Линки доступности

Провалы у разведчиков случаются редко и запоминаются надолго

  • Инна Дубинская

Первую часть передачи см. здесь.

Наблюдатели отмечают активизацию деятельности российской разведки в США и других странах Запада. Цели и задачи, которые сейчас стоят перед представителями этой древней профессии, отличаются от времен «холодной войны», но, как и прежде, разведка остается мастерством высшего пилотажа. Провалы случаются редко и запоминаются надолго. Сегодня мы расскажем о двух разоблачениях в истории американо-советского взаимного шпионажа.

...Достопримечательность Вашингтона – Джорджтаун – колыбель ЦРУ и театр шпионажа, активным участником которого в 80-е годы был пресс-атташе советского посольства, ныне генерал КГБ в отставке, гражданин США Олег Калугин.

Инна Дубинская: Олег Данилович, вы для своих встреч выбирали самые замечательные рестораны Вашингтона. Из Chadwicks открывается изумительный вид на Потомак, на Арлингтон в Вирджинии…

Олег Калугин: Здесь, в этом тихом уголке, вдали от центров власти как раз очень приятно встречаться с потенциальными агентами, либо с уже действующими агентами. Рик Эймс, бывший сотрудник ЦРУ, который решил стать агентом советского КГБ и предал родину, Америку, пригласил в этот ресторан одного из офицеров советской разведки и предложил свои услуги советской разведке. Причем в подкрепление того, что он серьезно настроен и обладает серьезной информацией, он передал имена двадцати советских государственных служащих, которые по его словам, работали на американскую разведку.

КГБ восприняло это сообщение сначала с недоверием, но потом, проведя соответствующие следственные действия, оно действительно подтвердило принадлежность по крайней мере десяти человек к американской разведке. В результате большая часть этих людей были приговорены к смертной казни и расстреляны. Так что вот это место вошло в историю шпионажа как место предательства, от которого пошли нити в Россию и привели к смерти и уничтожению большей части американской разведывательной сети в Советском Союзе».

Инна Дубинская: Разоблачением советских шпионов и их агентов многие годы занимался в ФБР Дэвид Мэйджор, экс-директор разведывательных и контрразведывательных программ Совета национальной безопасности в администрации президента Рейгана.

Дэвид Мэйджор: Обычно разоблачение происходит благодаря работе аналитиков, или с помощью техники, либо из-за предательства, – говорит Мэйджор. – В подавляющем большинстве случаев разоблачения связаны с предательством.

Инна Дубинская: Однако бывают и курьезы. В 1999 году в Вашингтоне, в парке напротив госдепартамента США, был взят с поличным российский шпион Гусев. Как его «вычислили» федеральные службы?

Олег Калугин: Русские дипломаты обычно не платят за парковочное место. И когда Гусев приехал сюда, в район этого парка, поставил машину и стал забрасывать монеты в счетчик, то у ФБР, которое за ним следило, это вызвало подозрение. Русский дипломат вел себя так необычно! Было проведено дополнительное расследование. В зале заседаний Государственного департамента обнаружили электронное подслушивающее устройство, на которое записывались разговоры. Гусева объявили персоной нон грата и экстрадировали.

Надо сказать, что в 60-е годы мы тоже пытались установить подслушивающее устройства в Госдепартаменте, но у нас не получилось. У Гусева, видимо, получилось лучше, но всему приходит конец.

Инна Дубинская: Второй секретарь посольства России в Вашингтоне Станислав Гусев, как и его американские коллеги, следовал логике и традициям шпионажа, которые чаще защищали, чем приводили к провалу. Эта своеобразная этика, сделавшая возможной дружбу бывших противников, почти вызывает умиление в эпоху терроризма, где нет ни границ, ни традиций, ни правил.

XS
SM
MD
LG