Линки доступности

Галина Кожевникова против неонацизма – опыт, память, уроки


Галина Кожевникова

Галина Кожевникова

Памяти российской правозащитницы

На минувшей неделе ушла из жизни Галина Кожевникова. Должность: заместитель директора московского Центра СОВА. Сфера деятельности: мониторинг этнической и религиозной нетерпимости. Возраст: тридцать шесть лет.
Галина Кожевникова была частым собеседником Русской службы «Голоса Америки».

Собеседником острым, нелицеприятным, бескомпромиссным в суждениях. Не склонным сглаживать острые углы.

Сегодня о ней вспоминают другие собеседники Русской службы.

«Она была для меня образцом подвижничества. Подвижничества и добросовестности. То, что она делала, не было, так сказать, крикливым участием в теме, – рассказывает руководитель московского Фонда «Холокост» писательница Алла Гербер. – Во всех ее выступлениях была глубина, основательность, объективность…. Меня всегда поражала ее сдержанность и вместе с тем ее эмоциональность».

«Она была настоящим исследователем, – вспоминает старший научный сотрудник программы российских и евроазиатских исследований при вашингтонском Университете Джонса Хопкинса Марлен Ларуэль. – Подлинным ученым. И по-настоящему отважным человеком».

На исследование современного ультранационализма – в том числе и российского – и в самом деле отваживаются немногие. И все же Галина Кожевникова не была, разумеется, единственной. В чем же заключалось ее своеобразие?

«В первую очередь – она изучала регионы, а не только Москву и Петербург, как большинство экспертов, – подчеркивает Марлен Ларуэль. – Поэтому ей лучше всего и удавалось проследить связь между ростом радикального национализма и государственной политикой».

«Тщательность и педантизм – вот ее отличительные черты, – продолжает профессор Джорджтаунского университета Марджори Мандельштам-Белзер. – Ведь ложные обвинения в подобных случаях небезопасны. Она была высококвалифицированным историком-архивистом и неизменно стремилась к взвешенности и объективности.

Потому-то ее анализ ситуации после Кондопоги – а теперь и после Манежа – и оказался столь убедительным».

Что же вдохновляло Галину Кожевникову? «Она глубоко верила в ценность каждой человеческой жизни, – так отвечает на этот вопрос Марлен Ларуэль, – и хотела, чтобы Россия была страной, где каждый может жить в мире и безопасности».

В мире и безопасности? Конечно. Но речь шла и о большем. «Она надеялась, что Россия сумеет полностью реализовать свой потенциал, – убеждена старший аналитик Комиссии США по международной религиозной свободе Кэтрин Косман. – Ибо глубоко верила в то, что религиозное и этническое разнообразие – это источник могущества России, а вовсе не ее слабость (как, увы, полагают многие в руководстве Российской Федерации, да и в российском обществе)».

Итак, позиции обозначены. За кем же инициатива – после декабрьских событий на Манежной?

«Кое-кто расценил случившееся как тревожный сигнал, свидетельствующий о необходимости переосмыслить национальную политику российского руководства, – констатирует Кэтрин Косман. – Увы, непохоже, чтобы такая переоценка действительно имела место. Непохоже, к примеру, чтобы намечались какие-то перемены в вопросе о прописке или в миграционной политике в целом. Непохоже, наконец, чтобы все эти проблемы решались систематически, – а ведь это очень важно для страны хотя бы потому, что среди этнических русских продолжает падать рождаемость. Вследствие чего все большую часть населения России составляют нерусские – представители самых различных национальностей и приверженцы разных религий».

… Президентские выборы тем временем приближаются. И в этом контексте…

«Во время предвыборных кампаний обычно активизируются популисты, и Россия едва ли станет исключением, – отмечает Кэтрин Косман. – Более чем вероятно, что российские политики решат сыграть на чувствах русского большинства. Я очень надеюсь на то, что радикальное переосмысление российской политики в национальном вопросе все-таки произойдет. Но, увы, я сильно в этом сомневаюсь. А до тех пор, пока такое переосмысление не станет реальностью, результат будет один: уменьшение внимания к законным интересам и потребностям этнических и религиозных меньшинств России. И, конечно, к потребностям мигрантов».

А интересы русских – большинства населения страны? «Невнимание к русскому вопросу и сведение русского национализма к погромному антисемитизму – свидетельство безответственности статусных либералов, – считает историк и публицист Ирина Павлова, – ведь среди националистов есть и другие группы, другие силы. Совсем другие идеи и настроения…»

«Я с этим полностью согласна, – подчеркивает Кэтрин Косман. – Чтобы объективно разобраться в любой проблеме, необходимо принять во внимание весь спектр мнений и подходов. А также, разумеется – разнообразие действий и поступков… Конечно, есть русские националисты, цель которых – улучшить положение этнических русских. А также России в целом. Но есть, увы, и другие – демонстрирующие крайнюю – я подчеркиваю: крайнюю – нетерпимость по отношению к людям других национальностей. К иммигрантам. А порой и участвующие в насильственных действиях по отношению к ним. Разумеется, такое же разнообразие характерно и для нерусских национальностей. И здесь есть люди, стремящиеся к интеграции и с пониманием относящиеся к законным требованиям русского большинства. Как есть и другие – проявляющие нетерпимость и прибегающие к насильственным действиям».

Позиция властей? «Практически все наиболее громкие, наиболее известные нацистские организации – вроде «Славянского союза», ДПНИ, «Русского образа сейчас закрыты, – констатирует Алла Гербер. – Официально они уже не существуют. Чтобы этого добиться, потребовались годы борьбы, в которой участвовали мы все. И вот они… ушли в подполье».

«Правда, – продолжает писательница, – подполье это довольно открытое: эдакое подполье-предупреждение. Это явно не тот случай, когда мы не знаем, в каких лесах они находятся. Они сюжетно демонстрируют себя – и в Интернете, и когда корреспонденты приходят в их клубы или на их спортивные площадки, где они учатся стрелять и вести кулачный бой. Они находятся в состоянии постоянной боевой готовности»

«И это, – подчеркивает Гербер, – глубинный процесс. Впрочем, проявляющийся и на поверхности – хотя бы в форме «русских маршей», становящихся все более организованными – сегодня они проходят практически по сценариям гитлеровских маршей. У нас есть кадры последнего – там уже просто девушки с барабанами… Кстати, на первом плакате, который они несут – надпись, некогда красовавшаяся над входом в Освенцим: «Труд делает свободным»… В общем, намерений своих они не скрывают. По существу, нам уже обо всем объявлено: они ждут своего часа…»

Какого же именно?

«Чего-то подобного тому, что произошло на Манежной, – считает Алла Гербер. – Только на сей раз они хотят сделать это более широко, более массово. Более оголтело... Среди оппозиции есть люди, жаждущие народных волнений. А я этого боюсь, как огня. Потому что знаю: если будет какая-нибудь розово-красно-голубая революция, то первыми на улицу выйдут нацисты. Проповедующие самые откровенные расистские лозунги. Не интеллигенция, а маргиналы. Безработная молодежь, жаждущая активности…»

Впрочем, является ли революционный вариант единственным? «К сожалению, нынешнее российское правительство сознательно эксплуатирует постимперскую ностальгию, характерную для многих россиян, – констатирует Кэтрин Косман. – И в частности – для многих этнических русских. И в результате страна уходит все дальше – в ложном направлении…»

…Ушла из жизни Галина Кожевникова. Возраст: тридцать шесть лет. Сфера деятельности: борьба против фашизма.

Другие материалы о событиях в России читайте в рубрике «Россия»

  • 16x9 Image

    Алексей Пименов

    Журналист и историк.  Защитил диссертацию в московском Институте востоковедения РАН (1989) и в Джорджтаунском университете (2015).  На «Голосе Америки» – с 2007 года.  Сферы журналистских интересов – международная политика, этнические проблемы, литература и искусство

XS
SM
MD
LG