Линки доступности

Российские эксперты о том, что сулит Украине, Грузии и Молдове сближение с Европой

МОСКВА - В пятницу 27 июня Европейский Cоюз подпишет соглашения об ассоциации с Грузией, Молдовой и Украиной. Что принесет этот шаг странам, сделавшим выбор в пользу Европы, какие полюсы и минусы они получат от своего решения? С этим вопросом Русская служба «Голоса Америки» обратилась к российским экспертам.

Плюсы

Заведующая отделом Центра европейской интеграции Института мировой экономики и международных отношений РАН Надежда Арбатова считает, что подписание соглашения между странами Восточного партнерства и ЕС самими партнерами рассматривается, прежде всего, «как уникальный шанс стать нормально функционирующими демократическими государствами».

«Кроме Евросоюза, никакой иной международный институт, по их мнению, им такой возможности не предоставляет, - добавила она. - Эти страны рассматривают ассоциацию в широком смысле – и экономическом, и политическую – как мост, который приведет их в ЕС».

При этом Арбатова отметила, что сама программа Восточного партнерства, в общем, об этом ничего не говорит.

«И многие, кстати, видят в этом один из ее (программы) главных недостатков, продолжила она. – Ведь страны не представляют, какова стратегическая цель ассоциации».

По ее мнению, Украина, Грузия и Молдова видят конкретные преимущества для своего бизнеса в новом положении в следующем: «Это постепенная либерализации торговли товарами и услугами, свободное передвижение рабочей силы, сокращение тарифов и технических барьеров для поставки их товаров в страны ЕС. А самое главное – гармонизация законодательств стран с европейским законодательством».

Профессор Высшей школы экономики, доктор политических наук Юлий Нисневич, в прошлом секретарь политсовета партии «Либеральная Россия» также усмотрел немалые выгоды для претендентов на ассоциацию с ЕС.

«В ЕС предъявляются довольно жесткие требования к состоянию коррупции, - подчеркнул он. – Это в перспективе сулит ассоциированным членам определенный эффект».

В качестве характерного примера Нисневич привел Словению.

«Она стала страной с одним из самых низких уровней коррупции именно благодаря тому, что были жесткие требования при ее вступлении в ЕС», - настаивает он.

Кроме того, как ему видится, ассоциированные с ЕС страны получают не только очень широкие экономические возможности, но и социальные, в области информационного и правового обмена.

«Они готовятся к вступлению в семью развитых стран. Современный мир на этом и держится», - констатировал профессор.

В свою очередь, президент Института региональных проектов и законодательства, заведующий кафедрой права МФТИ Борис Надеждин убежден, что стратегически Европа должна максимально расширяться.

«В том числе, включая в перспективе в свою орбиту и Россию, - развил он свой тезис. - В своих мечтах о далеком будущем я вижу, что Россия стала членом ЕС, а НАТО трансформировалась в нечто такое, где найдется место и российским вооруженным силам».

В этом смысле Надеждин называет процесс ассоциации новых стран с ЕС позитивным.

«Другое дело, что в краткосрочной российской политике, имею ввиду те геополитические и политические конструкции, которые транслирует нынешняя российская власть – это выглядит как некая угроза, что, мол, уже завтра НАТО будет в Украине и так далее», – уточнил он.

На его взгляд, такие опасения сильно преувеличены.

«Потому что еще раз говорю: нужно всем вместе, включая Россию и постсоветские страны, двигаться в сторону интеграции с ЕС», – резюмировал глава Института региональных проектов и законодательства.

Минусы

Нашли эксперты и отрицательные моменты, связанные с ассоциацией с ЕС.

«Первый и главный минус, наверное, состоит в том, что Восточное партнерство пришло в столкновение с Евразийским проектом России, что, собственно, и породило кризис вокруг Украины, - заметила Надежда Арбатова. - Считаю, что если бы Россия с самого начала была приглашена к участию в Восточном партнерстве этот кризис не возник».

Как ей кажется, недостаток Восточного партнерства состоит и в том, что ЕС исходил из своего опыта в Центральной и Восточной Европе, где европейский выбор, европейская идентичность были востребованы.

«То есть они были готовы идти на любые жертвы, чтобы пробиться в Европу, – пояснила завотделом Центра европейской интеграции ИМЭМО. – Ситуация на пространстве СНГ другая, и это в полной мере продемонстрировала Украина».

На ее взгляд, ошибкой было предлагать Восточное партнерство тем странам, где население еще не осознало себя частью объединенной Европы.

«Восточное партнерство – очень техническая программа, – продолжила она. – Но парадокс в том, что, несмотря на это, оказалось не просчитанным воздействие внедрения зоны свободной торговли на некоторые сектора экономики стран – потенциальных партнеров. В результате не был предложен какой-то продуманный набор мер, которые могли бы смягчить это переход».

Кроме того, полагает Арбатова, ЕС также не был предоставлен «разумный временной график».

«Это, например, породило опасения в восточных регионах Украины относительно того, что им придется пройти через очень тяжелый период, а они к этому не были готовы», – заключила она.

Юлий Нисневич указал на минусы экономического характера.

«В ЕС существуют довольно жесткие требования, которые могут поставить бывшие советские экономики в не очень удобные условия по ряду отраслей и направлений», – подытожил он.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG