права вето, ограничивающего право любого государства – как в Европе, так и в любой части света – самостоятельно принимать решения о том, в каких союзах или организациях ему состоять».

По словам Селест Уолландер, вопрос в том, сумеет ли Россия отказаться от иллюзий и признать, что «советская эра прошла и «холодная война» закончилась». «Россия – полноправный член международного сообщества, – сказала она, – и она может рассчитывать на уважение своей независимости, суверенитета и территориальной целостности. Но те же самые принципы применимы и к соседям России. Соединенные Штаты ожидают от России соблюдения тех же правил, которые международное сообщество соблюдает по отношению к ней».

Однако Стивен Коэн не согласился с этим, отметив, что Соединенные Штаты и сами не всегда играют по правилам. Он напомнил, что в течение последних 20 лет США всячески способствовали продвижению НАТО на восток, что воспринимается Россией как угроза ее безопасности. «Представьте себе реакцию президента Обамы, если бы в один прекрасный день российские военные базы обнаружились в Канаде, в Мексике, на Кубе и в Венесуэле, – заявил профессор Коэн. – Президенту пришлось бы жестко отреагировать, иначе ему грозил бы импичмент».

По мнению политолога, решить проблему можно, прекратив расширение НАТО. Лишь после этого Москва и Вашингтон смогут найти возможность гарантировать суверенитет Грузии и Украины, считает Стивен Коэн. В этой связи он положительно отозвался о модели «финляндизации», которую американские политологи обычно отвергают. «Как бы мы ни смеялись над «финляндизацией», финский народ процветает, – подчеркнул он, – тогда как грузинский и украинский народы ничего не выиграли в результате безрассудной политики, проводимой с обеих сторон».

В ответ на это Селест Уолландер отметила, что сегодня Россия активно взаимодействует с НАТО. «Несмотря на выражаемое Россией беспокойство в связи с расширением НАТО, к чему мы относимся со всей серьезностью, российское правительство заинтересовано в обсуждении в рамках НАТО проблем европейской безопасности», – подчеркнула она.

В дискуссии приняли участие и другие эксперты. Директор нью-йоркского отделения российского Института демократии и сотрудничества Андраник Мигранян указал на противоречивые заявления со стороны представителей администрации США – и в частности, на выступления вице-президента Байдена в Грузии, а также в Украине и иных странах Восточной Европы. Кто в действительности определяет американскую внешнюю политику? – так сформулировал проблему российский аналитик. В ответ Селест Уолландер недвусмысленно заявила, что внешнюю политику США формирует президент Обама, исходя из национальных интересов США, включающих соблюдение суверенитета и независимости соседей России.

Однако, по мнению Дмитрия Саймса и Стивена Коэна, администрации США необходимо учесть реальное положение дел и определить, откуда исходит подлинная угроза национальной безопасности страны. По мнению обоих политологов, их источником является не Россия, но Афганистан и Иран. По словам профессора Коэна, и в Москве, и в Вашингтоне идет борьба за внешнеполитический курс.

В интервью Русской службе «Голоса Америки» Андраник Мигранян заявил, что «для всех здравомыслящих людей очевидно, что угрозы и вызовы американским интересам не исходят от России». «Российская сторона хотела бы получить от Вашингтона более ясные сигналы о том, что США готовы признать и учитывать российские интересы и озабоченности на постсоветском пространстве, – подчеркнул политолог. – Для России это жизненные интересы, а не факультативные. Относительно того, что Уолландер говорила о принципах уважения территориальной целостности и независимости: никто не ставит под сомнение ни территориальную целостность, ни суверенитет этих государств. У России было немало возможностей вмешаться во внутренние дела своих соседей, но Россия никогда этим не занималась. А что касается Южной Осетии и Абхазии, то эти проблемы возникли еще до распада Советского Союза. Они не были созданы новой Россией, и грузины должны винить в первую очередь самих себя».

Еще один участник дискуссии – директор Центра изучения стран с переходной экономикой при Колумбийском университете Падма Десаи – сказала в беседе с корреспондентом «Голоса Америки», что российскому руководству следует более четко определить свои интересы на постсоветском пространстве. «Если бы они открыто сказали, что они не возражают против того, чтобы Украина и Грузия стали государствами с открытой рыночной экономикой и либеральной политической системой, то это способствовало бы стабилизации и экономическому развитию, – отметила профессор Десаи. – То, что российское руководство не хочет превращения этих стран в военные форпосты НАТО, вполне понятно. Но я думаю, что вопрос об их вступлении в НАТО отложен навсегда».

В целом профессор Десаи относится к перспективам «перезагрузки» более оптимистично, чем ее коллеги, предупреждая, однако, что слишком быстрых результатов ожидать не следует. «Холодная война» длилась 50 лет, – отметила Падма Десаи, – и преодоление ее последствий – долгий и сложный процесс».

XS
SM
MD
LG