Линки доступности

20 лет ГКЧП: переворот обманутых надежд?

  • Виктор Васильев

Подбитый танк, Москва, август 1991г.

Подбитый танк, Москва, август 1991г.

Воспоминания и оценки событий августа 1991 года

События августа 1991 года сегодня, 20 лет спустя, по прежнему вызывают острые дискуссии в России и за ее пределами. Очевидцы происходившее оценивают по-разному. Русская служба «Голоса Америки» обратилась к видным общественным деятелям того времени с просьбой поделиться воспоминаниями и оценкой августовских событий.

Вопрос выбора

Давлат Худоназаров – кинорежиссер, бывший председатель Союза кинематографистов:

«Я был тогда в Таджикистане, и по радио узнал, что случилось в Москве, – вспоминает он. – Буквально на другой день с утра отправился в аэропорт с тем, чтобы вернуться в столицу. В аэропорту мне стали чинить барьеры, потому что они (руководство республики) знали, каких я убеждений. Несмотря на то, что я был членом ЦК КПСС и депутатом, мне с трудом удалось сесть в самолет. Естественно, я не знал, куда возвращаюсь и какова ситуация в Москве. Так получилось, что я сидел вместе с первым секретарем ЦК компартии Таджикистана (Кахаром Махкамовым). Но поскольку я постоянно затрагивал тему путча, он ушел от меня. Так и провел весь полет в кабине летчиков».

Когда Худоназаров вернулся в Москву, то сразу отправился в офис председателя Союза кинематографистов и включился в общее сопротивление действиям ГКЧП.

Елена Лукьянова – член Общественной палаты РФ, профессор кафедры конституционного и муниципального права юридического факультета МГУ имени Ломоносова, доктор юридических наук. Она – дочь председателя Верховного Совета СССР Анатолия Лукьянова, который в августе 1991-го был арестован по делу ГКЧП.

«Я считаю себя профессионалом в вопросах власти и федерализма. Так вот, все происходившее в течение двух лет, предшествующих этой дате, говорило: рано или поздно что-то случится. В ту или иную сторону. Тем не менее, такого развития событий не предполагал никто. Я имею в виду, что не ГКЧП, а предательство президента страны и руководителя партии Горбачева – тотальное, подлое, с огромным количеством лжи».

По мнению Лукьяновой, то, что люди не вышли по призыву ГКЧП защищать райкомы партии, было вызвано оторопью от такого предательства.

Владимир Мукомель – заведующий сектором изучения ксенофобии и предупреждения экстремизма Института социологии РАН

«Разумеется, мы все был на стороне противников путча».

Избежать гражданской войны

Бывший первый президент СССР Михаил Горбачев убежден, что это его предали бывшие товарищи по партии. Но главное, чем он был озабочен – «не довести дело до большой крови».

«В напичканной ядерным оружием стране могла возникнуть гражданская война», – заявил 17 августа Горбачев на пресс-конференции в «Интерфаксе».

Давлат Худоназаров полагает, что опасность гражданской войны на территории бывшего Советского союза есть всегда.

«Потому что по большому счету страна не вышла еще из той гражданской войны (после революции 1917 года). Если бы Горбачев и после путча по-другому себя повел, гражданская война тоже могла бы вспыхнуть. Так что это был опасный момент в истории России», – констатирует он.

Елена Лукьянова, наоборот, уверена, что абсолютно никакой опасности гражданской войны не было, как не было и «реальных экономических и прочих предпосылок к разрушению СССР».

«Это уже миф, созданный в последнее 20-летие, – добавляет Лукьянова. – Переворот был совершен не теми, кому его приписывают, а совершенно другими людьми. Об этом сегодня очень много написано, например, в воспоминаниях Явлинского, Попова, когда они откровенно говорят, что были готовы сценарии. Все это задокументировано, и сценариев этих было много».

Мукомоль также не увидел исходящей от ГКЧП угрозы гражданской войны.

«От пресс-конференции ГКЧпистов у меня сложилось впечатление определенного фарса. Хотя все понимали серьезность положения, но чувствовалось некоторая несерьезность этого органа», – резюмирует он.

За что боролись?

Согласно последним опросам Всероссийского центра изучения общественного мнения, сегодня победой демократической революции над тотальной коммунистической системой те события называют только 9 процентов из числа опрошенных. Среди бывших защитников Белого Дома заметно разочарование от того, чем все обернулось.

С точки зрения Давлата Худоназарова , у ГКЧП не было никакой позитивной программы.
«Они бы завели страну в полный тупик. Если и были попытки сохранить Советский Союз и демократизировать его, то только у Горбачева и его ближайшего окружения», – замечает Худоназаров.

В то же время, по его мнению, защитники Белого дома получили совсем не то, за что боролись.

«Мое поколение “шестидесятников” было романтиками и воспитывались на ценностях Великой французской революции. Для нас категории справедливости и равенства многое значили. Ни справедливости, ни равенства мы сегодня не видим. Поэтому это (сегодняшние реалии) далеко от нашего идеала. Но то, что предлагали ГКЧПисты, было еще хуже, в этом я не сомневаюсь», – подчеркивает он.

Елена Лукьянова настаивает, что все защитники Белого Дома оказались обманутыми.

«Думаю, что большинство из них сегодня понимают, что их просто использовали. Многие очень стесняются врученных им медалек (за защиту Белого Дома). У меня пальцев на руках не хватит перечислить имена людей, которые этого стыдятся», – уверяет Лукьянова.

Владимир Мукомель также думает, что ожидания защитников Белого Дома спустя 20 лет не оправдались.

«Все, что они защищали или большая часть этого, если не утрачено, то существенно деформировано: свобода слова и собраний, свобода предпринимательства, частная собственность. Их намерения были нацелены на формирование такой страны, в которой человеку было бы удобно жить и работать. К сожалению, сегодня мы видим, что все социально-политические институты деформированы», – подчеркивает Мукомель.

XS
SM
MD
LG