Линки доступности

Российскую сторону в «Поединке» представляет Федор Лукьянов – главный редактор журнала «Россия в глобальной политике», член президиума Совета по внешней и оборонной политике, американскую сторону – Дональд Дженсен, аналитик Центра трансатлантических отношений в Школе международных исследований имени Пола Нитце при Университете Джонса Хопкинса.

Взгляд из Москвы:
Дебаты по-русски и американски



Взгляд из Вашингтона:
Обама остановил кровотечение?



Дебаты по-русски и американски

Вторые дебаты Барака Обама и Митта Ромни, по общему мнению, выиграл действующий президент, чем реабилитировался за невразумительное выступление на первом раунде. Вообще, «билет» Ромни – Райан оказался куда лучше в открытой публичной полемике, чем многие предполагали. Для автора этих строк, например, откровением стало уверенное и вполне убедительное выступление Пола Райана во время поединка с многоопытным Джозефом Байденом. Понятно, что внешняя политика и сфера национальной безопасности – совсем не конек Райана, однако его хорошо подготовили и он продемонстрировал себя талантливым и восприимчивым учеником.

Оценивать дебаты с содержательной точки зрения нет смысла – все аргументы соперников хорошо известны и многократно повторены, так что речь идет о способности вести полемику, держать удар, выигрышно смотреться и пр. Обама, конечно, продолжает оставаться ярким оратором, но вершин кампании 2008 года ему уже не добиться – тогда все, что он говорил, не было нисколько «запятнано» практическим опытом, можно было просто верить. Сейчас, конечно, есть что предъявить – например, крупный козырь в виде трупа Бен Ладена, но и негативный шлейф достаточный.

Как бы то ни было, для стороннего наблюдателя дебаты – замечательное шоу, которое показывает, как работают технологии публичной политики. Россиянам (тем, кто вообще интересуется этими темами), конечно, любопытно, как все это могло бы выглядеть, если бы подобная практика существовала у нас. Политические дебаты со сколько-нибудь содержательной повесткой были в России где-то до середины 2000-х, правда, круг тем сужался. Пожалуй, наиболее интересными и запомнившимися были дебаты во время избирательной кампании в Государственную думу 1999 года, и самого острого накала споры достигали в дискуссии между Григорием Явлинским, лидером партии «Яблоко», и главой СПС Анатолием Чубайсом. В 2003 году ярко выступали лидеры партии «Родина» Дмитрий Рогозин и Сергей Глазьев, особенно жестоко они спорили с теми же руководителями СПС.

Президенты России либо кандидаты от партии власти в дебатах никогда не участвовали. Считается, что политических деятелей их калибра в стране нет по определению, так что равных соперников не существует, а разговаривать с маргиналами унизительно и десакрализует. Позиция крайне высокомерная, но, к сожалению, не лишенная некоторой логики. Политическое сознание в России централизованно и иерархично, от верховной власти подспудно ждут того, чтобы она была надо всеми, осуществляла «мудрое руководство». Конечно, что-то меняется, новое поколение куда менее «царистски» настроено, но оно при этом и голосовать не ходит.

Владимир Путин, в принципе, умеет полемизировать, иногда делает это ярко и убедительно, иногда промахивается с качеством и точностью шуток. Но он давно не тот закрытый политик, который появился на публике в августе 1999 года, чувствует себя свободно и уверенно. Его неучастие в дебатах – это скорее восприятие им сущности власти. Как многие лидеры популистского типа, он обращается напрямую к народу, избирателям, а не демонстрирует им свои качества в поединке с другими. Других он не считает существенным элементом собственной парадигмы отношений с нацией.

Примечательно, что в России сейчас тоже идут дебаты – фрондирующий канал «Дождь» транслирует процедуру выборов в Координационный совет оппозиции. Нельзя сказать, что это вызывает ажиотажный зрительский спрос, но те, кого волнует судьба оппозиции, получают хорошую возможность оценить кандидатов. Содержательности там, правда, мало, да и способность к публичным выступлениям у российских претендентов на власть куда хуже, чем в американских коллег. Вообще, навыки публичной политики в России только начинают приобретаться, традиции совсем мало. А времена, когда она существовала (начало и конец ХХ века) ассоциируются с такими потрясениями, что многим избирателям претит сама мысль, что политики должны учиться этому ремеслу.

Обама остановил кровотечение?

Вторые дебаты Обамы и Ромни, состоявшиеся 16 октября в Университете Хофстра на Лонг-Айленде, в штате Нью-Йорк, ознаменовались активной и острой полемикой на темы экономики, налогообложения, безработицы и внешней политики. Когда пороховой дым развеялся, во многом благодаря более энергичному и сфокусированному – по сравнению с первыми дебатами – выступлению президент Обама выглядел убедительнее. Однако Ромни также крепко стоял на ногах. В то время как обоим кандидатам удалось продемонстрировать наличие необходимых президенту качеств, ни один из них не смог убедить избирателей, что именно у него есть видение, необходимое, чтобы вести за собой страну в ближайшие четыре года. Сторонники президента и национальные СМИ, настроенные в пользу демократов, признали, что, хотя Обама выступил немного лучше, многие из избирателей – возможно, треть – пока так и не определились с выбором.

Эти дебаты пришлись на момент активных перемен в предвыборной гонке. Митт Ромни, совсем недавно отстававший по результатам общенациональных опросов общественного мнения, не только сравнялся с Бараком Обамой, но даже обогнал его, как следует из новых опросов. Отрыв президента сократился или исчез в ключевых «неопределившихся» штатах, таких как Флорида, Вирджиния, Пенсильвания, Огайо и Мичиган, которые, возможно, и решат исход предвыборной борьбы. Значительный преимущество Обама среди двух ключевых групп избирателей, женщин и молодежи, тоже сократилось. Большинство наблюдателей приписывают укрепление позиций претендента-республиканца его эффектному выступлению на первых президентских дебатах. В действительности же этот рывок начался еще раньше, и был вызван, несмотря на тактические промахи его штаба, движением Ромни в сторону политического центра. Между тем, трудности в кампании Обамы продолжали исподволь накапливаться. Главная проблема президента, как справедливо, на мой взгляд, отмечает Economist, не в том, что у него кончились идеи – а в том, что он главным образом предлагает те же идеи, которые продвигал с ограниченным успехом с самого вступления в должность в 2008 году.

Таким образом, новую энергию в прошедшие на этой неделе дебаты вдохнуло острое желание кандидатов привлечь на свою сторону крайне важные группы населения, в том числе – еще не определившихся с выбором избирателей. Основными темами дебатов в минувший вторник стали: право на владение оружием, цены на бензин, иммиграция и целый ряд так называемых женских вопросов – таких как равенство заработной платы, право на аборты и контрацепция. Самым эффектным моментом в выступлении Ромни стало подробное перечисление провалов экономической политики Обамы. Президент же набрал очки, когда попытался привлечь на свою стороны избирателей из числа рабочего класса: к концу дебатов он напомнил о попавших на YouTube печально известные высказывания Ромни, в которых он называет 47 процентов населения США иждивенцами, зависящими от правительства.

Вопреки ожиданиям, соперники почти не касались внешней политики – не нашлось места проблемам Ближнего Востока, едва прозвучала тема экономической мощи Китая. Ромни вновь заявил, что в свой первый день на посту президента официально присвоит Китаю статус валютного манипулятора. Обама настаивал на «успехе» своей политики в отношении Пекина, отметив, что курс юаня вырос за время его президентства, потому что, его администрация «оказала беспрецедентное давление в торговой сфере на Китай, и это приведет к созданию рабочих мест» в США.

Самым неоднозначным моментом вечера стала полемика по поводу недавнего теракта в Бенгази, в результате которого погибло четыре американских гражданина, в том числе – посол Соединенных Штатов в Ливии. Администрация Обамы ранее представила противоречащие друг другу объяснения произошедшего, сначала приписав гибель американцев стихийным акциям протеста в связи с появлением антиисламского видео, а затем – координированной атаке боевиков «Аль-Кайды» в Северной Африке.

Республиканцы сослались на данный инцидент как на свидетельство того, что президент Обама подрывает лидирующую глобальную роль США (во время рабочей поездки в Перу за день до дебатов госсекретарь Хиллари Клинтон, тонко почувствовав политический момент, отвлекла внимание от роли президента в этом инциденте, взяв на себя всю ответственность за это фиаско). В напряженный момент спора ведущая дебатов, корреспондент CNN Кэнди Кроули, вмешалась, чтобы прояснить – вероятно, неточно – первоначальную реакцию Белого дома на события в Бенгази, и, очевидно, помогла при этом Обаме. Ромни, судя по всему, пришел после этого в замешательство, и впоследствии так и не сумел «дожать» соперника по вопросу, который, несомненно, мог принести ему политические очки.

Третьи президентские дебаты, запланированные на понедельник, 22 октября, будут посвящены исключительно внешней политике. Судя по предыдущим событиям предвыборной кампании, вряд ли стоит ожидать от них принципиального обсуждения роли Америки в мире. Обама подкорректировал свои взгляды и опыт, чтобы добиться переизбрания, а Ромни все еще нащупывает свою позицию в международных делах. Кроме того, новейшая политическая история свидетельствует, что третий раунд президентских дебатов имеет меньше веса. Однако в целом, несмотря на победу по очкам во втором раунде, в целом фаза дебатов не помогла президенту Обаме. Скорее, она подтвердила легитимность и серьезность претензий Ромни на президентское кресло, и породила сомнения среди многих американцев относительно того, будут ли они вновь голосовать за президента 6 ноября.

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG