Линки доступности

Борьба с коррупцией или конфликт кланов?

Экс-министр обороны РФ Анатолий Сердюков, прибывший утром 11 января на допрос в Следственный комитет, отказался отвечать на вопросы следователей. Как сообщил на сайте ведомства официальный представитель СК Владимир Маркин, Сердюков представил следователям подготовленную при помощи адвоката Генриха Падвы (защищающего интересы бывшего министра) письменную версию событий. Однако от дачи устных показаний Сердюков уклонился, сославшись на 51 статью Конституции Российской Федерации, дающую право не свидетельствовать против себя или близких родственников.

По словам Маркина, поведение бывшего министра обороны вызвало у следователей недоумение. «В данной ситуации позиция бывшего министра обороны следствием может быть расценена как его стремление воспрепятствовать расследованию, – заявил Маркин. – Господин Сердюков вместе с адвокатом посчитал, что может изложить в вольной форме версию событий в выгодном для себя свете, а не отвечать следователям на неудобные вопросы по существу, а ведь у следствия масса вопросов к Сердюкову о том, как принимались решения о реализации недвижимости Министерства обороны, почему сделки совершались по определенным ценам». В публикации также сообщается, что в связи с сегодняшним поведением Сердюкова во время допроса его процессуальный статус в ходе следствия может измениться.

В дальнейшем следственным органам придется устанавливать эпизоды преступлений и собирать доказательства их совершения следственно-оперативным путем. «Нам необходимо провести массу сложных экспертиз, допросить свидетелей, провести большое количество других необходимых следственных действий»,— уточнил Владимир Маркин, отметив, что сейчас в одно производство объединено десять уголовных дел о незаконной реализации холдингом «Оборонсервис» крупных объектов недвижимости Минобороны.

По мнению СМИ, еще недавно Сердюков считался неприкосновенной фигурой даже в скандальном деле о махинациях в минобороны. В октябре 2012 года ему по личному указу президента Владимира Путина пришлось оставить пост главы ведомства, однако ни он, ни его ближайшие помощники не были привлечены тогда к ответственности в качестве подозреваемых. Сегодня, однако, ситуация может измениться, считают эксперты, с которыми побеседовал корреспондент Русской службы «Голоса Америки».

За Сердюкова «серьезно взялись», считает эксперт Парламентской Ассамблеи Совета Европы и глава департамента по оказанию правовой помощи незаконно осужденным Общероссийской общественной организации «Комиссия по борьбе с коррупцией» Михаил Трепашкин. «Зная материалы по альтернативным источникам, – уточняет Трепашкин, – я думаю, что на него показывают как на лицо, непосредственно одобрившее ряд незаконных сделок, поэтому его статус свидетеля, по моему мнению, уже давно должен был быть изменен».

Статус Сердюкова при этом, по мнению эксперта, в данном случае значения не имеет. «В нашей судебной системе, – констатирует Трепашкин, – статус никакой роли не играет, а играют роль звонки и знакомства фигуранта. Поэтому, если его захотят сдать, – а мы знаем, что он хороший знакомый некоторых самых высоких лиц, в том числе Путина и Медведева – то его привлекут к ответственности. Если же они скажут «нет», то ни наш суд, ни наш Следственный комитет не посмеют предъявить ему обвинения».

Военный эксперт Александр Гольц разделяет это мнение. Правда, по его мнению, речь идет не более чем о «клановых разборках». «Все зависит от того, как глубоко зашла эта межклановая схватка и какие там ставки, – пояснил Гольц в комментарии «Голосу Америки». – Это знают только организаторы преследования Сердюкова, поэтому я бы не исключал возможности того, что он действительно окажется на скамье подсудимых».

Итак, борьба с коррупцией или борьба кланов? Эксперты расходятся во мнениях. Михаил Трепашкин констатирует, что «только внимание со стороны некоторых военных и общественных деятелей, а также большое количество обращений вынудили следственные органы провести определенную проверку». «А когда ее провели, – продолжает эксперт, – то СК начал думать, как бы волнение сделать поменьше и найти «козла отпущения», либо сделать два-три эпизода и перекинуть ответственность на кого-нибудь, только бы не пришлось трогать самых высоких лиц».

Александр Гольц не считает, что происходящее в Министерстве обороны – пример системной борьбы с коррупцией. Вместе с тем, по его мнению, это и не показательная «разборка». «Дело в том, – подчеркивает аналитик, – что Сердюков мешал освоению серьезных денег, а именно 23 триллионов рублей, отпущенных на перевооружение российских вооруженных сил. В результате создалась коалиция весьма влиятельных сановников, которым жизненно необходимо отстранение Сердюкова, и можно сказать, что он стал жертвой интриги в высшем руководстве России».

У члена Совета Федерации Евгения Тарло – иное мнение. «Президент, – заявил он, – начал серьезную борьбу с коррупцией, потому что он откликнулся на то возмущение, которое существует в нашем обществе по поводу коррупции, и уже было принято очень много правовых мер».

По словам Тарло, возрастающее внимание следственных органов к Анатолию Сердюкову объясняется вниманием властей к желаниям народа. «Людям мало правовых мер, – продолжает член Совета Федерации, – и они ждут, что будут найдены и наказаны коррупционеры, и крупные. Поэтому если у следствия есть реальные данные о том, что Сердюков причастен к коррупции в Министерстве обороны, то вполне возможно изменение его статуса и привлечение его к уголовной ответственности».

Неприкосновенных на российской политической нет, утверждает Евгений Тарло. «Ранее, – констатирует он, – говорилось о том, что существуют неприкасаемые фигуры, например, бывший руководитель «Росимущества». Но он был арестован, хотя и являлся однокурсником Владимира Путина и, казалось бы, был защищен своим статусом».

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG