Линки доступности

Российскую сторону в «Поединке» представляет Федор Лукьянов – главный редактор журнала «Россия в глобальной политике», член президиума Совета по внешней и оборонной политике, американскую сторону – Дональд Дженсен, аналитик Центра трансатлантических отношений в Школе международных исследований имени Пола Нитце при Университете Джонса Хопкинса.

Взгляд из Москвы:
Путин и дети



Взгляд из Вашингтона:
Разъяренная Дума наносит ответный удар



Разъяренная Дума наносит ответный удар

Закон, запрещающий гражданам США усыновлять российских детей, был утвержден Государственной Думой подавляющим большинством голосов 19 декабря. Он стал ответом на принятие Конгрессом США «Закона Магнитского», предусматривающего санкции для нарушивших права человека россиян, и подписанного президентом Обамой на прошлой неделе. Ожидается, что российский закон, названный в честь Димы Яковлева (это российский мальчик, погибший в США от сердечного приступа в 2008 году после того, как его приемный отец-американец оставил его в машине в жаркий день) будет принят в третьем и окончательном чтении в пятницу, после чего его передадут на утверждение в Совет Федерации и далее на подпись президенту Путину.

Касающаяся запрета на усыновление часть российского закона была добавлена 14 декабря после первого чтения думцами, стремившимися ужесточить законопроект, который уже предусматривал запрет на въезд и заморозку активов для американцев, нарушающих права российских граждан за рубежом (последние положения стали зеркальным отображением «Закона Магнитского»). Последняя версия думского законопроекта также запрещает российским неправительственным организациям получать средства от США и не позволяет людям, имеющим двойное гражданство России и США, возглавлять неправительственные организации. Многие считают, что эта мера была направлена, среди прочих, против давнего диссидента Людмилы Алексеевой, стоящей во главе Московской Хельсинкской группы.

Состоявшееся в среду в Госдуме голосование вызвало осуждение со стороны российских активистов защиты прав детей, которые предупредили, что запрет на усыновление американцами российских детей нанесет несоразмерный вред сиротам с умственными и физическими нарушениями, а также неправительственным организациям и политическим фигурам. Несколько десятков человек, выступающих против «Закона Димы Яковлева», были задержаны за проведение несанкционированного пикета у Думы в среду утром. Однако, результаты недавнего опроса подтверждают разрыв между элитой и российским обществом. Проведенный в конце ноября авторитетным «Левада-центром» опрос выяснил, что 39 процентов россиян полностью или главным образом согласны с американским законом, в то время как 14 процентов выступают против него (48 процентов не определились). Как сказала на этой неделе в интервью изданию Christian Science Monitor Мария Липман из Московского центра Карнеги, эти результаты позволяют говорить о том, что, насколько бы россияне ни были недовольны вмешательством США во внутренние дела страны, «своих чиновников они ненавидят еще больше».

Российские власти пока подают смешанные сигналы о судьбе запрета на усыновление. В последние несколько дней министр иностранных дел Сергей Лавров заявлял, что запрет на усыновление – «это неправильно». Хотя президент Путин 13 декабря резко раскритиковал «Закон Магнитского» как «чисто политический, недружественный акт», первоначально он, похоже, дистанцировался от Думы. Как отметил ранее на этой неделе пресс-секретарь Дмитрий Песков, Путин понимает жесткую позицию депутатов по вопросу усыновления, однако у него самого более «сдержанная» позиция. Песков также заявил, что запрет на усыновление является идеей депутатов, а не президента. Тем не менее, в своей телеконференции в прямом эфире 20 декабря Путин поддержал этот закон в принципе, заявив, что примет окончательное решение о подписании после детального ознакомления с ним. В любом случае, мало сомнений в том, что «закон Димы Яковлева» можно было продвинуть так далеко без согласия Путина. «Закон Магнитского», добавил президент, «отравляет» отношения с Вашингтоном.

Теперь главная задача для Вашингтона и Москвы – определить, в какой степени они позволят спорам вокруг «Закона Магнитского» распространиться на другие сферы двусторонних отношений. Администрация Обамы с самого начала заявляла о стремлении продвигать обоюдные интересы и демократические ценности – а это в высшей степени несовместимые цели. На практике она склонялась к первому и пыталась замедлить принятие Конгрессом «закона Магнитского» (в последние дни Белый дом подчеркнул торговые преимущества, которые этот закон дал России – отмену поправки Джексона-Вэника и предоставление России статуса постоянных нормальных торговых отношений – не став останавливаться на правах человека). Тем не менее, можно ожидать, что давление Конгресса на Администрацию в связи с продвижением прав человека в России наверняка, продолжится.

Кремль, между тем, дал понять, что по-прежнему ожидает визита президента Обамы в Москву в следующем году, несмотря на «мини-кризис». Однако Москва, несомненно, будет стремиться избавить двустороннюю повестку дня от тем, которые там рассматривают как вмешательство в свои внутренние дела. Как отметил на этой неделе известный прокремлевский обозреватель Сергей Марков, России следует «самой решить, кто хороший, а кто – нет». По его словам, хотя это звучит как эмоциональный и психологический подход, «политика нигде не рациональна на все 100 процентов».

Путин и дети

То, что начиналось как человеческая трагедия – с одной стороны, и демонстрация впечатляющих лоббистских возможностей конкретного американского бизнесмена – с другой, превращается в политическую историю мирового масштаба. Реакция российской Государственной думы, с которой солидаризировался президент Путин, на принятый в США «закон Магнитского» обнажила проблему глубокого взаимного отвержения между Россией и Америкой. А учитывая, что аналогичные законы примут многие европейские страны, то и между Россией и Западом.

Когда политологи гадали, как Москва может ответить на «закон Магнитского», тема запрета усыновления детей не упоминалась. Многие предполагали, что Россия поступит зеркально – найдет несколько дел против российских граждан, которые получили резонанс (Виктор Бут, летчик Ярошенко) и объявит невъездными в Россию всех тех, кто причастен к их вывозу в Соединенные Штаты и осуждению на длительные сроки заключения. Неформально ожидалось, что пара-тройка заметных американских компаний почувствует осложнение условий работы – чтобы дать понять, что недружественные действия ударяют по конкретным интересам.
Однако ответ решили сделать максимально громким и максимально пропагандистским. Результат странный, последствия могут быть совсем не такими, как планировалось.

Наметилось что-то вроде разногласий в правящем классе. Дума пошла вразнос, взвинтив эмоционально-пропагандистский градус до рассуждений о патриотизме, гуманизме и «хваленой» американской демократии. Однако поскольку инструментальный характер этих законодательных действий очевиден, но тема используется довольно деликатная и тонкая, так что даже многие официальные лица отнеслись к идее критически. Наиболее откровенное недовольство высказал министр иностранных дел Сергей Лавров, что вполне объяснимо. Совсем недавно МИД по поручению тех же депутатов и высшего руководства страны вел тяжелые переговоры с американскими коллегами по поводу заключения двустороннего соглашения об усыновлении. Компромисса достигли, и три месяца назад Госдума его ратифицировала. Теперь министерство, во-первых, выглядит глупо в глазах партнеров, во-вторых, как заметил Лавров, разрыв соглашения будет означать, что в дальнейшем Россия уже никак не сможет участвовать в судьбе тех детей, которые усыновлены в Америку.

Даже от вполне лояльных представителей истеблишмента можно сейчас услышать, что думские инициативы – политическая спекуляция на теме, которую нельзя настолько демонстративно превращать в орудие сведения счетов. Сторонники запрета, почувствовав некоторый моральный диссонанс, поворачивают дискуссию в сторону, которую указал премьер-министр Медведев – цель, мол, обратить внимание на проблему детей-сирот в России и тем самым запустить масштабную национальную кампанию по избавлению от этой социальной язвы. Путин в дополнение указал на невыполнение США заключенного соглашения – мол, подписывали с федеральными властями, а они теперь кивают на штаты, которые и знать ничего не знают. Впрочем, тем самым он косвенно критикует тот же МИД – получается, что они непрофессионально подошли к подготовке документа, не удосужившись разобраться с тем, как распределяются компетенции в Америке.

Президент оставил себе лазейку. Поддержав дух нового закона, он допустил, что с буквой не все может быть так просто, и стоит внимательнее изучить и закон, и соглашение. Однако политическая поддержка со стороны главы государства столь однозначна, что не затрагивать вопрос усыновления уже невозможно. Так что скорее всего будут сделаны некие послабления по процедуре, но не по сути.

То, что в США есть проблемы с семейным насилием, вполне очевидно. Российских детей усыновляют во многие страны, но нигде, кроме Америки, таких случаев не зафиксировано. В самом по себе факте того, что больные дети-сироты из России находят семейный приют почти только за границей, действительно ничего хорошего нет. И если вся эта история заставит государство «рекламировать» и поддерживать усыновление – хорошо. Потрясает безудержная демагогия, когда утверждается, что американские суды специально не наказывают родителей, если жертвы – усыновленные русские. Мол, их жизнь в Америке ценится не так, как остальных. И весьма удручает очередное доказательство того, насколько глубоко антиамерикански настроен Владимир Путин. Это искренне, он верит в то, что говорит о Соединенных Штатах, хотя и не запрограммирован на конфликт и даже готов договариваться, когда это выгодно. Но при таком настрое конфликты будут появляться сами собой – все время.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG