Линки доступности

Политика России на Ближнем Востоке: успехи и неудачи

  • Алекс Кэмпбелл

Профессор, доктор политологии Марк Катц – автор многочисленных книг и статей об отношениях России со странами Ближнего и Среднего Востока, а также мусульманского мира в целом. «Внешняя политика Путина в отношении Сирии», «Будущее российско-иранских отношений», «Энергоносители, благосостояние и управление в странах Кавказа и Центральной Азии» - вот названия лишь некоторых из его последних публикаций.

В настоящее время он преподает в Университете Джорджа Мэйсона, а в среду, 28 января, он выступил с лекцией на эту тему в Институте международных исследований имени Пола Нитце перед студентами вашингтонских вузов, учеными и экспертами.

Профессор Катц начал с краткого экскурса в историю отношений СССР и России с арабским миром и Израилем, и отметил, что при президенте Путине Россия добилась значительных успехов на этом направлении. Москва сумела не только укрепить связи с такими, например, странами, как Сирия, Иордания, Катар, Саудовская Аравия, Ливия и Алжир, но и извлечь уроки из ошибок советского периода, когда разрыв отношений с Израилем оставил Москву вне арабо-израильского мирного процесса.

Россия смогла стать партнером практически всех стран региона. Среди экспертов есть разные мнения по поводу целей это внешнеполитической активности Путина: одни считают, что это делается в пику американскому влиянию в регионе, другие – что Россия преследует исключительно интересы собственной безопасности, так как на примере Чечни она убедилась в серьезности угрозы суннитского радикализма.

Профессор Катц считает, что вторая версия объясняет особое внимание, которое Владимир Путин уделяет отношениям с Саудовской Аравией. Успехом Кремля можно считать не только активизацию политических и торговых контактов с королевством, но и то, что саудовцы соблюдают своего рода нейтралитет в отношении ситуации в Чечне, и даже обеспечили прием на высоком уровне нынешнему чеченскому лидеру Рамзану Кадырову. Вместе с тем, между Москвой и Эр-Риядом в последнее время не все так гладко. Широко разрекламированный проект строительства Россией железнодорожной дороги в Саудовской Аравии оказался сорванным, беспокоят саудовцев также и поставки российского оружия Ирану.

Одним из важнейших компонентов внешнеполитической стратегии России является экспорт энергоносителей, что объясняет активизацию её двусторонних контактов с такими нефте- и газодобывающими странами, как Катар, ОАЭ, Алжир, Иран, Ирак и Азербайджан.

По мнению профессора Катца, цель, которую Москва преследует своими попытками увеличить инвестиции в добычу и транспортировку энергоносителей – это устранить конкуренцию со стороны этих стран как альтернативных источников поставок сырья на мировой рынок. Эта политика сталкивается с проблемами. Пока цены на нефть были высокими, России сходило с рук то, что она не является членом ОПЕК, но сегодня ситуация изменилась. Попытки создания газового картеля тоже пока не увенчались успехом.

Важное место в российской внешней политике на Ближнем Востоке занимают отношения с Израилем, которые за годы президентства Путина заметно улучшились практически во всех сферах. Этому способствовали исторические связи значительной части населения Израиля с Россией, схожесть позиций в отношении угрозы, которую представляет для обеих стран исламский экстремизм, считает Марк Катц.

По мнению американского политолога, отношения России и Ирана крайне сложные, и Москва явно не удовлетворена их состоянием. Президент Путин предложил весьма рациональное, на его взгляд, решение иранской ядерной проблемы – переработку отработанного топлива под контролем России, однако Тегеран отказался. Это осложнило позиции Москвы, которая, с одной стороны, не может не понимать, что ядерное оружие в руках Ирана не в её интересах, а с другой – не хочет признавать этой угрозы, так как это укрепит аргумента США в пользу создания системы ПРО в Европе.

Недоволен Россией и Иран. Как считает профессор Катц на основании своих контактов с представителями иранского истеблишмента, антиамериканизм иранской элиты отнюдь не означает пророссийских симпатий. Скорее наоборот, разрядка в американо-иранских отношениях возможна, а вот антироссийские настроения в Тегеране имеют давние корни и в последнее время лишь укрепились. Там недовольны проволочкой в строительстве ядерного комплекса в Бушере, поддержкой Москвой санкций ООН, и неуклюжей попыткой Путина предложить российские радарные станции в качестве элемента системы ПРО, направленной в первую очередь против Ирана.

Профессор Катц также ответил на вопросы присутствовавших о российской политике в отношении таких стран, как Сирия, Турция и Ирак, о российско-грузинском конфликте и последней вспышке насилия в секторе Газа.

Подводя итог своему обзору, политолог задался вопросом: «Приведет ли активизация внешней политики Кремля к усилению влияния России на Ближнем Востоке?» На первый взгляд, может показаться: так как во многих странах этого региона сильны антиамериканские настроения - приход туда «антиамериканской» России укрепит её позиции. Однако, по мнению американского политолога, такой вывод - ошибочный.

Исламские радикалы, которые ненавидят США, точно также ненавидят и Россию. «Аль-Кайда» наверняка не забыла о чеченцах и других мусульманах, проживающих на территории России. И еще один фактор, который нельзя забывать – какими бы ни были разногласия стран Ближнего Востока с Вашингтоном по поводу методов борьбы с исламским экстремизмом, там хорошо понимают, что Россия не сможет, да и не захочет взять на себя ту роль, которую играют в этом регионе Соединенные Штаты Америки.

XS
SM
MD
LG