Линки доступности

Народные песни, фольклор – зеркало общества. Кавказская эстрада или, как ее порой называют, песни с кавказским акцентом, в особенности молодежные хиты, показывают, о чем мечтают юные кавказцы, чем они живут и к чему стремятся. Неизвестные энтузиасты создают видео клипы из любимых песен и выкладывают их на сайте YouTube. Эти-то фотоснимки и видеозаписи рассказывают о Кавказе больше, чем целые библиотеки.

Чечня

«Ля Иллаха ИллАллах! Я умру за тебя, мусульманская моя Чечня!» – примерно так поется в одной из самых популярных песен на чеченском языке. В дни второй чеченской ее считали своей и те чеченцы, кто воевал на российской стороне, и те, кто воевал против России. Некоторые окрестили ее «ваххабитским гимном». Cегодня эту песню поют уже не в окопах, а с эстрады, и это – одна из любимых песен Рамзана Кадырова. Чеченский лидер аплодирует стоя и подпевает, когда на чеченском языке поют популярные российские певцы – Николай Басков, Юлиан и другие.

При Дудаеве в Чечне пели о свободе и великой истории. Барды были героями чеченских войн – наравне с полевыми командирами. Голос Тимура Муцураева: хриплый, мужественный и проникновенный – звал на подвиги во имя Аллаха и матери-Чечни. Свои песни Муцураев сочинял и пел по-русски.

За апокалиптические песни Тимура Муцураева прозвали «певцом джихада». «Хвала рожденным для войны сердцам! Безумный мир обреченный покроется тьмой. Станет местом жестоких сражений святыня». Песни Муцураева были официально запрещены как экстремистские, а сам певец эмигрировал в Азербайджан.

А для многих на родине бард стал симоволом свободолюбия и самопожертвования. Под его песни плакали и смеялись, убивали и умирали – как это ни пародоксально – и чеченские, и российские бойцы. Российские ветераны чеченских кампаний на своих форумах и сегодня обмениваются песнями Муцураева – некогда запрещенными.

Теперь певец джихада уже не поет. Он вернулся в Чечню по приглашению Рамзана Кадырова и редко появляется на публике. А когда-то запрещенные «12 тысяч моджахедов, 12 тысяч смелых душ, отмеченных печатью неба и крепостью священных уз» доносятся из динамиков на базарах и развалах – от Грозного до Пятигорска.

Судьба суперпопулярной чеченской певицы Миланы Балаевой, исчезнувшей после покушения, так и осталась тайной. Как, впрочем, и мотивы нападения.

Согласно официальной версии, летом 2007 года Милана Балаева была застрелена в своем доме вместе с матерью. Было объявлено, что обе женщины погибли. Мать – сразу, а Милана – умерла в больнице. Однако на местном кладбище есть только одна могила – матери. Российские СМИ сообщили, что из больницы тяжело раненную девушку забрали под конвоем спецбатальона «Восток». Сообщили и о другой немаловажной детали: певица была неофициальной женой младшего из братьев Ямадаевых – Баудина. Народные версии случившегося не отличаются разнообразием: на форумах писали, что Милана Балаева поплатилась за то, что отвергла ухаживания Рамзана Кадырова.

Рамзан Кадыров чаще других лидеров северокавказских республик поет и танцует на публике. Шоу-бизнес сделался для него частью имиджа «народного президента». По-русски в сегодняшней Чечне почти не поют. Темы также не отличаются разнообразием: во многих песнях воспеваются Рамзан Кадыров и «чеченство». На втором месте – песни об исламе. Конечно, больше всего песен – о любви. Их теперь тоже нередко посвящают чеченскому лидеру.

Новые звезды, красивые девушки так часто появляются и исчезают, что их имена быстро забываются.

Дагестан

Местная эстрада в этой самой восточной республике Северного Кавказа во многом остается зеркалом российской поп-культуры. В Дагестане много поют на русском языке, что вполне логично, учитывая этническое (и языковое) разнообразие республики. Популярнее всего здесь песни о любви. Патриотические песни чаще всего пишут по госзаказу, и получаются они очень похожими на песни советских времен – лишь окрашеные в тона дагестанского фольклора.

Поют и на местных языках. Одна из самых популярных песен – «Имам Шамиль» – на аварском языке.

Однако из окон машин на улицах городов и сел Дагестана слышатся нашиды и маулиды – песни об исламе на национальных языках. А также суры Корана на арабском. Духовное управление мусульман Дагестана (ДУМ) играет не последнюю роль в формировании музыкальных вкусов молодежи. ДУМ спонсирует и популяризирует мусульманские песни. Как и в Чечне, в Дагестане и Ингушетии очень строго следят за внешним видом певиц. Общественное мнение порицает декольте, мини или брюки – поэтому девушки на сцене чаще всего появляются в национальных платьях и платках. Многие поют в хиджабах. Лишь некоторые все еще рискуют выходить на публику без головного убора, но в длинных платьях.

Ингушетия

Ингушетия еще несколько лет назад задавала тон чуть-ли не всей кавказской эстраде. Знаменитая группа «Лица кавказской национальности» давала концерты с аншлагом в Москве. Пели «ЛКН» о национальной гордости ингушей – задорно и остроумно.

Сегодня молодые певцы все чаще поют на родном языке. В Ингушетии слушают и западные и российские шлягеры. Новый кавказский феномен – политический рэп. Речитативы о драматической судьбе ингушей и Ингушетии находят в сердцах молодежи более глубокий отклик, нежели российская поп-музыка.

Северная Осетия

Осетинскую эстраду принято считать самой скромной с точки зрения общекавказской популярности. Осетинский шоу-бизнес не дал Кавказу громких имен или супер-шлягеров. Здесь не было бума героических или патриотических песен, как в Чечне или Ингушетии. И хотя немало осетин исповедуют ислам, религиозные песни не приобрели в Осетии такой популярности, как в Дагестане. И поют здесь чаще всего лирические песни, причем по-русски. Свои нациольные чувства осетинская молодежь, как и в соседней Ингушетии, выражает посредством рэпа.

Северозападный Кавказ

Западный Кавказ стал родиной супер-шлягеров, покоривших весь Кавказ. Их любят все – независимо от этнической принадлежности, места проживания и политических убеждений.

Карачаевец Динислам Дудов из Кисловодска спел в начале 2000-х песню «Кавказ един» – первый рэп-шлягер, положивший начало кавказскому рэпу. «Кавказ един» – политический манифест, протест против насилия и призыв к свободе – уже к концу 2000-х стал неофициальным гимном Кавказа и остается хитом по сей день.

В лирической песне «Черные глаза» – ее поет черкесский юноша из Майкопа Айдамир Мугу – нет, строго говоря, никакой «политики». Тем не менее именно «Черные глаза» неожиданно стали гимном «кавказскости» для молодых. Под эту песню демонстративно танцуют на улицах городов России. Именно она стала паролем для узнавания «своих» даже в зарубежной диаспоре. Под нее юные кавказцы ведут уличные битвы с футбольными фанатами. Таков ответ молодежи на этническую сегрегацию.

Важная особенность северо-западного Кавказа – двунациональные республики. Волей Иосифа Сталина местные народы были разделены и снова соединены – только не по этническому родству, а по административному. Тюркоязычные карачаевцы и балкарцы оказались в двух разных республиках. А черкесы – адыгейцы, кабардинцы и шапсуги – в пяти. Но и черкесы, и карачаево-балкарцы по-прежнему считают себя едиными народами.

Сказывается это обстоятельство и на музыкальных течениях. Карачаево-балкарская эстрада – это чаще всего песни о национальной гордости на родном языке. «Таулу» – национализм – самая распространенная тема в песнях балкарцев и карачаевцев.

Черкесская популярная музыка – зеркало политических процессов, происходящих в черкесском мире. Молодые звезды черкесской эстрады поют о драме изгнанного народа, о предках-героях, о чести и достоинстве черкеса. Как и в Осетии, религиозные песни среди черкесских хитов отсутствуют. Господствует же в них национальный мотив.

  • 16x9 Image

    Фатима Тлисовa

    В журналистике с 1995 года. До прихода на «Голос Америки» в 2010 году работала собкором по Северному Кавказу в агентстве «Ассошиэйтед пресс», в «Общей газете» и в «Новой газете». С января 2016 г. работает в составе команды отдела Extremism Watch Desk "Голоса Америки"

XS
SM
MD
LG