Линки доступности

Настроения и взгляды мусульман


Настроения и взгляды мусульман

Настроения и взгляды мусульман

Дэвид Поллок – ведущий сотрудник аналитического центра The Washington Institute for Near East Policy, специализирующегося на Ближнем Востоке. До этого он занимал высокие посты в аналитических поздразделениях Государственного департамента и Информационного агентства США.

<!-- IMAGE -->

Дэвид Поллок – эксперт по опросам общественного мнения в мусульманском мире.

Дэвид Поллок: Мой профессиональный опыт свидетельствует, что наибольший изъян опросов коренится не столько в методологии полстеров, сколько в предвзятом или неполном представлении ими результатов анкетирования. Чрезмерное внимание порой уделяется сенсационным выводам только потому, что они неожиданные, или далекоидущие заключения делаются на основе ответов всего на один-два вопроса анкеты.

Евгений Аронов: Приведите, пожалуйста, какой-нибудь яркий пример.

Д.П.: Ну, на память приходит один вполне авторитетный полстер, который задался целью установить численное соотношение между экстремистами и неэкстремистами в мусульманском мире. И в разряд радикалов он помещал только тех респондентов, которые расценивали теракты 11 сентября как полностью оправданные.

Е.А.: Отнесение в разряд радикалов базировалось на ответе всего на один вопрос?!

Д.П.: В анкете предлагались четыре возможных варианта ответа: теракты полностью оправданы, неполностью оправданы, частично оправданы и абсолютно неоправданы. И вопрос, и варианты ответов на него, на мой взгляд, были сформулированы вполне корректно, но квалифицировать как экстремистов только тех, кто провозглашал теракты полностью оправданными, а остальных, по умолчанию, причислять к умеренным, было совершенно непрофессионально.

Е.А.: Чем Вы объясняете такой непрофессионализм?

Д.П.: Это могла быть просто добросовестная ошибка. Но есть и некомпетентные полстеры. Случается также, что при переводе вопросов с одного языка на другой в анкету вкрадываются двусмысленности, которые в совокупности вносят сильную погрешность в результаты. Но порой бывает, что риторические вопросы закладываются в опрос сознательно послтером и его заказчиком, чтобы сместить результаты в желательную для них сторону.

Е.А.: Вы припоминаете какой-нибудь конкретный случай?

Д.П.: Да, припоминаю почти что анекдотический эпизод, когда опять-таки один вполне авторитетный полстер опрашивал своих респондентов на Ближнем Востоке на предмет того, что им больше всего импонирует в «Аль-Кайде». То, что «Аль-Кайда» им может не импонировать вообще, он почему-то не допускал. Беда в том, что малоискушенные потребители информации, видя цифру, благоговеют перед ней как перед какой-то святыней, как перед непреложной научной истиной.

Е.А.: И на ком лежит обязанность отделять семена от плевел?

Д.П.: На журналистах - печатных, телевизионных и онлайновых.

Е.А.: В какой мере США опираются на результаты опросов общественного мнения на Ближнем Востоке, формулируя свою политику в отношении региона?

Д.П.: Мне кажется, американские дипломаты воленс-ноленс оглядываются на итоги опросов независимо от того, насколько профессионально они были выполнены. Более того, наши дипломаты, на мой взгляд, склонны придавать чрезмерное значение антиамериканским декларациям респондентов в мусульманском мире, недооценивать их мелодраматичность, театральность и не видеть того, что они лишь очень приблизительно стыкуются с реальными действиями населения, будь-то участие в антиамериканских манифестациях, бойкот американских товаров или реальная поддержка террористических организаций.

Е.А.: Вы в целом скептически расцениваете возможность делать выводы, скажем, о масштабах поддержки террористов исходя из интенсивности антиамериканских деклараций?

Д.П.: Выводы можно делать при условии грамотного составления и проведения опроса и толкования результатов, а также, если мы будем помнить, что эти выводы редко бывают очевидными и однозначными. Приведу вам один случай, о котором я когда-то много писал и который до сих пор вызывает большие разнотолки, хотя в последнее время мои взгляды находят все больше сторонников. Из опросов, проводившихся в мусульманских странах в годы правления Буша-младшего, вытекало, что респонденты крайне отрицательно воспринимали Соединенные Штаты и, в особенности, бушевскую администрацию. В то же время, те же опросы свидетельствовали, что почти повсеместно в исламском мире население поворачивается спиной к «Аль-Кайде» и другим экстремистским группировкам, в чьих терактах гибнут невинные люди.

Е.А.: Включая даже граждан западных стран?

Д.П.: Включая даже граждан западных стран. И эта смена настроений была очень масштабной.

Е.А.: Так что результаты опроса противоречивы...

Д.П.: Да, результаты можно квалифицировать как противоречивые, и из этого делать вывод, что весь опрос не вызывает доверия. Это один подход. Но поскольку схожие результаты в разное время и в разных странах получали абсолютно разные полстеры, то возможен и иной вердикт, а именно, что ошибок в анкете нет, а что люди – существа сложные, и зачастую придерживаются совсем неоднозначных взглядов. Если вдуматься, нет ничего нелогичного в том, что в последние, скажем, 5 лет мусульмане могли быть настроены и антиамерикански, и антикальйдовски, поскольку приспешники бин Ладена без разбору убивали и иорданцев, и марокканцев, и турок.

Е.А.: То, что Вы говорите, верно только в отношении «Аль-Кайды» или также в отношении других экстремистких группировок?

Д.П.: Что касается организаций, терроризирующих главным образом израильтян, таких, как ХАМАС или «Хезболла», то к ним отношение мусульман менее отрицательное, чем к «Аль-Кайде», хотя тоже не такое простое, как думают некоторые. Так, опросы опрокидывают расхожее мнение, будто ХАМАС укрепил свой авторитет в мусульманском мире в целом и среди палестинцев, в частности, после последней войны с Израилем. Мы знаем, что часть населения Газы, сильно пострадавшая во время боевых действий, разочаровалось в ХАМАС.

Е.А.: Что видно хотя бы из показательных казней инакомыслящих, устроенных хамасовцами...

Д.П.: И из того, что ХАМАС стал вообще более репрессивным. Исходя из опросов, которые проводят сами палестинцы среди палестинцев, по следам войны с Израилем положительный рейтинг ХАМАС в секторе Газа составлял порядка 25%. Это неожиданная цифра и очень важная, и она должна заставить задуматься тех, кто рефлекторно настаивает на установлении США «конструктивного диалога» с хамасовцами ввиду их якобы широкой популярности.

Е.А.: Доктор Поллок, большое спасибо за беседу.

XS
SM
MD
LG