Линки доступности

Российскую сторону в «Поединке» представляет Федор Лукьянов – главный редактор журнала «Россия в глобальной политике», член президиума Совета по внешней и оборонной политике, американскую сторону – Дональд Дженсен, аналитик Центра трансатлантических отношений в Школе международных исследований имени Пола Нитце при Университете Джонса Хопкинса.

Взгляд из Москвы:
Повторит ли грузинская демократия украинский путь?



Взгляд из Вашингтона:
Kонец эпохи Саакашвили?



Повторит ли грузинская демократия украинский путь?

В Грузии неожиданно сменилась власть. Заканчивается один эксперимент – попытка радикальной перекройки национальной психологии методами жесткого принуждения к прогрессу. И начинается другой – способна ли грузинская государственность эффективно развиваться в условиях подлинного плюрализма и демократии? Либо она повторит путь Украины, которая после «оранжевой революции» успешно дискредитировала демократические идеи, явив пример неограниченной и безответственности и полного непрофессионализма?

За 9 лет у власти Михаил Саакашвили и его соратники пытались превратить Грузию в «страну будущего» авторитарными способами, невзирая на любые социальные и гуманитарные издержки. Кое-что удалось, однако общий курс население убедительно отвергло, что и показали результаты выборов.

Бидзина Иванишвили аккумулировал все накопившееся в Грузии недовольство властью, он объединил самые разные силы и сумел удержать их до выборов. Теперь задача усложняется – исчезновение главного врага ставит под сомнение единство коалиции. Парламентская работа станет намного менее предсказуемой и более запутанной. Тем более что с нового года парламент выбирает премьер-министра, которому переходит большая часть нынешних президентских полномочий.

Пока непонятно, что собираются делать Иванишвили и его команда. Демонтаж полицейского государства, которое было построено в Грузии за последние 9 лет, обещает больше свободы и плюрализма, но грозит исчезновением тех преимуществ, которые связаны с жестким контролем. А именно – исправно функционирующего госаппарата, которым Грузия не могла похвастаться никогда, даже в советское время. Удастся ли сохранить это достижение эпохи Саакашвили, устранив авторитарное правление, – ключевой вопрос.
Власти утверждали, что Иванишвили – российский проект. Доказательств тому никогда не приводилось и не приводится. Он обещает наладить отношения с Россией, и, конечно, шансы на это у него выше, чем у кого-либо из окружения Саакашвили. Да и Москва выразила сдержанное одобрение этим намерениям. Однако, тех, кто голосовал за «Грузинскую мечту» по этим соображениям, может ждать разочарование.

У главного вопроса, который стоит на пути развития российско-грузинских отношений (статус Абхазии и Южной Осетии), нет решения, отсутствует пространство для компромисса. Никакой глава Грузии не сможет признать независимость этих двух территорий, не рискуя быть сметенным всплеском национализма. Россия тоже не может отказаться от признания независимости без потери лица и доверия к себе как к великой державе. Так что любое размораживание возможно только на основе неофициального признания статус-кво.

В остальном сдвиги к лучшему возможны, если Грузия проявит инициативу. С российской стороны инициатива исходить не будет, Грузия не представляется сейчас в России объектом интереса. После признания Абхазии и Южной Осетии Москве от Тбилиси, по сути, ничего не надо. Новое грузинское руководство может, конечно, объявить о желании восстановить дипломатические отношения, и встретить позитивный ответ. В этом случае возможно облегчение гуманитарных контактов, если не отмена виз (это маловероятно), то хотя бы возобновление их выдачи. Наконец, не исключено, что России, наконец-то, начнет снимать эмбарго с поставок вина и минеральной воды из Грузии. Прежней доли рынка грузинские производители не получат, но частично – вероятно.

Это максимум. Да и то, Тбилиси придется предпринимать активные меры, чтобы заинтересовать Москву. Катализатором мог бы стать официальный отказ от намерения вступать в НАТО, как это сделала Украина после избрания президентом Виктора Януковича, но в грузинском случае это маловероятно. Ведь там, в отличие от Украины, идея членства поддерживается большинством.
Грузию ждут трудные времена, но это не умаляет значения того, что произошло. На постсоветском пространстве мало стран, где власть переходила бы мирным путем в результате демократических выборов, без потрясений и заранее объявленного преемника. Так происходило в Молдове несколько раз, в Украине – в 1994 и 2010-м, в Кыргызстане в 2011-м. Если Грузия станет четвертой такой страной, это – главное достижение Михаила Саакашвили, что бы он ни делал раньше.

Kонец эпохи Саакашвили?

2 октября президент Грузии Михаил Саакашвили признал, что его партия «Единое национальное движение» неожиданно проиграла выборы, а право стать новым премьер-министром страны получил миллиардер и филантроп Бидзина Иванишвили, чья оппозиционная коалиция получила большинство мест в парламенте. Выборы, которые приветствовали Вашингтон и Брюссель, стали триумфом демократии в Грузии, где конституционной передачи власти не было со времен распада Советского Союза (ОБСЕ назвала выборы конкурентными и признала, что в течение всей избирательной кампании в стране соблюдалась свобода слова и собраний).

Результаты голосования, вероятно, повлекут за собой отклонение от взятого Грузией прозападного курса, а также политическую нестабильность в течение последнего года президентства Саакашвили. Он останется на посту главы государства до октября следующего года, однако в соответствии с принятыми по его собственной инициативе изменениями в конституции, полномочия президента будут существенно сокращены. В соответствии с новым законодательством, парламент назначит новый кабинет и премьер-министра (которым, без сомнения, станет Иванишвили), и именно они будут отвечать за внешнюю и внутреннюю политику. Президент сохранит полномочия верховного главнокомандующего и арбитра в спорах между разными ветвями правительства.

Иванишвили, сколотивший свое состояние в течение последних 20 лет (в сотрудничестве с влиятельными российскими олигархами) – возглавляет пеструю по составу коалицию. Туда входят несколько либеральных реформаторов, возмущенных злоупотреблениями режима Саакашвили, а также настроенные против нацменьшинств националисты, которые могут попытаться нивелировать не устоявшиеся еще демократические достижения Грузии. Более того, пока неясно, удастся ли Иванишвили избежать вмешательства интересов крупного бизнеса в государственные дела, даже если он того захочет. На этой неделе в ходе своего достаточно путаного и подчас противоречивого выступления на пресс-конференции Иванишвили четыре раза повторил одну и ту же мысль и пространно рассуждал о том, как он планирует добиться наказания для судьи, который, по его мнению, принимал несправедливые решения против оппозиции. Хотя Саакашвили выразил готовность сотрудничать с победившей партией в течение переходного периода, Иванишвили призвал президента подать в отставку, а затем, столкнувшись с возмущением международного сообщества, изменил свою позицию.

Внешняя политика Иванишвили, если он говорил всерьез, представляется нереалистичной и наивной. «Грузия не может быть большим геополитическим игроком. Она должна оставаться региональным игроком», – заявил он. Политик отказался от критики в адрес российского президента Владимира Путина, инициировавшего интервенцию в Грузию в 2008 году и сделавшего свержение Саакашвили одним из приоритетов Кремля. Иванишвили на этой неделе пообещал «сделать все возможное, чтобы наладить отношения с Россией». Однако он также заявил, что намерен продолжить усилия Саакашвили по вступлению в НАТО и Евросоюз, против чего Москва по-прежнему возражает. И хотя отравленные конфликтом отношения между двумя странами, вероятно, улучшатся, и Грузия сможет вновь поставлять на российский рынок свои вина, минеральные воды и сельскохозяйственную продукцию, скорое восстановление дипломатических отношений маловероятно. Стороны, безусловно, попытаются более конструктивно работать над разрешением своих разногласий по поводу Южной Осетии и Абхазии, которые Россия признала независимыми республиками и где по-прежнему присутствуют ее войска. В этом направлении скорого прогресса ждать не стоит, поскольку настрой грузинской общественности будет ограничивать свободу действий Иванишвили.

Тем временем в Москве премьер-министр Дмитрий Медведев приветствовал победу оппозиции, заявив, что это приведет в парламент «более конструктивные силы». Такие слова весьма странно звучат из уст лидера режима, который всеми силами пытается не допустить подобные силы в Думу. У Кремля есть веские причины для радости. Косвенные данные о карьере и бизнесе Иванишвили свидетельствуют о тесных связях с Москвой, вследствие чего он, по всей видимости, будет подвержен ее влиянию. «Я бы даже сказал, что у него [Иванишвили] русский менталитет», – отметил на этой неделе глава Союза грузин в России. Все это позволяет предположить, что Кремль постарается использовать свое влияние на Иванишвили, чтобы притормозить консолидацию грузинской демократии.

Саакашвили же, которому осталось провести еще год на посту президента, вряд ли покинет политическую сцену тихо, несмотря на его обещания сотрудничать. Противостояние между президентом и парламентом может начаться уже в ближайшее время. Иванишвили на этой неделе спросили, попытается ли парламент объявить импичмент президенту. Ключевую роль может сыграть действующий премьер-министр Вано Мерабишвили, которого Саакашвили назначил всего несколько недель назад. Очевидно одно – судя по всему, на этом закончится волна «цветных революций», прошедших десять лет назад в Грузии и соседней Украине, и выдохшихся из-за ошибок лидеров, общественного недовольства, активного сопротивления России и неспособности общества договориться о том, как справляться с самыми трудноразрешимыми проблемами.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG