Линки доступности

Об Артеме Савельеве, известном в Америке как Джастин Хансен, которого усыновила гражданка США, а затем отправила обратно в Россию на самолете одного с запиской об отказе от усыновления, после возвращения на родину ходили разные слухи. Вплоть до того, что его вернули в детский дом приморского города Партизанска (Дальний Восток), откуда и начиналась американская эпопея мальчика. Правда, уполномоченный по правам ребенка в РФ Павел Астахов недавно опроверг эту новость и сообщил, что Артем находится в патронатном центре Москвы. Адреса он из «конспиративных» соображений, понятно, не назвал.

Как нам удалось выяснить самостоятельно, поселили Савельева-Хансена в «образцовом» детском доме №19, расположенном на Спартаковской площади, неподалеку от Казанского вокзала. В этот дом иногда пускают телевизионные съемочные площадки, чтобы показать условия, в которых живут дети. Условия, что и говорить, относительно других подобных заведений здесь комфортные. Тут сделано многое, чтобы ребята чувствовали себя, как дома. С известной, конечно, поправкой на обстоятельства.

Судьба Артема-Джастина благодаря СМИ стала небезразличной для огромного количества добросердечных людей. Его история вызвала серьезный общественный резонанс как в России, так и в Америке. На время Российская Федерация даже приостановила усыновление сирот американскими гражданами, пока между странами не был подписан международный договор об усыновлении, в котором четко прописали условия усыновления, ответственность и обязательства приемных семей.

Нам захотелось узнать, как же чувствует себя сейчас мальчик, как адаптируется к новой жизни, и какие у него планы на ближайшее будущее. Вполне естественное желание. Но осуществить его не удалось (надеемся, что пока). На нашем пути возникли непреодолимые на сегодня препятствия.

Причем мы были согласны на то, чтобы не беспокоить лишний раз самого ребенка и просто пообщаться с воспитателями или руководителями патронатного центра. Нам отказали и в этом. Такие правила игры придумали взрослые дяди, руководствующиеся, казалось бы, самыми благими намерениями – защитить права мальчика на частную жизнь.

Вот путь, который мы проделали, двигаясь в тупик. Сначала, предположив, где может находиться Артем, позвонили специалисту по связям с общественностью учреждения Алексею Шныкину. Тот вначале заявил, что Савельева в их патронатном центре нет, но потом перезвонил и сказал, что он напутал – Артем все-таки их подопечный. Однако по остальным вопросам предложил связываться с департаментом семейной и молодежной политики Москвы. Таков, дескать, порядок. Хорошо, правда, тогда непонятна роль специалиста по связям с общественностью – переадресовывать всех дальше?

В столичном департаменте, вместо того чтобы разрешить пустяковый вопрос – помочь журналистам осуществить их миссию, нас попросили прислать на имя начальника ведомства Людмилы Гусевой официальный запрос по факсу с изложением сути просьбы. Действительно, как же без факса-то? Мы его отправили из Вашингтона. Прошла почти неделя, а воз и ныне там.

Раздобыв мобильный телефон директора детского дома, мы пообщались с ним напрямую, решив попробовать ускорить процесс. Бесполезно. «Я не могу нарушать установленный порядок», – заявил он.

Мы обратились к пресс-секретарю Павла Астахова Анне Орловой. Она нас мало вдохновила, сообщив, что и им с большим трудом удалось добиться встречи с Артемом. «Он вне зоны доступа прессы, – подтвердила Анна Орлова. – А директор без отмашки руководства департамента даже никаких интервью не дает».

Как выяснилось, в таком затруднительном положении находимся не только мы, а и все остальные средства массовой информации – читай: общественность. Журналистка из «Московского комсомольца» Ирина Фенякина, которая занимается темой сиротства с добрый десяток лет, считает, что с одной стороны, это правильно: «Иначе психологическая реабилитация ребенка может затянуться». Но с другой стороны говорит: «Никаким органам опеки доверять на слово нельзя. Мы через директора детдома получили заверения, что у Артема все замечательно. Однако, не видя ребенка вживую, трудно подтвердить, насколько это так».

По сведениям Ирины Фенякиной, мальчика была готова усыновить семья из российских дипломатических кругов. Но это все опять же на уровне домыслов. Павел Астахов утверждал, что три семьи уже предлагали Артему гостевое нахождение, но тот своего согласия не дал. «Ему там (в детском доме – В.В.) нравится: во-первых, он теперь знаменитость, во-вторых, у него там друзья, все его любят», – говорит детский омбудсмен.

Психолог и педагог Екатерина Рогова считает, что не стоит торопить события и навязывать ребенку очередную семью. «Надо подождать, пока он сам не придет к желанию жить под одной крышей с взрослыми. Процесс деликатный, его нельзя упрощать», – убеждена она. А вот то, что перед представителям общественности возводят столь жесткие препятствия по доступу в российские детские дома, Екатерина Рогова считает абсолютно неправильным. По ее мнению, при таком положении дел под прикрытием патроната может твориться и скрываться, в принципе, все что угодно.

В минувшую пятницу в канцелярии департамента семейной и молодежной политики Москвы нам сообщили, что скоро наш факс будет «расписан» конкретному исполнителю. То есть мы не теряем надежду узнать что-либо конкретное об Артеме.

О событиях в России читайте здесь

XS
SM
MD
LG