Линки доступности

Джозеф Байден подвел итоги своего европейского турне

  • Алекс Кэмпбелл

Последним пунктом дипломатического турне вице-президента Джозефа Байдена по государствам Центральной и Восточной Европы стала Чехия. Перед тем, как покинуть Прагу, он дал эксклюзивное интервью корреспондентам «Радио Свободы» Брайану Уитмору и Абубакару Сиддики, в котором рассказал об основных темах, затронутых в ходе его переговоров с руководством Польши, Румынии и Чехии.
Отвечая на вопрос, удалось ли ему снять опасения региональных союзников по поводу того, что «перезагрузка» отношений США с Россией может произойти за их счет, вице-президент Джозеф Байден отметил:

«Полагаю, я внес ясность в этот вопрос. Вполне понятно, что для людей моего поколения (половина моей карьеры, моя молодость пришлась на времена Холодной войны, а вторая половина моей жизни в политике – на новую реальность) – понятно, что находясь в одной из центрально-европейских, восточноевропейских столиц, и видя те невероятные, глобальные, всемирные обязательства, которые возложены на США, вы не можете не задуматься: «Погодите-ка, а как они могут уделять внимание Корейскому полуострову, при этом держать в фокусе Китай, Индию, Пакистан, Иран, да еще и нас не забывать?» Моя позиция проста: именно поэтому мы и должны максимально активно участвовать в европейских делах. Ведь ради того, чтобы исполнить наши глобальные обязательства, нам необходима безопасная, единая, свободная Европа, которая расширяет свое влияние.

Именно об этом я говорил в моей речи в Мюнхене, и мои слова услышали в Москве. Да, мы хотим создать кнопку перезагрузки. Но мы не нажимали кнопку, стирающую всё, в том числе и память. Мы совершенно ясно дали это понять. Я разъяснил, что есть два принципа, которыми нельзя поступаться. Во-первых, мы не потерпим никаких сфер влияния и не будем в этом участвовать, и, во-вторых – никто не имеет права вето на возможность любого государства в любой части Европы, и кстати, в любой части мира, принимать собственные решения о том, в каких альянсах и союзах ему состоять. Речь идет о процессе, понятно, что сейчас все находится в движении, пришла новая администрация, и я надеюсь, что наши заверения приняты во внимание и становятся данностью».

Продолжая российскую тему, вице-президент Байден так ответил на вопрос интервьюеров, не вызывает ли у Администрации США озабоченность по поводу того, что Москва может использовать свое растущее финансовое могущество для скупки стратегических активов в Восточной Европе в целях оказания политического влияния на страны региона:

«Нет. Мы не рассматриваем наши отношения с Россией как игру, в которой выигрыш одной стороны возможен лишь за счет проигрыша другой. Дело в том, что всем странам Европы – на востоке ли, в центре или на западе континента – приходится иметь дело с общей реальностью: если уж нельзя быть полностью энергетически независимым, то и абсолютная зависимость от одного источника – тоже не выход. Для любой страны ненормально, если все поставки идут из одного источника. В Соединенных Штатах мы уже давно запретили монополии, и поэтому считаем, что конкуренция отвечает интересам всех; думаю, что и интересам России тоже.

Именно поэтому, на мой взгляд, Чехия, например, активно призывает Европейский Союз приступить к поиску альтернативных путей поставок энергоносителей из стран Центральной Азии. В том, что касается газа и нефти, существуют различные возможности. Поэтому мы также ведем работы в направлении развития альтернативных и возобновляемых источников энергии. За 37 лет моего пребывания на государственной службе, я убедился в беспочвенности опасений по поводу того, что какая-то одна страна способна скупить стратегические активы другой. Наш мир слишком взаимосвязан, слишком интегрирован и сложен, чтобы этого добиться. Однако диверсификация в энергетической сфере отвечает интересам европейцев, она в наших интересах и, полагаю, в российских интересах тоже».

Затем вице-президент Байден ответил еще на ряд вопросов, касающихся ситуации в Афганистане, Пакистане, коснулся он и вопроса о так называемых замороженных конфликтах на постсоветском пространстве. Он подчеркнул, что прогресс в их урегулировании возможен:

«Россия, как и США и другие страны, вынуждена реагировать на перемены, которые объективно происходят в мире. Мы подошли к одному из таких переломных моментов в истории, и России предстоит определиться, какой будет её новая сущность, её новая роль. Мы считаем Россию могущественной державой, влиятельным игроком, от которого зависят позитивные перемены.

Но сегодня Россия, так же как и мы все, переживает трудные времена в экономике, решает проблемы развития своей политической системы… Я бы сказал так: я смотрю на Россию реалистично, без предубеждений. И я ожидаю, что в ближайшее десятилетие Россия придет к выводу, что большая интеграция лучше отвечает ее интересам, чем некий другой курс, о котором там подумывают некоторые. Так что мы должны просто продолжать диалог.

Но есть некоторые вопросы, в которых мы на компромисс не пойдем. Это концепция сферы интересов и концепция права на вето. Однако времена меняются, и, как говорит наш президент, продолжая вести разговор, мы должны при этом быть реалистами. И я по-прежнему убежден, что надежд сегодня больше, чем угроз».

XS
SM
MD
LG